- Надо же, какая незадача… - растерялась миссис Тэйлор. - Я вижу, что у вас срываются планы.
- Ничего не поделаешь, - сказала Трейси.
- Может быть, я могу помочь вам в чем - нибудь еще? - не могла успокоиться хранительница архива.
Белинда тем временем рылась в своих бумажках. По словам Хенли Джоунса, он проследил по церковным записям родословную семьи Хейес до 1701 года. О более отдаленных временах он якобы собирал сведения по найденным завещаниям.
Самым важным завещанием было то, которое связывало семью Хейес с сэром Хетерингтоном Хейесом, землевладельцем середины ХVI века. Именно его предки наследовали Роберту де Хейесу, прямому потомку Вильгельма Завоевателя.
Белинда протянула исписанный листок бумаги миссис Тэйлор и спросила:
- А есть какая - нибудь возможность найти вот это?
- Естественно. У нас есть картотека по завещаниям.
Миссис Тэйлор вытащила ящик с карточками, и под ее быстрыми пальцами замелькали фамилии и имена. Она разочарованно повторила все то же самое и спросила:
- Вы уверены в точности вашей записи?
- Стопроцентно.
Миссис Тэйлор задвинула ящик.
- Странно. Карточки на это завещание здесь нет. Но ничего. Я знаю, где нужно поискать копию самого документа.
Она ушла в другую комнату и вернулась с большой пыльной коробкой.
- К ней годами никто не прикасался, - извинилась миссис Тэйлор за пыль.
Белинда подмигнула Трейси. Все шло, как она и думала. Хенли Джоунс заявлял, что он держал в руках это завещание на прошлой неделе.
Миссис Тэйлор открыла коробку, вытащила большую кипу бумаг и проверила каждую из них. Когда она дошла до дна коробки, то снова начала все сначала. Наконец она заключила:
- Такого завещания нет. Его просто не существует.
Девочки переглянулись.
- Мы его засекли.
ГЛАВА 10
Незваный гость
- Вечно папы нет тогда, когда он особенно нужен, - ворчала Белинда. Они с Холли и Трейси прогуливались среди тех, кто приехал на осеннюю ярмарку в Виверс - Холл. Белинда уже рассказала о том, что было в архиве, и теперь она жаловалась на судьбу. Отец уехал по делам в другую страну и должен был возвратиться только через неделю.
- Я не смогу торжественно объявить ему, что его мистер Хенли Джоунс мошенник, аж до следующей недели, - сетовала Белинда.
- Подожди, - успокаивала ее Холли. - Завещание может найтись в другом месте.
- Не смеши меня, Холли. Его не было в природе. Голову даю на отсечение.
На осенней ярмарке было много стендов и не слишком много посетителей. Детективному клубу было вольготно бродить и глазеть.
В основном выставлялась всякая всячина ручной работы: глиняные фигурки, вышивки, самодельные украшения, деревянные игрушки, таблички на дверь. В дальнем конце павильона торговали потрепанными книгами, старыми пластинками и кассетами.
В одном из проходов подруги остановились у стенда с пейзажами окрестностей Виллоу - Дейла.
- Школьникам скидка, - послышался голос из - за рядов картин. Потом вышел и сам хозяин. - Три штуки по цене четырех.
Холли улыбнулась шутке и уже хотела пройти мимо, как вдруг увидела, что перед ней не кто иной, как Джеймс Хопкирк. Он тоже узнал девочек.
- Где я вас видел?
- Наверху. У Топ - Милл - Холла.
Джеймс Хопкирк щелкнул пальцами:
- Ну как я мог забыть! Вы ведь тоже художники. По настенной живописи.
- Это все ваши работы? - спросила Холли.
- Да. Все до одной. Но могут стать вашими за гроши.
- За гроши - это за сколько? - поинтересовалась Трейси.
- А сколько у вас есть?
- Немного.
- Все равно это больше, чем я наторговал пока что. И кто это выдумал, что художник может разбогатеть.
- А вы лошадей рисуете? - полюбопытствовала Белинда.
- За деньги все, что угодно. - Хопкирк взял блокнот и карандаш. Несколько легких штрихов - и на листке возникла лошадь, совсем как живая. Белинда была готова даже покормить ее.
- Класс! - восхитилась она.
Хопкирк вырвал листок и со словами "это ваше" протянул его Белинде.
- Спасибо, я повешу у себя в спальне.
- Нет, - возразил художник, - надо повесить там, где ее смогут увидеть люди. И заказать мне что - нибудь еще. Вот моя визитка.
Джеймс Хопкирк протянул каждой из подруг по визитной карточке.
Холли засунула визитку в кошелек и обратилась к Хопкирку:
- Вы случайно не знаете, как нам найти стенд Лавинии Джесоп?
- Поищите рядом.
Холли посмотрела на соседний стенд. Он был доверху заставлен пакетиками, бутылочками и баночками. На них красовались ярлычки с именем Лавинии. У другого конца стенда стояла сама Лавиния и разговаривала с какой - то пожилой дамой. Потом она отошла от нее, взяла с полки пузырек и тут увидела девочек.
- Я сейчас! - крикнула она им и засунула пузырек в сумку пожилой дамы. Та потрясла ее руку и засеменила дальше.
- Может быть, поможет, - сказала Лавиния, подходя к девочкам. - Во всяком случае, не повредит. - Она посмотрела на царапину на лбу Белинды, взяла со стола баночку мази и дала пострадавшей. - Дома смажешь. Быстрей заживет. - Она повернулась к Холли: - Покажи свой ожог.
- Да не надо, все уже прошло, - запротестовала Холли. Ожог был у самого плеча, ей не хотелось раздеваться, тем более посреди павильона.
- Извини, - улыбнулась Лавиния. - Я и в мыслях не держала тебя смущать. Не лечиться же ты сюда пришла. Может, по чашечке кофе?
- А как же стенд? - удивилась Трейси.
- С утра мало народу. Я попрошу Джеймса Хопкирка присмотреть.
Казалось, Джеймс Хопкирк был счастлив оказать Лавинии услугу.
- Теперь есть надежда, что и у меня появятся клиенты, - сказал он, усаживаясь между двумя стендами.
- Вы давно его знаете? - спросила Холли Лавинию по дороге в буфет.
- Джеймса Хопкирка? Мы большей частью встречаемся только на ярмарках. Он всю жизнь прожил в Виллоу - Дейле, кроме времен войны. Совсем ребенком он попал в концлагерь.
- В Германии?
- Да. И пробыл в нем почти четыре года. Там он научился рисовать. Ну, хватит о Джеймсе Хопкирке. Расскажите мне про пожар.
За чашечкой кофе с пирожными Холли с Белиндой поведали все о том злополучном вечере.
- Какое счастье, что вы выбрались оттуда живыми, - с облегчением вздохнула Лавиния.
- Мы - то в порядке. Но в газете опять пишут о нечистой силе, о колдовстве. Снова задевают вас.
- Чушь собачья, - отрезала Лавиния. - Никаким колдовством тут и не пахнет.
- Но как же, - запротестовала Белинда, - там были все признаки.
Лавиния отодвинула свою чашку и поднялась из - за стола.
- Ручаюсь, что это была инсценировка.
Детективный клуб поплелся за ней в молчании. Их озадачили слова Лавинии. Кому понадобилось разыгрывать сцены ритуалов черной магии?
Когда они вернулись, Джеймс Хопкирк как раз продавал что - то женщине с ребенком на руках.
- Опрелость. Раздражение от подгузников! - выкрикнул он. - Я дал ей кожную мазь.
- Прекрасно, - откликнулась Лавиния. Она сняла со стенда еще баночку и дала ее Холли. - Помажь. Заживет быстрее.
Холли помазала, как только пришла домой. К вечеру пятно покраснело и стало чесаться.
- Когда чешется, значит - заживает, - успокоила ее миссис Адамс.
Холли и сама так думала, а потому намазалась еще перед сном.
Она проснулась очень рано. Плечо жгло нестерпимо. Боль была в десять раз сильнее, чем раньше. Холли вскочила с кровати и зажгла свет. Краснота расползлась на всю руку, пошли волдыри.
Для мистера Адамса было достаточно одного взгляда на ожог, чтобы схватить Холли в машину и помчаться в больницу.
Молодая докторша покачала головой и сказала, что это уже третий случай за утро.
- Все с ожогами? - спросил мистер Адамс.
- Нет. Какая - то реакция на мазь, которую они использовали.
- О господи! - застонала Холли. - Опять беда.
В вечерней газете уже красовался заголовок: "Смертельное зелье". Оказывается, больше десяти человек из тех, кто купил у Лавинии на ярмарке мазь от кожных воспалений, попали в больницу. Мазь отправили в лабораторию. До получения результатов анализа Лавиния дала слово не продавать ни одной баночки.
- Бред какой - то, - говорила она по телефону Холли. - Я много лет продаю эту мазь, и ни разу ничего не случилось.
Лавиния провела весь день в департаменте охраны здоровья: отвечала на вопросы о составе мази.
- Я объясняла им, что использую только целебные природные продукты.
- Действительно, странно, - согласилась Холли.
- Кстати, а как Белинда?
- Белинда? - переспросила Холли. - А что?
- Я ей тоже дала этой мази для царапины на лбу.
- Сейчас узнаю. - Холли набрала телефон Белинды.
- Как твоя голова? - с места в карьер начала Холли. - Ты не заметила ничего странного?
- Наверное лучше, чем твоя, если ты задаешь идиотские вопросы.
Оказывается, Белинда ничего не знала о случившемся.
- Вчера вечером я помазала царапину. Сейчас она уже затянулась. - Наступила пауза, и вдруг Белинда вскричала: - Нет! Не может быть!
- Что? Снова болит? - испугалась Холли.
- Не то. Не то! Я вспомнила, что намазала губу Мелтдауна. У него было раздражение. Если с ним что - нибудь случится, я навсегда перестану с ней разговаривать.
Белинда стрелой полетела проверить, не захворал ли часом ее любимец. В эту минуту ей было все равно, как чувствует себя подруга. Но заставить страдать коня - этого она себе ни за что бы не простила.