Россия
Я пойду искать тебя, родимая,
Далеко пойду, моя далекая.
Ты в безвестность побрела, гонимая,
Побрела убого-одинокая.Побрела ты с посохом коряжистым,
В лапотках, с сумою-перекидочкой,
С сухарем в суме-то, с черство-кряжистым,
С сахарком муслистым: два огрызочка.К сумочке посудинка жестяная,
Чтоб чайку попить в пути, привязана.
Для тебя земля обетованная
Далями туманными завешена.Обслезились очи гнойно-пыльные
В даль-туман смотреть с утра да до ночи.
Но поют тебе ветры ковыльные
О великой, о Господней помочи…Я пойду искать тебя, родимая,
Далеко пойду, моя далекая.
Ты в безвестность побрела, гонимая,
Побрела убого-одинокая.1919
"В этот страшный час, в этот жуткий час…"
Евгению Кропивницкому
В этот страшный час, в этот жуткий час
Не подымешь рук, не откроешь глаз:
На руках висит стопудовый гнет -
Вольный волею богатырь-народ,
А глаза, глаза, что смотрели в день,
Ослепила ночь, придавила тень.
Разгулялася непогодушка,
Сиречь - русская воля-волюшка,
Ветром-посвистом прокатилася,
Как осенний лист закрутилася…
И как темный лес, зашумел бурьян,
И, клубясь, плывет из ложбин туман…
Все смешал-склубил, как метелица,
Белым саваном смертно стелется…
В этот жуткий час, в этот страшный час
Не подымешь рук, не откроешь глаз.Москва, 6 июня 1920
Газета "Русская мысль", 10–16.07.1997, № 4182.
Народу израильскому
Твой лик в тенях, но все черты
Лица чеканно-неизменны:
В них отблеск вечной красоты, -
Резец художника нетленный.Да, есть приниженность к земле: -
Не от бессилья иль паденья,
Но оттого, что на челе
Рубцы кровавого мученья."Пламя". 1920, № 20.
"Не приду к тебе, Господи, снова…"
Не приду к тебе, Господи, снова,
Как бывало к тебе приходил.
Не найду в сердце тайного слова, -
Это чудное слово - забыл.Не горит в сердце детская нежность, -
В сердце мука распятой любви.
А одежды моей белоснежность -
И в грязи, и в слезах, и в крови.Ты ушел от меня в бесконечность,
Ты забыл, Ты оставил меня.
Не зажжет эта страшная вечность
Путеводного в сердце огня.1920
"Глоток моей жизни…"
Глоток моей жизни,
Я знаю - отрава.
И каждый мой шаг -
Роковая ступень.
Любовь и надежда,
И гордость, и слава
В одну неживую
Сплетаются тень.И все мои мысли -
Ребяческий лепет,
И все мои чувства,
Как пена волны, -
И муки горенья,И радости трепет -
Великой пустыни
Миражи и сны.1920
"Новое литературное обозрение". 1993, № 5.
Листопад
Листопадный гульный ветер.
Буреломный шум в ветвях.
Рук изломность в взмахах ветел.
Плач земли и смертный страх.По разметанным просторам
Вздыблись клочья ковыля.
Ходит, пьян, по косогорам
Дух разбойного жилья…Бесприютный, где ночую?
Колокольного села,
Как в метелицу глухую,
Мне не бьют колокола…Только ветер листопадный
Ошалело бьет в набат
И, как свежей крови пятна,
Листья по ветру летят…И крестов погостных руки
Ветер гнет во все концы,
Словно, встав, в безумной муке
Закрестились мертвецы…<1921>. "Знамя". 1921, № 9.
"Я в небесах не вижу Бога…"
Я в небесах не вижу Бога:
Там бездна бездн, огонь и тьма;
Хаоса вечная тревога,
И мысли вечная тюрьма.О, сколько мыслей возлегало
Туда - на высоту высот -
Хаоса тьму и огнь взрывало
И звездный измеряло ход.Но, проникая в бесконечность,
Не видело пути конца:
За вечностью вставала вечность
Без выявления Творца.И в необъятности безликой,
В холодной, одинокой тьме,
Металось горестно и дико,
Как в тесной и глухой тюрьме.<22 марта> 1920
"Ни жизнь, ни смерть, ни забытье…"
Ни жизнь, ни смерть, ни забытье,
А сердце хочет жить,
Чтобы слепое бытие
Сознаньем озарить.Все окна полдень отворил, -
Как храм светла тюрьма!
Я все глаза души открыл,
А в душу хлещет тьма.7 мая 1921
"О, эта даль! - она обманна…"
Все жду весны давно, давно,
Но нет весны в тревожных далях.Е.Кропивницкий
О, эта даль! - она обманна:
Ее лазурь и глубина
Как будто нам поет: "осанна!" -
Но бездна в ней отражена.Иди на даль - она отступит,
Иди на свет - потухнет он.
Нас тьма, нас смерть, нас бездна крутит
Безумным колесом времен.Оно - и солнце завертело,
И эти звездные миры.
И каждый миг - лишь злое дело
Жестокой и слепой игры.Не знаю, было ли начало,
Не знаю, будет ли конец, -
Но сколько в эту бездну пало
Остановившихся сердец!Всем неизбежное паденье,
Всех бездна бездной обняла,
И нет таких высот спасенья,
Где б удержаться жизнь могла.15 декабря 1922
Мансарда. М., 1992.
"Из вечности зова не слышу…"
Из вечности зова не слышу:
Безмолвна небесная высь.
Но месяц восходит все выше,
Но звезды все так же зажглись.И плачет душа: для кого же -
И месяц, и трепет огней?..
Я чувствую, как я ничтожен, -
Ничтожен, ненужен, ничей!И гордое слово - "сознанье" -
Меня не утешит ничуть…
Иду я пустыней молчанья -
И горек, и страшен мой путь.1923
"Новое литературное обозрение". 1993, № 5.
"Я не пойму: звезда, пустыня, море…"
Я не пойму: звезда, пустыня, море, -
Что это - разум? Бог? Обман?
На этом неразгаданном просторе
Бессмыслия блистает океан.Кто нам сказал, что мы отображаем
Бессмертное в бессмертном бытии?
Что знаем мы, когда ещё не знаем,
Что мы? Кто мы? И для чего пришли?Есть страшная железная преграда -
Молчание. Нам некому сказать,
Что мы идём, куда идти не надо,
И знаем то, чего не стоит знать.1924
http://www.rvb.ru/np/publication/01text/01/01chernov.htm
"Мир необъятный и безмолвный…"
Мир необъятный и безмолвный,
Твои я слышу голоса.
Но как понять, что ропщут волны,
Поют ветра, шумят леса?Косноязычный, нелюдимый,
Угрюм и страшен ты в ночах.
Твой блеск полночный нестерпимый,
Как страшный сон в моих глазах!Горящий ужасом и тайной,
Кто ты, от вечности немой?
Кто ты, о, друг необычайный?
Кто ты, о, враг жестокий мой?1924
"Я сын земли, я так люблю земное…"
Я сын земли, я так люблю земное.
О мать моя, земля, поведай мне,
Зачем живу, чем связан я с тобою,
Могу ли жить я жизнию иною -
<…………………………………… >Ах, ты молчишь, земля моя родная,
И странно мне молчание твое.
О мать моя, живая неживая,
Какая жизнь к тебе влечет глухая,
И что в тебе мое, что не мое?1925
Мансарда. М., 1992.
"Сквозь боль и кровь, сквозь смертную истому…"
Сквозь боль и кровь, сквозь смертную истому,
Сквозь мрак, и пустоту, и мысли плен
Пришел к себе. Как хорошо: я дома,
Среди родных меня приявших стен.Чего искал? Зачем себя покинул?
Зачем родной порог переступил?
И сердцем я и мыслью мир окинул, -
И мир меня бессмысльем подавил.И был один я, жалкий и угрюмый,
И было страшно мне сознанье бытия.
Но дома я - теперь легко не думать,
И просто чувствовать, что мир, что жизнь, то - я.1925
"Новое литературное обозрение". 1993, № 5.
"Бесконечность, беспредельность…"
Бесконечность, беспредельность,
В сердце - ужас и смятенье.
Жизнь - великая бесцельность,
Мир - плывущее виденье.Я предвижу в отдаленьях,
Я предчувствую в веках
Жутко-стадное смятенье,
Дикий и животный страх.От бесцельности великой,
В боль единую слиясь,
Род людской безумно-дико
Зверем взвоет в страшный час.Мысль, дитя мое родное,
Жалкое мое дитя.
Видишь - ужас пред тобою,
Ужас вся судьба твоя.Бесконечность, беспредельность,
В сердце - ужас и смятенье.
Жизнь - великая бесцельность,
Мир - плывущее виденье.1926
Мансарда. М., 1992.