Понимают даже кошки,
Лошадь надо обогреть,
У неё замёрзли ножки,
Больно на неё глядеть…
А-а-а-а - надрывался ветер как заведённый…
Кабачку было так себя жалко, что он готов был расплакаться. А котята чувствовали, что затеяли большое доброе дело…
Через неделю Поперечный с Полосатым заметно полысели… Но кошачьей шерсти не хватало на целую попону.
- Вот если бы нас было пятьдесят… - размышлял Полосатый.
- Мне двоих хватает! - отрезала Машка.
Поперечный с Полосатым приуныли.
В окно было видно, как по двору прогуливается Мэл.
- Знаешь, а у собак, наверное, тоже неплохая шерсть, - встрепенулся Полосатый.
- Можно попробовать, - отозвался Поперечный, и котята направились в собачью будку.
С некоторых пор Мэл не смел перечить и, после недолгих переговоров, покорно стал сдавать шерсть. Так в серой попонке появилось рыжее пятно.
- Почему кошки и собаки лысеют? - удивлялся главный конюх. - Надо им давать побольше кальция…
Ы-ы-ы - ветру всё не надоедало…
А шерсти всё равно было мало.
"Кого бы нам подключить?" - усердно думал Полосатый.
Через некоторое время вся конюшня была обвешана плакатами:
"Эй! Не жадничай, давай
шерсть немедленно сдавай!"
"Твоя шерсть нужна другому!"
- Кто же этот другой? - недоумевали лошади. А Машка была очень горда за своих детей и рассказывала знакомым кошкам:
- Такие молодцы, стихами пишут!
- Мамочка, вяжи, не отвлекайся! - настойчиво просили Поперечный с Полосатым.
Первыми откликнулись воробьи - принесли пёрышки и соломку.
К вечеру явился парламентёр от мышей. Он сообщил, что мышиное братство готово сдавать шерсть в обмен на неприкосновенность. Поперечный с Полосатым почесали в затылках.
- А просто так вы не будете сдавать шерсть?
- Нет! - отрезал парламентёр.
- А что же мы будем кушать?
- Вы станете вегетарианцами. Это модно, - не растерялся мышиный дипломат и протянул капустный лист.
- Попробуем, - вздохнув, согласились кошачьи дети.
Мышиная шерсть страшно пахла мышами. Воняла, можно сказать! Но выхода не было, и Поперечный с Полосатым терпели. Попонка росла.
А потом прилетела ворона.
- У тебя что? - деловито прервали её болтовню Поперечный с Полосатым.
- В каком смысле?
- В смысле шерсти!
- Видела голубой свитер.
- Неси! - распорядился Полосатый.
Так в попонке появилось небесно-голубое пятно. А Поперечный с Полосатым горланили:
Понимают твёрдо кошки:
Лошадь надо приодеть.
На ней мёрзнут даже блошки,
Грустно на неё глядеть…
- У лошадей не бывает блох, - ворчал Кабачок.
Ха-ха-ха - хохотал ветер, но веселее от этого никому не стало.
И вот наступил день, когда кошка Машка решила, что пора делать примерку.
- Ты держишь за этот конец, ты - за тот! Сюда просовываем голову, сюда - задние ноги, сюда - передние, - объяснила она детям. - Главное, чтобы нигде не натирало!
- Это же почти пальто! - обрадовались котята и отправились встречать Кабачка.
- Кабачок! - закричали они, едва завидев рыжую гриву. - Попонка готова!!!
Котята растянули огромную живописную тряпку - пух, пёрышки и соломка торчали в разные стороны.
- Стой смирно!
- Сюда голову! - Кабачок покорно склонил голову.
- Сюда - ноги!
И лошадь исчезла под попоной.
- Ура! - завопил Поперечный, а Полосатый спросил:
- Ну как, тепло?
- Тепло! - бодро отозвался Кабачок, но, подумав, спросил: - А нельзя ли сделать так, чтобы было что-нибудь видно?
- Сейчас у мамы спросим! - и Поперечный с Полосатым побежали в конюшню.
Оставшись один, Кабачок раздумывал о том, как хорошо, когда есть такие верные друзья, которые о тебе позаботятся в мороз. Ему было тепло, и он был счастлив. И от счастья он стал потихоньку пофыркивать, подпрыгивать и напевать:
…У неё копыта мёрзнут!..
Хо-хо-хо - отозвался неугомонный ветер…
А в это время лошади возвращались с работы. Халва с полузакрытыми глазами учила Ривьеру ничего не бояться. Тут из-за поворота показалось огромное пёстрое НЕЧТО. НЕЧТО подпрыгивало и издавало какие-то звуки.
- Что это? - слабым голосом спросила Ривьера и в нерешительности стала пятиться.
- Не перебивай, - отозвалась Халва и продолжала: - И когда ты всё это усвоишь, то тебе будет не страшен… - тут она для выразительности широко открыла глаза. Прямо перед ней стояло НЕЧТО. НЕЧТО, казалось, было в самом благодушном настроении.
Но Халва неуверенно спросила:
- Караул?!
- Где караул? - поинтересовалось НЕЧТО.
И тогда Халва всерьёз завопила "Караул!" и бросилась наутёк.
А Кабачку под попоной стало так страшно, что он бросился на голос Халвы.
- Оно за нами гонится! - закричала Халва.
Кабачок перепугался ещё больше. Он попробовал бежать быстрее, но, ничего не видя, врезался в деревянную стенку манежа.
- Караул! - в свою очередь закричал Кабачок, решив, что его догнали.
Спасать лошадей выскочил храбрый пёс Мэл.
- Стой! - закричал Мэл.
Кабачок страшно обрадовался Мэлу и бросился к нему.
- Нападают! - закричал Мэл.
"Надо быть от него подальше. А то я могу помешать Мэлу сражаться…" - подумал Кабачок и попятился.
- Я маленький, меня совсем не видно под попоной, - приговаривал он. - Я никого не вижу, значит, и меня никто не видит…
В это время лошади уже собрались на экстренный сбор.
- Иди, Мэл! И спаси всех! - решила Халва.
- Не пойду!
- Мэл, ты должен ЕГО поймать! - объявила Халва.
- Я не должен! - мрачно ответил Мэл.
- И если ты погибнешь, то мы тебя никогда не забудем, - сказала Халва.
- Я не хочу гибнуть! - заупрямился Мэл.
- Хорошо! - согласилась Халва. - Мы тебе поставим памятник. На нем будет надпись: "Спасителю лошадиного народа".
- Пусть будет лучше надпись попроще: "Спасителю".
Тут из-за угла высунулось то самое пёстрое НЕЧТО, и лошади, а вслед за ними и Мэл, бросились наутёк.
- Давай гони их! Ура! - услышал Кабачок кошачьи вопли.
Кабачок удивился и встал.
- Может, вы снимете наконец с меня это безобразие?!
Поперечный приподнял край попоны, а Полосатый закричал:
- Смотри! Они все побежали туда! Беги скорее!!! - и Поперечный вновь закрыл Кабачка.
- Снимите немедленно! - твёрдо сказал Кабачок.
- Зачем?
- Хочу видеть, кто на кого нападает.
- Никто ни на кого.
- Так зачем же мне бежать? - поинтересовался Кабачок.
- Чтобы их догнать! Давай скорее! Мы тебя снова спрячем, и ты их будешь опять гонять. Они такие смешные. - Котята покатились со смеху.
- А кто здесь был? - спросил Кабачок.
- Кто?
- Ну, кого все боялись?
- Так это был ты! Давай мы тебя снова прикроем!
- Нет! - твердо сказал Кабачок. - Снимите совсем!
- Но тебе же будет холодно! - неуверенно сказал Поперечный.
- Я уже согрелся! На всю жизнь!
- И что, ты больше никогда не наденешь эту попону? - тревожно спросили котята.
- Ну, почему же? Я могу ею укрываться…. ночью.
- Только ночью?!
Э-э-э-эх - разочарованно отозвался ветер…
- Мы все ею будем укрываться! - бодро сказал Кабачок. - И всем нам будет тепло!
А Поперечный запел:
Зимой холодно и кошке,
И лошадке, и слону,
И ослу, и даже блошке.
Всех в попону заверну…
Нелётная погода
С утра на ворота конюшни повесили эмблему конного клуба. Там мгновенно собралось всё лошадиное общество. На доске красовалась крылатая лошадь.
- Это лошадь поэтов, Пегас, - сказал Кабачок. - Наверное, с сегодняшнего дня кататься на лошадях будут только поэты, - решил он.
Впрочем, были и другие версии. Ривьера была уверена, что в конюшне создадут лошадиный поэтический клуб. Руслан заявил, что всех лошадей уволят и будут искать крылатых. Лошади стали возмущаться. Тогда взяла слово Халва и сообщила, что, если лошадь долго хорошо себя ведёт, у неё отрастают крылья.
- Да-да, - говорила Халва. - Любая лошадь может стать крылатой, если очень постарается.
Кабачок вдруг подумал, что последнее время он очень хорошо себя вёл.
- Так вот почему, когда я с утра катался по траве, у меня были какие-то странные ощущения в спине, - внезапно понял он. - Послушайте, вы у меня на спине ничего не видите? - обратился он к котятам, которые, конечно, вертелись тут же.
- Ничего, - озадаченно ответил Полосатый.
- А ты? - и Кабачок повернулся к Поперечному.
- Не вижу. А что я должен там увидеть? - с интересом спросил Поперечный.
- У меня, кажется, крылья растут, - поделился Кабачок.
- Правда? - заволновались котята и с интересом стали исследовать лошадиную спину. - Здесь? Здесь?
- Ой, не щекочите, - захихикал Кабачок. - Смотрите повыше, около холки.
- Ничего не видно.
- Пока, - таинственно сказал Кабачок и пояснил: - Это пока невидимые крылья, мифические!
- На них летать-то можно? - спросил Полосатый.