Всего за 349 руб. Купить полную версию
Рейли и Хо связывает еще и то обстоятельство, что оба они исчезли из Порт-Артура примерно в одно и то же время - Рейли выехал из города вскоре после побега Хо. В 1917 году Моисей Гинсбург вспоминал, что именно "внезапное исчезновение" Рейли и породило у русских подозрение, что он был шпионом. Уинфред Людеке и Ричард Дикон также придерживаются версии, согласно которой Рейли, установив, что некий служащий из "Восточно-Азиатской компании" работал на русскую разведку, понял, что русские подозревают его в шпионаже. Эта гипотеза также находит подтверждение в московских архивах. Так, найденные в них документы свидетельствуют о том, что одной из наиболее ценных находок русской контрразведки был некий британский гражданин по имени Горас Коллинз, который действительно состоял на службе в "Восточно-Азиатской компании". Коллинз родился в 1870 году в Хивере, графство Кент, в семье зажиточного фермера. В детстве Горас работал на ферме, ухаживая за лошадьми, а впоследствии стал обучаться профессии жокея в соседних конюшнях в Лингфилде. По окончании курса учебы в 1983 году он отправился на Дальний Восток, где получил работу жокея при дворе японского императора. Именно в это время он выучил японский и китайский языки. Не став выдающимся жокеем, он занялся коммерцией и, используя свои знания восточных языков, совершал частые поездки в Китай, Корею, Японию и Восточную Россию, которые ему оплачивали различные торговые дома.
Русские архивные документы ничего не говорят о том, каким образом и почему Коллинза завербовала русская разведка, хотя главным мотивом здесь, несомненно, были деньги. Для русских Коллинз был особенно ценным агентом вследствие его знания иностранных языков, Японии и японцев. За это русские платили ему 300 долларов в месяц плюс издержки. Случайно обнаружил Рейли русского агента или благодаря кому-то еще, нам неизвестно. Но, учитывая, что у Рейли был роман с женщиной по имени Анна, существует высокая вероятность того, что этим "кем-то" была Анна Григорьевна Коллинз, русская жена Гораса Коллинза. Известно не только, что она знала о работе своего мужа на русских, но также то, что у нее были любовные отношения с кем-то из его сослуживцев.
Рапорт жандармского ротмистра Познанского о китайце Хо-лянь-шуне, подозреваемом в продаже японцам секретных чертежей крепости Порт-Артур
По мнению Уинфреда Людеке, выехав поспешно из Порт-Артура, Рейли направился в Японию в сопровождении "женщины, за которой он ухаживал". Можно лишь только гадать, были ли Анна и сопровождавшая его женщина одним и тем же лицом. Если Рейли и отправился в Японию, то его пребывание там вряд ли было длительным, так как в июне 1904 года он уже находится в Париже. Во время своего непродолжительного пребывания во французской столице Рейли возобновил свое знакомство с Уильямом Мелвиллом, которого он в последний раз видел в 1899 году, незадолго до своего поспешного отъезда из Лондона. Встреча между Рейли и Мелвиллом имела важное значение, так как именно в эти несколько недель Мелвилл обратился к Рейли с просьбой оказать ему помощь в одном деле, которое позже станет известным как "дело д’Арси".
Исследователи участия Рейли в "деле д’Арси" часто принимали за чистую монету историю, рассказанную им самим. Другие источники, однако, излагают несколько иную версию событий. Подоплека этого дела кратко изложена в письме члена английского парламента Э. Дж. Претимена от 30 апреля 1919 г. сэру Чарльзу Гринуэю, председателю "Англо-Иранской нефтяной компании", в котором Претимен вспоминает о том, как пятнадцать лет тому назад, будучи гражданским лордом Адмиралтейства, он принимал участие в переговорах о предоставлении персидской нефтяной концессии для Великобритании, что косвенным образом способствовало возникновению "Англо-Иранской нефтяной компании".
"В 1904 году Совет Адмиралтейства пришел к выводу, что нефть скоро полностью заменит уголь как топливо для военно-морского флота. Нам также стало очевидно, что это поставит британский флот в крайне невыгодное положение, поскольку, в то время как Британские острова обладают самым большим запасом энергетического угля в мире, лишь малая доля известных нам мировых месторождений нефти находится в пределах Британского Доминиона, но даже они находятся в крайне удаленных от нас точках. В этой связи лордом Селборном было принято решение о создании в парламенте постоянного комитета по этому вопросу, а также по вопросам освоения других нефтяных месторождений под британским контролем. Я был назначен председателем этого комитета, а моими заместителями были сэр Бовертон Редвуд и ныне покойный сэр Генри Гордон Миллер, в то время управляющий по морским подрядам. В ходе нашей работы мы благодаря сэру Бовертону Редвуду узнали, что покойный г-н д’Арси получил от персидского правительства нефтяную концессию на разработку месторождений в Южной Персии, равно как и то, что он вел аналогичные переговоры с правительством Турции относительно предоставления ему прав на нефтяные разработки в Месопотамии. Нам удалось выяснить, что г-н д ’Арси желал уступить свои права по персидской концессии какому-нибудь финансовому синдикату, обладающему достаточным капиталом и опытом для ведения подобных разработок. Нам также стало известно, что д’Арси в то время находился на Ривьере, ведя переговоры о передаче концессии французским Ротшильдам. Это побудило меня написать письмо г-ну д’Арси, в котором я сообщал ему о заинтересованности Адмиралтейства в нефтяных разработках и просил его, до того как он примет решение о передаче концессии иностранцам, предоставить Адмиралтейству возможность попытаться договориться о приобретении этих концессий Британским Синдикатом.
Далее в своем письме я предложил ему приехать и обсудить этот вопрос со мной. Г-н д’Арси принял мое приглашение и вернулся из Ривьеры для обсуждения этих вопросов. В результате наших переговоров комитет обратился к Бирманской нефтяной компании, с которой уже ранее была достигнута договоренность об экстренных поставках нашему флоту нефтяного топлива, и, рассмотрев перспективы персидских нефтяных месторождений, мы приняли совместное решение об их разработке и об учреждении Синдиката".
Д’Арси уже истратил сто пятьдесят тысяч фунтов на поиски нефтяных скважин помимо тех сумм, которые он заплатил за приобретение концессии. Было очевидно, что он хочет на этом остановиться. Вскоре, однако, он осознал всю сложность своего положения, так как его потенциальные инвесторы, в том числе и британское правительство, не желали иметь ничего общего с этим проектом, пока не будут найдены нефтяные месторождения.