Всего за 359 руб. Купить полную версию
- Здравствуйте, дети! Не могли бы вы войти через кухню? А то я только что вымыла пол в большой прихожей.
- Какой прием! - прошептал Юнас. - Что я вам говорил?
Ребята обошли дом кругом. Фру Йорансон спустилась и открыла им. Хотя и Юнас, и Анника много раз видели ее в магазине, сейчас они как будто впервые по-настоящему ее разглядели. Раньше они считали фру Йорансон вполне обыкновенной, неприметной пожилой женщиной, вечно таскавшей с собой кучу вещей и всегда куда-то спешившей - на такого человека не особенно-то обратишь внимание.
Но она оказалась совсем не такой обыкновенной, как они думали. Вид у нее был настороженный, а карие беличьи глазки, казалось, видели все. Здесь, у себя дома, фру Йорансон и двигалась совершенно иначе - она семенила. У нее было круглое, сильное тело, не полное, но крепкое, и на удивление худые ноги с маленькими ступнями. А руки крошечные, с длинными пальцами. В общем, тело не очень сочеталось с конечностями.
- Я вижу, вас трое? - были ее первые слова.
- Да, это Давид Стенфельдт, наш друг, - ответила Анника.
А Юнас добавил:
- Он отлично ухаживает за цветами.
- Вот как?
Казалось, фру Йорансон колеблется, но, в конце концов, она впустила всех троих.
- Что ж, очень мило с вашей стороны, - сказала она, оглядев каждого. - Проходите, я вам все покажу! Дело в том, что я просто снимаю этот дом и не хочу, чтобы тут шастали посторонние люди.
Она повела ребят через прихожую в комнату.
- Ей не нравится, что я тоже пришел, - прошептал Давид.
- Нам не обязательно сразу же соглашаться на эту работу, - прошептала в ответ Анника, - мы не будем ничего обещать, только посмотрим.
- Чтобы вам не бегать по разным комнатам, я выставила почти все цветы на кухне, - сказала фру Йорансон. - Но, может, лучше все же начать с гостиной?
Она повела их через буфетную.
- Похоже, она нервничает, - прошипел Юнас и завозился с магнитофоном.
- Сейчас же прекрати! - возмутилась Анника.
- Господи, сколько этих цветов! - сказала фру Йорансон.
- Ну что, похоже на твой сон? - прошептала Анника Давиду.
Давид кивнул, а фру Йорансон продолжила:
- Да, цветы - большая проблема в этом доме.
- А дом, наверное, старый, да? - спросил Юнас.
- Да, не вчера построен! Думаю, век семнадцатый - восемнадцатый. И цветы как будто такие же старые. Вероятно, они переходили по наследству из поколения в поколение. По слухам, один из них - совсем древний, но я точно не знаю, какой. Короче говоря, цветы не мои, они часть дома, и уносить их никуда нельзя. Это очень, очень странные цветы!
И фру Йорансон засмеялась коротким, презрительным смешком. Было ясно, что она не любит эти растения.
Она принесла цветы и со второго этажа тоже, расставив их в кухне и гостиной.
- Чтобы не бегать по всему дому, - объяснила она. - Да и вообще вам незачем подниматься на второй этаж!
Она явно не хотела, чтобы дети ходили по дому, - может, боялась, что они устроят беспорядок.
Вдруг наверху хлопнула дверь или окно - где-то был сквозняк, и фру Йорансон пошла посмотреть, что случилось. Дети ненадолго остались одни.
- Ну что, Давид, похоже на твой сон? - снова прошептала Анника.
Давид не сразу ответил, он застыл, уставившись на одинокий цветок на окне. Рядом в углу стояли старые напольные часы. Взглянув туда, Анника и Юнас сразу все поняли. Цветок! Часы! Объяснений не требовалось.
Анника подошла к цветку.
- Он завял, листья совсем поникли…
- Оставь! Не трогай! - прошептал Давид. Дети услышали шаги фру Йорансон, она возвращалась.
- Что будем делать, - быстро прошептала Анника, - соглашаемся или как?..
Юнас подскочил к ним и предложил "салмиак".
- Надо подумать, - ответил он. - Сосредоточились!
Но Давид не обратил на него никакого внимания.
- Да, да! Соглашайся, - почти нетерпеливо сказал он Аннике.
Когда фру Йорансон вошла в комнату, Юнас рассматривал часы.
- Что ты там делаешь? - спросила она.
- Какие занятные старинные часы! Они ходят? - поинтересовался Юнас.
- Нет, эти часы не ходят! Не трогай! - ответила фру Йорансон строгим, не терпящим возражений голосом. Она явно не собиралась ничего объяснять.
Но Юнас не мог оторваться от часов. Он постучал по футляру. Фру Йорансон повысила голос:
- Чинить их бесполезно! Сколько я снимаю этот дом, они никогда не ходили!
Юнас отошел от часов, и фру Йорансон снова заговорила о цветах.
- С ними все так сложно, - недовольно сказала она. - К тому же это не моя прихоть, лично мне все равно, что с ними будет, но я отвечаю за них перед владельцем дома.
- Если владелец так за них волнуется, почему он не забрал их с собой? - спросила Анника.
- Их ни в коем случае нельзя никуда увозить. Кажется, это написано в каком-то старом завещании.
Фру Йорансон засмеялась и добавила, что эти цветы легко сойдут за настоящих жильцов. Похоже, в прежние времена в этом доме все было подчинено цветам.
- Некоторые даже утверждают, что цветы будут мстить, если с ними что-нибудь случится, так что лучше как следует их поливать! - продолжала она, не переставая смеяться, но выражение ее лица по-прежнему было строгим.
- А эти ракушки? - вдруг спросил Юнас. - В них слышно море?
- Понятия не имею! Положи на место! - недовольно произнесла фру Йорансон, но Юнасу, похоже, не было до нее никакого дела.
- Надо же, слышно! - сказал он, приложив раковины к ушам.
Фру Йорансон подошла к нему и забрала раковины.
- Не вздумайте к ним прикасаться! - она повернулась к Аннике. - Разрешая вам приходить в этот дом, я беру на себя большую ответственность. Надо было мне все-таки пригласить кого-нибудь постарше…
- Нет, что вы! Мы справимся, - заверила ее Анника.
- Не волнуйтесь. Все будет хорошо, - подтвердил Давид. - Мы очень любим цветы.
Давиду пришлось вмешаться, чтобы отвлечь внимание фру Йорансон от Юнаса, который никак не мог оторваться от ракушек и пытался записать на свой магнитофон шум моря. Анника готова была испепелить его взглядом, но Юнас ничего не замечал. Не выдержав, она подошла к нему.
- Ты что! Хочешь все испортить? - прошипела она. - Это же просто ужас какой-то!
Наконец Юнас положил раковины на место, а Давид продолжал обрабатывать фру Йорансон.
- Что ж, договорились! - в конце концов сказала она.
В ее голосе все еще звучала некоторая неуверенность. Нет, она, конечно, согласилась, но, доставая ключ от черной двери, - а детям велено было пользоваться черным ходом - казалась немного напуганной. Она недоверчиво переводила взгляд с Давида на Аннику и в конце концов решила дать ключ Аннике. Но при этом несколько раз повторила, какую она берет на себя ответственность, пуская их в дом.
- Да, вот еще что! - добавила она. - Если будет звонить телефон, не обращайте внимания. Это просто старые гости, которые не знают, что пансион закрыт, так что отвечать не надо. Не берите трубку, и все! Пусть себе звонит!
Дети, конечно же, пообещали не подходить к телефону. И не открывать, если кто-то позвонит в дверь.
Фру Йорансон, похоже, немного успокоилась.
- Ну хорошо, - сказала она и рассмеялась. - Надеюсь, вам повезет с этими цветами больше, чем мне.
- Надеюсь, - ответил Давид. - Во всяком случае, мы постараемся.
- Уж это точно, - добавил Юнас, сделав наивное лицо. - Все будет исполнено в лучшем виде. Можете на меня положиться!
Но спокойствия фру Йорансон это не прибавило. Она без особой радости посмотрела на Юнаса.
- Ведь вам же не обязательно приходить сюда всем вместе, правда? - спросила она, взглянув на Аннику.
- Нет, конечно, - ответила Анника. - Приходить буду в основном я… ну и Давид, потому что он больше всех нас интересуется цветами.
Юнас было запротестовал, но Анника строго посмотрела на него, и фру Йорансон наконец успокоилась. Она проводила ребят в прихожую. Было заметно, что она торопится и хочет, чтобы дети поскорее ушли.
- Я еду поездом, - сказала она, - а поезд не будет ждать!
Уже закрывая дверь, она вдруг что-то вспомнила.
- А кто-нибудь из вас бывал здесь раньше? - спросила она.
Дети ответили, что нет.
- То есть вы в этом доме впервые? - повторила фру Йорансон.
Они подтвердили - да, впервые. Фру Йорансон, похоже, окончательно успокоилась и кивнула им на прощание.
- До свидания, до свидания! - сказала она и закрыла дверь.
Юнас поднес микрофон к губам:
- Итак, дорогие слушатели, этими любезными словами фру Йорансон мы заканчиваем на сегодня наш репортаж из Селандерского поместья.
Анника недовольно посмотрела на него.
- Надеюсь, ты выключал магнитофон, пока мы там были?
- Конечно, нет, - ответил Юнас и вытащил кассету. - Очень любопытно. Эта женщина выдает себя каждым словом. Очень подозрительная особа.
Давид шел молча и размышлял о цветке и о своем сне. Что ж, ничего удивительного - он был уверен, что узнаёт это место.