Вечером Кабачок долго не мог уснуть. "Потопать-то я потопаю, а вдруг не поможет?! - эта мысль долго не давала ему покоя. - А вдруг кикимора не испугается?!"
"Главное - быть готовым ко всему!" - решил наконец Кабачок и даже приподнял одну ногу, чтобы в случае чего топнуть без промедления…
Так он и уснул с поднятым копытом. И тут ему приснился жуткий сон, будто его со всех сторон окружают кикиморы. У кикимор светились глаза и шерсть стояла дыбом…
Кабачок в ужасе проснулся… но сон не кончился: в темноте на него смотрели по крайней мере шесть глаз.
- Кикимора! - хотел крикнуть Кабачок, но у него не получилось. Глаза приближались. Кабачок вскочил и стал пятиться в угол, но очень быстро оказалось, что пятиться некуда. Кабачок встал на дыбы и громко заржал.
- Что случилось? - раздался сонный голос конюха, и у входа в конюшню зажглась тусклая лампочка. В полутьме Кабачок разглядел трёх кошек. Одна из них была похожа на Машку.
- Дети, познакомьтесь, это Кабачок, - сказала кошка. - Во всей конюшне он единственный спит спокойно и во сне не дрыгает ногами. Поэтому будем жить здесь.
- Машка, ты мне не снишься? - тревожно спросил Кабачок.
- Снюсь, - усмехнулась Машка. - А это тебе снятся мои дети: Поперечный и Полосатый. - Два котёнка вышли вперёд - у одного полоски были вдоль спины, у другого - поперёк.
- Ах, как я рад! - взволнованно заговорил Кабачок.
- Мы жили на чердаке, - посетовала Машка. - Но приходится переезжать: близится зима и дует изо всех щелей. А дети у меня и так продувные.
- Моё стойло в вашем распоряжении. Но должен предупредить, - и Кабачок понизил голос, - в конюшне завелась кикимора.
- Вот здорово! Ты её видел? - обрадовался Поперечный.
- Н-нет… - замялся Кабачок.
- А как ты понял, что это кикимора? - удивился Полосатый.
- Да это ясно как день: у Руслана отвалились две подковы и… я не помню что ещё, а главное - вся моя грива была в косичках…
- Это не косички! Мы отрабатывали тройной морской узел, - обиделся Полосатый.
- Вот безобразники! - воскликнула Машка, а потом добавила, смягчившись: - Кабачок, я надеюсь, ты не сердишься? Это же дети.
Тут на душе у Кабачка стало легко-легко.
- Да у меня в жизни не было… лучшей причёски!
- Ты говорил о кикиморе, - напомнил Поперечный.
- Лошади говорят: "кикимора, кикимора". Но, честно говоря, я никогда не верил в эти сказки… - ответил Кабачок.
И они стали жить вместе. А котята очень полюбили всем загадывать такую загадку: в стойле четыре угла, в трёх из них по кошке, сколько животных в этом стойле? И когда совсем запутанный собеседник восклицал наконец:
- Ну и какой ответ?
Они хором отвечали: четыре! Там же ещё есть лошадь!
Кабачок работает нянькой
Ох, и прибавилось у Кабачка хлопот.
С утра пораньше, пока Поперечный с Полосатым ещё спали, Машка уходила по своим кошачьим делам. А Кабачок оставался за няньку.
"Не спускай с них глаз!" - напоследок давала указание Машка.
И Кабачок стоял и смотрел на спящих котят.
Вскоре котята просыпались и начинали возиться.
- Шутка ли, отвечать за такое количество кошек, - проворчал Кабачок. - Эй, кошки! На первый-второй рассчитайся!
- Первый! - радостно крикнул Поперечный.
- Первый! - отозвался Полосатый.
- Это я первый!
- Нет, я!
- Кабачок, скажи ему, что я!
- Давайте завтракать! Не чавкать и не хлюпать!
- А сам! Когда ты пьёшь, ты так хлюпаешь! - с укором сказал Полосатый.
- Когда будешь взрослой лошадью, тогда и будешь хлюпать!
- Но ведь я никогда не буду взрослой лошадью!
- Учение и труд всё перетрут! - назидательно ответил Кабачок.
- Кабачок, это не про то! - хихикнул Поперечный.
- Всё равно это не повод, чтобы хихикать за столом! И заедай сеном!
- Кошки не едят сено!
- Ешь! Кому я сказал! - рявкнул Кабачок.
- Мне не нравится сено! - капризничал Полосатый.
- Мало ли что кому нравится! Мне, например, свежая трава тоже больше нравится, а что делать? Не будешь есть - не вырастешь! Ты ведь хочешь вырасти?! Тогда слушайся! Вот я, например, всегда слушался и вот какой вырос… А если бы ещё лучше слушался, то ещё бы вырос. Понятно? - Кабачок огляделся.
Остатки молока были разлиты, а котят уже и след простыл…
- Эх, говорила мне Машка глаз с них не спускать. Где их теперь искать? Попадут ещё в какую-нибудь историю. - В раздумье Кабачок стал доедать оставленное сено.
Вдруг откуда-то из глубины конюшни раздалось жалобное ржание. Кабачок высунулся из стойла, и на него наскочила Ривьера.
- Там ягуар, даже два! - в ужасе пролепетала она.
- Рррр! - донеслось из глубины конюшни. - Заходи слева!
- Слышал? - и Ривьера бросилась прочь. Рык приближался. Вслед за Ривьерой появилась Халва. Вид у неё был взволнованный, что бывает нечасто.
- Там две сумасшедшие кошки, - нервно сообщила Халва.
- Почему ты думаешь, что они сумасшедшие?
- Какие нормальные кошки будут кричать, что они ягуары, и бросаться на лошадей?
- А как они выглядят, эти кошки?
- Одна - в полоску и другая - в полоску, а может, и наоборот, - сказала Халва.
- Так это же мои! - обрадовался Кабачок.
- Твои?! Тогда, будь любезен, не выпускай без намордника!
Из-за угла появились Поперечный с Полосатым. Их шерсть стояла дыбом, а хвосты воинственно торчали вверх.
- В чём дело? - строго спросил Кабачок.
- Рррр!
- Ну, рррр! А зачем на лошадей бросаться?
- Ты что рычишь? - с обидой спросил Полосатый.
- А ты что рычишь? - ответил Кабачок.
- Мы охотимся. Два страшных ягуара вышли на тропу войны! Беги, нежная антилопа, если у тебя ещё есть силы! Знойная Африка не жалеет слабых!
Но Кабачок замотал головой:
- Ай-ай-ай! Мама - порядочная конюшенная кошка. А вы?
- А мы? - растерялись котята.
- А вы её позорите перед лицом всей лошадиной общественности.
- Ой!
- Разве об этом мечтает ваша мама? - спросил Кабачок, подумал немного и сам ответил: - Нет! Не об этом!
- А о чём?
- Она мечтает, чтобы её дети выросли, выучились и нашли хорошее дело.
- Что значит "хорошее дело"?
- Например, ловить мышей.
- Это банально.
- А ты кем хочешь быть?
- Ягуаром.
- Неправильно!
- А какой ответ на твою загадку?
- Скаковой лошадью.
- У нас не получится, - приуныли котята.
- Не хотите брать барьеры - можно возить грузы.
- А что-нибудь поинтереснее?
- Можно быть племенным жеребцом, каскадёром, артистом, наконец.
- Каскадёром, артистом! - завопили котята. - Мы будем цирковыми артистами!
- Но в цирк кого попало не принимают!
- У нас будет свой цирк! - не растерявшись, решил Полосатый.
- У нас будут морские котики, гимнасты и канатоходцы!
- Поющие тигры и танцующие обезьяны!
- Да, со временем. Но для этого надо работать как лошадь, - строго сказал Кабачок.
- Давай работать! Пока в нашем распоряжении есть только лошадь! - сообщил Поперечный.
- Это кто? - не понял Кабачок.
- Это ты!!! - хором заорали котята.
Вскоре вся конюшня была обклеена афишами в стихах:
Только сегодня,
Только сейчас
Ягуары и лошадь
Танцуют для вас.
Чуть ниже красовалась приписка:
Не стоит на сцену бросать утюги,
Консервные банки и сапоги,
А также бутылки, горшки, всякий хлам,
Который хранился у вас по углам.
А лучше - сосиску, батон колбасы,
Он скрасит артистам ночные часы.
Едва приклеили последнюю афишу, как Поперечный сказал:
- Пора!
И через десять минут Кабачок уже бегал кругами по манежу. У него на спине кувыркались и горланили песни Поперечный с Полосатым.
"Может, и правда моё призвание - быть актёром?" - размышлял на бегу Кабачок.
Вскоре собралось немало зрителей. Удивлённые лошадиные морды со всех сторон облепили манеж.
- Недурно устроился этот Кабачок. Все работают, а он резвится с кошками, - ворчала Халва.
На неё зашикали:
- Не мешайте!
Когда публики собралось достаточно, Поперечный прочистил горло и звучно объявил:
- Только сегодня! Только у нас! Чудеса вольтижировки! Выступают: ягуар Поперечный, названный так за поперечные полоски, ягуар Полосатый, названный так за продольные полоски, и… нежная антилопа Кабачок, прозванный так… за грацию и благородный нрав!
Кабачок побежал резвее.
Несколько раз котята чуть было не упали, но, зацепившись когтями, вскарабкались назад на спину. И тогда Кабачок понял:
"Тяжела жизнь артистов!"
На сто шестнадцатом кругу Кабачку подумалось: "Чуть-чуть потерпеть - и всё кончится…"
А на сто пятидесятом Кабачок смирился: