11
День занимался сырой и пасмурный. Огромные темные тучи внезапно сгустились, придя с запада, и яркие ветвистые молнии прорезали тяжелеющий небосклон. Из-за далекого горизонта Золотой Равнины прикатились глухие раскаты грома, и первые крупные, как буковый орех, капли дождя упали на землю. Холодная влага и страдальческий вопль малыша Ролло, звавшего маму, разбудили наконец барсучиху Констанцию. Повсюду рядом с ней просыпались остальные обитатели Рэдволла и вставали, шатаясь и охая, под тяжелыми струями дождя.
Матиас, приложив к гудящей голове лапу, другою теребил Констанцию:
- Скорей поднимайся, нужно увести всех с дождя под крышу. Кажется, минуту назад тут кто-то плакал?
- Мама, мама, вставай!
Констанция проснулась окончательно, когда над головой ударил раскат грома и молния зигзагом осветила окружающую картину.
- Это малыш Ролло, он там, у северных ворот!
Подгоняемые новой чередой бушующих раскатов, Констанция и Матиас бегом устремились к тому месту, где у маленькой низкой дверцы, прорубленной в каменной стене, плакал Ролло. Он сидел на земле рядом с неподвижной фигуркой миссис Летти Полевкинс, пытаясь растормошить ее:
- Мама, ну мама, пожалуйста, проснись, я сейчас совсем промокну!
Голова Воина начала проясняться под дождем.
- Василика, сюда! Отведи малыша в дом. Мы должны выяснить, что здесь произошло.
Василика выскочила наружу и подхватила малыша Ролло, закрывая его своим телом от дождя.
- Вот так, вот так, Ролло, пойдем со мной. Матиас и Констанция позаботятся о твоей маме.
Долговязая, испачканная грязью фигура замаячила в потоках дождя - Бэзил спешил к ним на помощь.
- Ох, бедная моя старая головушка. Привет, что тут у вас стряслось?
Констанция опустилась на траву рядом с несчастной полевкой:
- Она мертва! Матиас, кто мог это сделать? Матиас прижался лбом к стене. Слезы застилали ему глаза и стекали, смешиваясь с дождевыми струями.
- Кто же еще, кроме этого гадкого лиса с его разбойничьей шайкой. И я попался на их обман, они провели меня! Подлые трусы!
Слабый стон донесся из-за распахнутой стенной двери. Матиас тотчас выпрямился и подбежал к ней, но створка вдруг качнулась назад. Из-за двери, шатаясь, вышел Джон Черчмаус, по виску его струилась кровь. Матиас поддержал его и прислонил к мокрой стене.
- Джон, как ты? Что произошло? Черчмаус бормотал нечто невнятное:
- Остановите… остановите их… Назад, миссис Полевкинс… Держись, Гуго… ты их задержал… Кровь… ничего не вижу… Где Гуго, где Гуго?..
Он рухнул без чувств прямо на Матиаса.
Констанция пришла им на подмогу и одной лапой подхватила бессильное тело Черчмауса.
- Я отнесу Джона в дом. Матиас, Бэзил, поищите монаха Гуго!
И огромная барсучиха торопливо пошла прочь сквозь завесу дождя.
Воин вместе с зайцем обошли в отчаянных поисках весь цветник.
Выдра Винифред, выбежав из-за колокольни, столкнулась с Матиасом.
- Никаких следов Гуго? - спросила она.
- Совсем никаких, Винифред. Должно быть, он преследовал их дальше. Эй, Бэзил! Пойдем поищем в лесу за воротами.
Капли дождя гулко шлепали, разбиваясь о лиственный полог леса. Видимость была плохой из-за поднявшегося среди деревьев тумана.
Матиас ползал по глинистой земле, обшаривая кусты и заросли папоротника.
Внезапно он застыл на месте:
- Ты что-нибудь слышишь, Винифред? Какой-то приглушенный звук долетел до них сквозь шум дождя.
- Туда. Скорей! - Выдра указала направление.
Продираясь через подлесок, они кинулись к тому месту, откуда доносился звук.
Это был Бэзил. Он скорчился на сырой земле, прижимая что-то к своей груди и судорожно всхлипывая.
Словно свинцовый комок подступил к горлу Матиаса, когда он опустился на колени рядом с зайцем. Винифред отвернулась, не в силах смотреть. Маленький толстый повар Рэдволла, мертвый, безвольно распластался по земле, не чувствуя капель дождя, стучавших по его любимому щавелевому листу, все еще зажатому в колечке хвоста. Бэзил прижимал к себе его неподвижное тело, не скрывая струящихся по щекам слез.
- Гуго, дружище, что они с тобой сделали?
Винифред опустилась на колени рядом. Она молча стала счищать глину и комочки земли с промокшей рясы и когда-то незапятнанно-белого фартука монаха, потом вдруг не выдержала и расплакалась.
Бэзил медленно встал и поднял Гуго, едва устояв на подкосившихся лапах.
- Вы дадите мне право отнести старого друга назад, в аббатство?
Матиас все еще стоял на коленях на голой земле.
- Это твое право, Бэзил. Винифред, скажи всем, что я скоро буду в Большом Зале.
Проводив взглядом удалявшихся друзей, Матиас поднял с земли лист щавеля, который выпал из бессильно повисшего хвоста монаха Гуго, и прижал его к губам, молча поминая своего товарища.
В Большом Зале аббатства был разожжен очаг. Все сушились, растирая полотенцами свои шкуры, от которых поднимался густой влажный пар. Сестра Мей из местного лазарета переходила от одного к другому, раздавая снадобья из трав. Многие сидели на каменном полу, сжав лапами виски, чтобы облегчить мучительную головную боль. Матиас в сопровождении Бэзила вошел в зал и постучал клинком меча по каменной колонне, призывая всех к вниманию:
- Аббат, Констанция, Винифред, Джесс, королева Клюва, Кротоначальник и ты, Бэзил, пойдемте со мною вниз, в Пещерный Зал. Все остальные оставайтесь здесь, согревайтесь и позаботьтесь о тех, кто нездоров.
Войдя в Пещерный Зал, Матиас и все остальные расселись вокруг большого стола. Воин оглядел собравшихся:
- Итак, видел ли кто-нибудь из вас, что происходило прошлой ночью? Может ли кто-нибудь пролить свет на это ужасное дело? Я прошу от вас точных ответов, и, пожалуйста, не нужно никаких догадок.
Наступило молчание, затем заговорил аббат:
- Мы вынуждены подождать, пока Джон Черчмаус придет в себя настолько, чтобы он смог разговаривать. Других двоих свидетелей всего происшедшего больше нет с нами.
Белка Джесс тихо поднялась с места:
- Я схожу в лазарет, посмотрю, как поживает мистер Черчмаус.
- Это самое верное, Джесс, - оживился Бэзил. - Действовать - вот что сейчас нужно. Так, с чего мы начнем? Аббат сложил лапы под широкими рукавами своей рясы:
- Для начала вот что, Бэзил. Полагаю, все мы знаем, кто учинил здесь это страшное дело.
- Хр-р, я хор-рошо знаю! - взревел Кротоначальник. - Те обтрепанные мошенники, лисы и прочий сброд, они наколдовали, чтоб нам уснуть.
- Что они там, теткин хвост, наколдовали! - фыркнула выдра Винифред. - Это было сильное снотворное снадобье. Нам следовало помнить, что лисам опасно доверять, нельзя было впускать их сюда.
Матиас тяжело хлопнул лапой по столу:
- Довольно! Прошу вас, не нужно никаких упреков и обвинений. Итак, вы считаете, что нам подсыпали снотворного. Ладно, это проясняет дело. Я вспоминаю, что лис предложил всем выпить тост. Он мог подбросить нам в питье травы или порошка в любой момент, пока мы смотрели представление.
- А-а, вот что он сделал, мерзкая гадина! - воскликнул Амброзии Пика. - И потом начал вертеть своим плащом все быстрей и быстрей. Мои старые глаза закрылись сами собой.
Собравшиеся разом загомонили.
- У меня тоже. Это последнее, что я помню.
- Ну да, говорю же вам, нас загипнотизировали.
- Лунный Звездарис, как бы не так! Это больше похоже на колоссальное свинство, каково?!
Наконец обстоятельность Кротоначальника взяла верх.
- Ур-р, так что же он натворил потом?
- В этом весь вопрос. - Матиас тяжело вздохнул. - Мы не храним сокровищ и ценных вещей, которые можно было бы украсть. Только вот этот меч и наш большой гобелен. Меч - при мне, и гобелен, насколько мне известно, тоже висит на месте в Большом Зале, я видел его собственными глазами сегодня утром. Что же лис сделал потом?
Воробьиная королева Клюва встряхнула крылом:
- Эти гадкие червяки, наверное, приходят с северных равнин. Все гадкие - с северных равнин. Они туда удирают, открывают маленький червячный ход в северной стене.
- Знаете, похоже, вы правы, - поддержал ее Бэзил. - Когда перестанет барабанить проклятый дождь, я попытаюсь пройти по их следу. Однако боюсь, не так уж много следов останется после этого ливня.
- Думаю, братьям и сестрам следует проверить всю утварь на случай, если что-нибудь пропало, - предложил аббат. - Кротоначальник, не соберешь ли ты из своих кротов похоронную команду, чтобы выкопать рядом две могилы? Бэзил, может быть, ты найдешь какие-нибудь следы у северных ворот? Остальные, когда стихнет дождь, помогите внести со двора столы и прочее имущество в дом. Лучшее, что мы сейчас можем сделать, - это поскорее восстановить в аббатстве нормальный порядок. Матиас решительно поднялся:
- Прекрасно, пусть так и будет. Пожалуй, я схожу в лазарет, взгляну, как там Джон.
Сестра Мей и миссис Черчмаус позволили Матиасу войти в палату для больных при условии, что тот будет вести себя тихо. Джон Черчмаус лежал бледный и неподвижный, но дыхание его было ровным.
- Как он? - шепотом спросил Матиас. Миссис Черчмаус улыбнулась:
- Спасибо, Матиас, он жив и постепенно приходит в себя.
Джон медленно открыл глаза и огляделся. Он попытался приподнять голову, но Матиас уложил его обратно на подушку.
- Не волнуйся, дружище, полежи пока здесь. Но если хочешь поговорить, то, может быть, расскажешь нам, что ты помнишь о прошлой ночи.
В глазах Джона бисером блеснули слезы.