- Во-он ту, самую яркую!
Грат старательно и долго прицеливалась, натянув тетиву, затем выстрелила. Стрела ушла вертикально в небо.
- А теперь бегите все быстро внутрь! - закричала выдра.
Землеройки бросились в пещеру, а Грат объясняла им вдогонку:
- Вдруг от звезды что-нибудь отвалится и упадет нам прямо на головы. Встаньте все вокруг костра и смотрите на него, не закрывая глаз, несколько секунд подряд.
Подождав, выдра снова обратилась к землеройкам:
- А теперь закройте глаза и, не открывая их, выходите наружу.
Сделав все, как было приказано, землеройки, держась друг за друга, выбрались из пещеры.
- Теперь поднимите мордочки и по моей команде откройте глаза. И-и-раз!
Землеройки Гуосим разом издали восхищенный вздох:
- Правда! Она попала! Попала!
- Звезда взорвалась! Целый сноп искр!
- Я тоже видела! Я тоже! Искры посыпались во все стороны!
Самая маленькая землеройка забегала вокруг, попискивая:
- Я видела, как стрела попала в звезду! Я видела! Грат - настоящая фокусница, просто колдунья!
ГЛАВА 13
Тем временем в лазарете аббатства Рэдволл летописец Ролло дочитал вслух загадочное послание Фермальды. Дослушав, Пижма зажмурила глаза и медленно, слово за словом, повторила загадочное стихотворение, которое слышала только один раз. Голос молодой ежихи звучал ясно и четко:
Глядеть вверх и в стороны но надлежит,
А туда, где лапы и мертвый дуб лежит.
Там то, что некогда родила пода:
Красота великая, она же - беда.
Мартин удивленно вскинул брови: - Неплохо, совсем неплохо. Интересно, что же это за сказку рассказала нам старушка Фермальда? Где находится эта Сампетра? Что за фрукт этот император Безумный Глаз? А этот таинственный подарок Седоглупа - "Слезы Всех Океанов"? Почему они так опасны, да и что это вообще такое? Нет, ребята, вот что я вам скажу: тут действительно загадка на загадке и ребус на ребусе.
Ролло подышал на стекла очков, а затем протер их рукавом и заявил:
- И не говори, Мартин. Вот и мне так показалось. Пижма положила лапу на пергамент и сказала:
- Так давайте же разгадаем эти загадки. Подыщем ключи, найдем ответы. Ролло строго посмотрел на ежиху из-под очков.
- Пижма, а как ты себя чувствуешь? - спросил он. - Только отвечай честно.
Брат Хиггли перестал жевать пирог и рассмеялся:
- Это ты ее спрашиваешь? Да ты только посмотри на нее. Если бы я чувствовал себя хоть вполовину так же хорошо, как она, я бы не лежал тут в постели, а пустился бы в пляс. Эта красавица здоровее всех нас будет.
Пижма едва не забегала по комнате, чтобы доказать правоту слов брата Хиггли,
- Вот видите! Ну пожалуйста, давайте разгадывать загадку! Иначе я действительно слягу, думая обо всем этом одна. Ну, что вы на это скажете?
Мышь-воин почесал подбородок:
- Ну, может быть… А что если сестра Цецилия вернется и обнаружит, что один из ее пациентов пропал?
Тут Хиггли, облизав остатки черники с лап, заявил:
- Тогда я уложу ее саму в постель и напою до отвала теплой крапивной похлебкой. Посмотрим, как она ей понравится.
Под общий смех Ролло, Пижма и Мартин пожали друг другу лапы и хором произнесли одну и ту же фразу:
- Вперед! Разгадаем эту тайну!
Три лампы осветили комнату Фермальды, и трое друзей взялись за дело. Ролло сел в кресло и зачитал первые две строчки из стихотворения:
Глядеть вверх и в стороны не надлежит,
А туда, где лапы и мертвый дуб лежит.
Пряча легкую улыбку, Мартин осведомился у Пижмы:
- Нам надлежит не глядеть ни вверх, ни в стороны. Куда нам остается глядеть?
- Я полагаю, вниз.
- Именно так. А что там написано про лапы? Куда мы обычно ими ступаем?
- На пол, наверное.
- Вот именно. А что там сказано про мертвый дуб? Когда дуб умирает, плотники пилят его на доски и кладут на пол.
После короткого обсуждения приняли решение: начать с дальнего угла и двигаться всем вместе. Они опустились на все четыре лапы, поставили перед собой лампы и принялись внимательно осматривать доски пола одну за другой.
Немного не дотянув до противоположной стены, Ролло со вздохом и кряхтением встал и проследовал к креслу, заявив:
- На сегодняшний вечер с меня хватит. Спина ноет, да и глаза, боюсь, уже не те, что раньше. Того и гляди просмотрю что-нибудь важное.
Пижма и Мартин подошли к летописцу.
- Слушай, старина Ролло, - сказал Мартин, - вовсе ты не такая развалина, какой хочешь казаться.
- Я прошу вас, господин Ролло, пожалуйста, только не засыпайте в кресле.
Но Ролло упорно отказывался двинуться с места:
- Нет, раз я решил, значит, так и будет. Ты, Мартин, сильный, Пижма у нас совсем молодая, вот вы и продолжайте поиски. А я уже стар для этого.
Не дослушав летописца, Мартин зашел за спинку кресла и резко отпихнул его от себя. Ролло взвизгнул; одновременно скрипнули маленькие колесики, на которых стояло кресло. Оно так резво покатилось вперед, что чуть не ткнулось в противоположную стену.
- Ну что, будешь помогать нам или нет, старый бездельник? - грозным тоном осведомился Мартин.
- Смотрите! Смотрите сюда! - Опустившись на четвереньки, Пижма внимательно рассматривала пол в том месте, где только что стояло кресло.
Ролло лихо вскочил на ноги и подбежал к ней.
- Ну-ка, ну-ка, что у нас тут? Давай лампу поближе.
На одном из стыков досок виднелся крохотный рисунок черными чернилами. Рисунок был сделан не слишком умелой и твердой лапой, но тем не менее с первого взгляда было понятно, что изображена здесь ложка. Предвидя вопросы своих спутников, Мартин поспешил сообщить:
- Все ясно. Ложка Фермальды у меня с собой. - Вытащив из-за пояса старую деревянную ложку, он попытался всунуть ее в щель между досками пола, бормоча себе под нос: - Ну и что вы прикажете мне теперь делать? Поднять доску?
- Нет, Мартин, ложка слишком тонкая. Боюсь, она может сломаться.
- Да, Пижма, ты права. Есть еще предложения?
- Может быть, стоит покачать ее из стороны в сторону? - предложил Ролло.
Мартин попробовал, но ничего не изменилось. Он сел на пол, обдумывая задачу, и тут Пижма внесла свое предложение:
- А что если попытаться просунуть ее подальше? Мышь-воин посильнее нажал на ложку, засунув ее до упора в щель между досками.
- Предложение, конечно, дельное, Пижма, но, по-моему, все без толку.
И тут Ролло нашел совсем другое решение:
- А что если мы все сойдем с этой доски, например вот сюда, на эту сторону? А вот теперь попробуй приподнять ее, Мартин.
Мартин так и сделал. Раздался негромкий треск, и доска слегка приподнялась, ровно настолько, чтобы можно было ухватить ее лапами. Совсем вынуть ее из пола уже не составило большого труда. Пока Мартин откладывал доску в сторону, Пижма вынула из открывшегося углубления маленький льняной мешочек из-под муки, в котором явно что-то лежало.
- Ур-ра! Нашли! Молодец, старина Ролло! Летописец был явно доволен собой.
- Согласитесь, я принял воистину мудрое решение, - без ложной скромности заметил он. - Неразумно было бы пытаться поднять доску, стоя на ней всем втроем. А теперь для дальнейших рассуждений и изысканий я предлагаю перейти в Пещерный Зал, там, наверное, еще жарко горит камин. Все остальные наверняка уже давно спят и не будут мешать нашей беседе. А здесь, на чердаке, как-то сыро и неуютно.
По дороге, в коридоре верхнего этажа, им навстречу выскочила из своей спальни Фиалка. Маленькая мышь-полевка плакала и дрожала от страха. Мартин и Ролло остановили ее и спросили:
- Фиалочка, дорогая, что с тобой? Что тебя так напугало?
Полевка вытерла слезы рукавом ночной рубашки.
- Огромная птица, ужасная злая птица! Она билась в мое окно и едва не схватила меня. А какой у нее был страшный острый клюв, какие злые глаза!
Пижма отвела ее в лазарет, успокаивая:
- Ну, Фиалка, не надо, не надо! Это тебе только приснилось. Оставайся здесь, на моей кровати в лазарете. Тут рядом брат Хиггли, и тебе не будет так страшно.
Около кровати Фиалки пришлось поставить ночник, чтобы полевке было не так боязно.
Выйдя в коридор, Ролло вдруг попятился и покосился на Мартина. Навстречу им из дальнего конца коридора быстро двигалась какая-то непонятная фигура в белых одеяниях.
- Угу-гу, Пижма-фижма! - завыл незнакомец. - Это я, маленькое чудовище!
Чудовище оказалось Арвином, одетым в не по росту длинную белую ночную рубашку. Весело хихикая, он бросился к Пижме. Ежиха обняла его, а потом поинтересовалась:
- А ты что здесь делаешь? Ты давно должен спать. Арвин вытащил из рукавов ночной рубашки несколько больших белых перьев.
- Да вот, подразнил немножко противную Фиалку. Угу-гу! Угу-гу!
Мартин взял у бельчонка парочку перьев.
- Понятно! Значит, это из-за тебя несчастной полевке снятся кошмары? И что прикажешь мне теперь делать?
Арвин равнодушно пожал плечами:
- Ха! А ничего. Не положено. По законам аббатства малышей нельзя ни бить, ни привязывать, так что Арвин абсолютно свободен.
Несогласный Ролло покачал головой.
- С одной стороны, бельчонок прав, - сказал он. - С надоедливым, противным малышом мы мало что можем сделать. Впрочем, у нас есть несколько веселых наказаний. Например, мы можем предложить матушке Ауме хорошенечко отмыть Арвина. Вот тогда я посмотрю на тебя, когда мыльная пена будет щипать тебе глаза, попадать в рот, в уши, а тебе придется сидеть в тазу неподвижно, пока барсучиха будет тереть твой хвост жесткой, обдирающей щеткой. А потом…