- Ну, во-первых, как я и предполагал, фирмы "АНАТАС" по адресу, указанному в договоре, нет. Главрежа в кукольном театре тоже нет. Вернее, главный режиссер, конечно, имеется, но фамилия у него не Угольков. "Мастерская по изготовлению гробов" на кладбище существует, но никаких кукольных гробиков ей не заказывали и ни о каком Похмелкине там не слыхали. - Гвоздь на секундочку прервался, сбив с сигареты пепел.
- А Тюхин-Матюхин есть? - нетерпеливо спросила Рыжикова. Юльке очень понравился детектив. И ей не хотелось, чтобы он оказался убитым или наведенкой.
- Есть.
- Правда?! - обрадовалась Рыжикова.
- Вернее, нет.
- Как это? - разочаровалась Юлька.
- По адресу, который вы мне назвали, действительно находится контора Тюхина-Матюхина, но самого детектива сейчас там нет. Секретарша сказала, что он ведет расследование в другом городе.
- А в каком?
- Секретарша не в курсе.
- Кого же тогда застрелили у бара "Два урода"? - недоумевали подруги.
- Никого. Такого бара в Питере отродясь не было. На этом месте расположено кафе "Два пингвина". И ящика с кукольными гробами я на чердаке не нашел.
- Вы и на чердаке успели побывать, товарищ майор?
- Так точно, Жора!
- Выходит, у нас не осталось ни свидетелей, ни подозреваемых, - со вздохом сделал вывод Кипятков.
- Не делай скороспелых выводов, Жора. Один остался.
- Кто?
- Антон Налимов. - Гвоздь перевел взгляд на Пыжикова. - Юля, можно задать тебе нескромный вопрос?
- Вы у какой Юли спрашиваете? У Чижиковой или у Рыжиковой?
- У Чижиковой.
- Задавайте, Петр Трофимыч.
- Я вот что хочу спросить. - Майор смущенно кашлянул. - Ты с этим парнем-то целовалась?
- С Тохой? Целовалась.
- Какими поцелуями?
- Всякими.
- А японским целовалась?
- Да.
- Ты только не падай в обморок, Юля. Но, по-моему, твой Тоха - это Алиса Моллард.
У Пыжикова так челюсть и отвисла.
- Я фигею!
- Пока что особо не фигей. Это лишь мое предположение. Но смотрите, девчата, что получается. Наваждения у вас начались после того, как вы зашли в магический салон. Верно?
- Верно, - подтвердили девчонки.
- А кто вам надоумил зайти в этот салон?
- Никто. Мы случайно на него наткнулись.
- Не-е-ет, девчата, - покачал головой Гвоздь, - это была не случайность. Я думаю, Алиса давно вас вычислила, как наиболее подходящих кандидаток на трансформацию сознания. И, приняв облик шестнадцатилетнего паренька, искала с вами знакомства.
- А зачем?
- Ей надо было заманить вас в салон, чтобы провести с вашими сознаниями подготовительную работу. Вот поэтому, Юля, Тоха и поцеловал тебя японским поцелуем.
- При чем тут японский поцелуй?
- Вместе с этим поцелуем Алиса заложила тебе в подсознание приказ явиться в магический салон.
- Но она с нами там ничего не делала. Мы только поговорили, и все.
- Нет, не все. Вы же сами рассказывали, что вошли в салон около двенадцати, находились там от силы полчаса, а когда вышли, было полпятого. Это говорит о том, что Алиса с вами не разговаривала, а погрузила вас в транс и подготовила ваши сознания для трансформации.
Чижиковой все еще не верилось.
- Зачем тогда Тоха мне часы подарил, если он Алиса Моллард?
- А ты не догадываешься?
- Не-а.
- Эти часики - с определителем местоположения.
- А-а, - поняла Рыжикова. - По этим часам Алиса Моллард на Чижика наведенку наводила.
- Так точно! - подтвердил Гвоздь.
- А почему она мне такие часы не дала?
- С тобой она и без часов справилась. На одного человека наводить наведенку для Алисы пара пустяков. А одновременно на двоих - уже напряг. Вот она часиками и воспользовалась.
- Тоха - Алиса Моллард, - пробормотала Чижикова. - У меня в голове это не укладывается.
- Ничего, уложится со временем, - заверил ее майор.
- Но вы же говорите - это только ваше предположение. Может, Тоха к этой истории вообще не имеет никакого отношения.
- Может, и не имеет, - согласился Гвоздь. - Тем более что в Комарове я его могилы не обнаружил.
- Наверное, вы не там искали. Его могила между памятниками Чехову и Гоголю.
- Да ведь Чехов с Гоголем в Москве похоронены.
- В Москве? - удивились девчонки.
- Так точно! - козырнул Кипятков. - На Новодевичьем кладбище.
- Ну и ну, - почесали Чижикова-с-Рыжиковой затылок Пыжикова.
А Гвоздь приказал:
- Летим в Москву, орлы!
Глава XIX
ОЖИВШИЙ ПОКОЙНИК
И вот они уже в Москве. На Новодевичьем кладбище. Между могилами Чехова и Гоголя и впрямь был похоронен Антон Налимов. Но какой!.. На гранитном постаменте возвышался мраморный бюст пожилого мужчины в морском кителе, тоже, разумеется, мраморном. Надпись, сделанная золотыми буквами, гласила:
АДМИРАЛ АНТОН ЗАХАРОВИЧ НАЛИМОВ
- Вот так номер, чтоб я помер! - подкрутил усы майор Гвоздь. - Это что ж, твой Тоха?
Чижикова слова не могла вымолвить от изумления.
А Рыжикова сказала:
- Крутая фишка!
- Так точно! - козырнул капитан Кипятков.
- Я фигею, - уже вслух изумлялась Чижикова. - Тохе же было шестнадцать с хвостиком.
- А этому Тохе шестьдесят с хвостиком, - указал Гвоздь на даты жизни. - Поздравляю вас, орлы. Вот вам еще одна загадочка, которую нам подкинула Алиса Моллард.
- Вы думаете - она?
- Ну а кто ж еще?.. Жора, дай-ка лупу.
- Слушаюсь!
Капитан достал из дорожной сумки увеличительное стекло и передал майору. Гвоздь, поднеся увеличилку к памятнику, принялся внимательно его осматривать.
- Вот так номер, чтоб я помер! - воскликнул он минуту спустя. - Девчата, посмотрите-ка сюда, - передал он лупу Пыжикову.
Девчонки посмотрели.
В самом низу постамента виднелась едва заметная надпись: "Скульптор Савелий Ворончук". И проставлена дата.
- Ну и что? - не поняли подруги.
- А то. Выходит, памятник сделан в прошлом году. А адмирал умер в этом. Вам это странным не кажется?
- Нет, не кажется. Египетские фараоны себе вообще пирамиды за сорок лет до смерти начинали строить.
- Так то фараоны… - сказал майор. - Жора!
- Я!
- Дай-ка щуп.
- Есть!
Из той же дорожной сумки Кипятков вынул длинный металлический стержень, который еще и раздвигался, как антенна.
- Прошу, товарищ майор.
Гвоздь воткнул заостренный конец стержня в могилу и надавил. Штырь без труда вошел в мягкую землю. Лицо майора приняло сосредоточенное выражение.
- Так, так, так, - бормотал он в усы, погружая щуп все глубже и глубже. - Ага-а, вот он гробик… - нащупал Гвоздь и присвистнул: - А покойничка-то в гробу и нет.
- Как нет? - поразились все.
- Сами послушайте… - Гвоздь потыкал стержнем. - Слышите?! Когда в гробу кто-то лежит - звук совсем другой… Вот так номер, чтоб я помер! Куда ж адмирал-то подевался? А, Жора?
- Не могу знать, товарищ майор!
- Может, домой вернулся? Надо бы проверить.
Девчонки захихикали, думая, что Гвоздь шутит. Но майор и не думал шутить.
- Едем на "Третьяковскую"! - распорядился он.
- А почему на "Третьяковскую"? - спросили подруги.
- Вы к кому? - как и прошлый раз, осведомился охранник.
- К адмиралу Налимову! - отчеканил Гвоздь.
- Он умер.
- А кто теперь живет в его квартире?
- Адмиральша Налимова. Но она никого не принимает.
- Думаю, нас она примет. - Гвоздь показал охраннику удостоверение.
- Проходите, товарищ майор, - козырнул тот. - Я ей сейчас позвоню.
Шикарный лифт с зеркалами поднял фээсбэшников и Юлек на восьмой этаж. Дверь им открыла та самая женщина, которую Чижикова и Рыжикова видели в свой прошлый приход.
- Здравия желаю! - отдали ей честь майор с капитаном. Обе Юльки тоже поздоровались.
Адмиральша кивнула в ответ.
- Чем могу служить, господа? - довольно сухо спросила она.
- Хотелось бы с вами побеседовать, мадам, - галантно промолвил Гвоздь.
- О чем же?
- О вашем муже.
Адмиральша меланхолично вздохнула.
- Что о нем говорить. Он умер.
- И тем не менее, - настаивал майор.
- Хорошо, - согласилась адмиральша и впустила непрошеных гостей в квартиру.
В прихожей всем в ноздри ударил крепчайший запах табака. Чижикова-с-Рыжиковой, то есть Пыжиков закашлялся.
Майор же Гвоздь, наоборот, с удовольствием втянул ноздрями воздух.
- "Джек-Потрошитель", - определил он нюхом заядлого курильщика. - Самый крепкий трубочный табак. - Вы что, мадам, трубку курите?
- Представьте себе. Антон Захарыч всю жизнь курил. Ну и я пристрастилась.
Адмиральша повела их в комнату. На журнальном столике стояла полупустая бутылка ямайского рома и стакан. "Видимо, адмирал всю жизнь еще и ром пил", - одновременно подумали Гвоздь, Кипятков и обе Юльки.
- Прошу садиться, - указала адмиральша на массивные кресла и села сама. - Итак, я вас слушаю.
- От чего умер ваш муж? - напрямик спросил майор.
- От старости.
- Но ведь он был не такой уж и старый.
- Но не такой уж и молодой, - отпарировала адмиральша. И предложила: - Хотите рома, господа?
- Мы на службе не пьем, - отказался за всех Гвоздь.
- А я выпью. - Адмиральша залпом маханула целый стакан, даже не поморщившись. И потянулась к бутылке - налить еще.
И тут майор Гвоздь сказал: