Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Карточная колода
Вместо обещанного 1 января 2001 года партитуру оперы я получил к 10 марта, причем переполненную ошибками. Но изучение партитуры такой сложности требует не двух с половиной месяцев, а как минимум полугода. Четыре человека трудились днями и ночами над выявлением ошибок и внесением корректив в комплект оркестровых голосов, чтобы успеть к первой репетиции с оркестром. Деталь, но очень важная: на премьере оперы оркестровые партии не были сброшюрованы и лежали на пультах в виде "карточных колод", которые каждый миг могли развалиться, а спектакль, следовательно, остановиться. На сброшюровку не хватило времени.
Именно при Геннадии Рождественском в Большой вернулся Юрий Григорович, воплотив на его сцене свою новую версию "Лебединого озера"
17 мая, согласно плану, на сцене должны были быть установлены действующие, управляемые компьютерным способом элементы конструктивных декораций художника Д.Л. Боровского. Они были привезены к сроку, но не работали. Репетиции летели одна за другой. Мы с режиссером-постановщиком А.Б. Тителем бомбардировали генерального директора театра докладными записками (другого способа общения с ним мы были лишены: он ни разу не появился ни на одной репетиции - во всяком случае, я его не видел), но никакого ответа не получили. Я в общей сложности проработал в Большом театре 23 года, на моем счету 53 спектакля, но не припомню такой ситуации, чтобы в процессе постановки директор отсутствовал.
Сотрудники постановочной части, режиссеры, художник-постановщик работали несколько ночей подряд, пытаясь наладить неисправные конструкции, которые заработали только за день до премьеры! Я приложил немало сил для выпуска к премьере буклета: пригласил известного музыковеда, специалиста потворчеству Прокофьева Н.П. Савкину, предоставил редкие иконографические материалы. К сожалению, ни я, ни Н.П. Савкина не были ознакомлены с макетом буклета, который вышел в день премьеры в 2 часа дня! В результате в буклете появились такие перлы, как "телеграмма С. Прокофьева А. Алябьеву" (вместо Б. Асафьеву) и т. д.
У кого повернется язык назвать все это "условиями" для подготовки мировой премьеры? Можно ли при таком положении вещей нести какую-либо ответственность за качество спектаклей Большого театра, за его художественное состояние в целом?
Не могу не сказать о превосходном качестве игры оркестра Большого театра. Он играл блистательно, причем во время спектакля никто не решал кроссворды, что я с немалым удивлением наблюдал в оркестре Мариинского театра во время исполнения оперы "Золото Рейна" в Большом театре. Прекрасно показала себя в "Игроке" группа артистов хора (главный хормейстер С. Лыков), виртуозно исполнивших сольные партии в картине "Рулетка", что свидетельствует о большом творческом потенциале хора Большого театра.
Дирекция театра не сделала ничего, чтобы организовать запись "Игрока". Мне самому пришлось искать людей, способных оплатить этот недешевый процесс. К счастью, теперь она существует и служит неопровержимым доказательством качества спектакля, растоптанного прессой. Оркестр в этой записи ни в коем разе не воспроизводит "таперски-легкое звучание" (газета "Коммерсант"), а вокальное и дикционное мастерство солистов не "оставляет желать лучшего". Их речь не "сливалась в кашу", а выразительнейшим образом передавала красоту языка Достоевского и Прокофьева. Особенно хочу отметить выступление в партии Полины выдающейся певицы, солистки Театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Ольги Гуряковой, способствовавшей, в ансамбле с другими "станиславцами" - М. Урусовым, Л. Зимненко и Е. Манистиной, большому успеху спектакля. Участие "станиславцев" в "Игроке" в содружестве с замечательными солистами ГАБТа (В. Верестников, П. Кудрявченко и др.) означало разрушение "баррикады" между двумя театрами, находящимися на одной улице. Думаю, это очень полезная культурная акция, равно как и осуществленное по моей инициативе выступление на сцене ГАБТа Мариинского театра с операми Моцарта и Вагнера.
"Свои люди" - сочтемся
Я надеюсь, уважаемый Михаил Ефимович, Вам известно, что с самых первых дней моего "вхождения во власть" я подвергался непрерывным атакам со стороны прессы, безусловно кем-то натасканной. Меня обливали грязью, невзирая ни на мой возраст, ни на мои пусть незначительные, но все-таки некоторые заслуги перед русским искусством, служению которому я отдал 50 лет. Лживость и некомпетентность их высказываний не поддается описанию. Моя работа в Большом театре, мои симфонические концерты, композиторская деятельность, моя новая книга "Треугольники" подвергались жестокому "разносу". Я даже оказался виноватым в качестве представленных на выставке в Манеже декорационных работ художников Большого театра. Один из рецензентов предложил водить на эту выставку детей, чтобы в случае их плохого поведения им можно было бы пообещать вторичный визит в виде наказания.
Внутри Большого театра организаторы этой травли имели "своих людей". Пресс-центр театра, направляя мне вырезки из газет, производил их "селекцию": положительные отзывы не доводились до моего сведения, отрицательные немедленно попадали на мой стол. Так произошло и с отзывами на выставку в Манеже. Из пресс-центра я получил только отрицательные рецензии, а когда выразил по этому поводу свои "соболезнования" организаторам выставки, они показали мне дюжину отменных рецензий, утаенных от меня.
Могу повеселить Вас анекдотическим фактом. Я дирижировал в Большом зале консерватории симфонией Гайдна № 60. Гайдн сочинил эту симфонию на материале своей музыки к пьесе французского комедиографа Реньяра "Рассеянный". Поэтому в 6-й части, по пьесе соответствующей приходу музыкантов, он написал в партитуре: "Остановить оркестр и попросить настроиться, после чего продолжать шестую часть". Очаровательная и какая "модерная" шутка гения! Я честно выполнил авторское указание и на следующий день прочел в "Коммерсанте", что оркестр под моим управлением играл так скверно, что я сам вынужден был его остановить и попросить настроиться!
Возмущенные артисты оркестра направили главному редактору письмо, подписанное 12 народными и заслуженными артистами России. "Мы не помещаем никаких писем читателей, - был ответ, - а наш рецензент не может ошибаться, у нее высшее музыкальное образование". Тяжба продолжалась месяц, пока газета не опубликовала извинение. Но автор пасквиля продолжает там работать.
Геннадия Рождественского, музыканта с мировым именем, из Большого театра вызвал скандальный резонанс
В один прекрасный день я прочел в "Независимой газете", что репетиции к юбилейному концерту в Большом театре проводил не я, а другой дирижер, поэтому мое появление за пультом было большим сюрпризом, а мои дни сочтены: я с часу на час буду уволен приказом министра культуры. Ссылались при этом на "хорошо осведомленные источники информации". Так как Вы, Михаил Ефимович, официально опровергли версию о приказе, я не стал заниматься этим вопросом, но попросил главного редактора газеты сообщить мне фамилию дирижера, который вместо меня готовил юбилейный концерт. Ответа на свое письмо я жду по сей день.
Версия о моем скором увольнении вновь возродилась в "Московском комсомольце". В заметке, подписанной В. Котыховым и Е. Кретовой, утверждалось: "Слухи о том, что маэстро Рождественского хотят попросить с высокого поста, кружились уже месяца три". Выходит, три месяца яи не подозревал, что над моей головой навис меч правосудия.
Страшно подумать о количестве читателей, которые принимают на веру эту невежественную писанину (газета ведь не ошибается!). Поставщики такой "информации" деформируют сознание людей и делают это совершенно безнаказанно. Они позволяют себе называть Юрия Григоровича "старым алкоголиком", Бориса Покровского - "маразматиком", Федора Федоровского - "сталинистом". Для них нет ничего святого, они пользуются предоставленной им свободой слова, превратив ее в свободу лжи.
В лживой статье "Капитан сошел с корабля первым", посвященной моему уходу из Большого театра ("Коммерсант"), Е. Черемных и Т. Кузнецова ухитрились даже "процитировать" мое "прощальное письмо" министру культуры, которое тогда еще не было написано!
Резюмируя свои мысли о прессе, я обращаюсь к Московскому союзу музыкантов, к Союзу композиторов РФ, к Союзу театральных деятелей РФ, ко всем людям, кому дорога русская музыкальная культура, с просьбой высказать свое мнение о случившемся в средствах массовой информации, дать объективную оценку хулиганам, жертвой которых сегодня стал я, а завтра с успехом может стать каждый из вас.