Всего за 329 руб. Купить полную версию
- На мой день рождения почти всегда идет дождь, - сказал я, оправдываясь.
- Ну да, поздравляю, - процедил он. - Подарка я тебе не привез. Решил, что сам буду подарочком.
- Так и есть, - согласился я. - Пойдем поздороваемся с дедушкой. Только не забывай, о чем я тебя предупреждал.
- О чем?
- Будь с ним повежливее, а то чуть что ему не по душе - он из себя выходит.
- Не волнуйся, - сказал Перси и обнял меня. - Долго еще идти?
- Нет, уже пришли.
Мы взобрались на холм, и прямо перед нами вырос наш белый дом. Перси застыл на месте и опустил сумку прямо в лужу. Он разглядывал башенки с эркерами. И террасу с оградой на крыше.
- Ни фига себе хибарка! Да это же настоящий дворец!
- Называй как хочешь, - ответил я. - Ну, входи же.
Несмотря на ливень, дедушка стоял на коленях, которые у него вечно болели, и собирал клубнику для торта. Сам он тортов не любил.
И ползать под дождем, мокрый до нитки, тоже.
Ему пора было есть простоквашу.
Мы сидели в бабушкиной каюте и слушали мерное тиканье напольных часов и упрямый стук дождя по крыше. Взрослые собирались пить кофе. А тем, кто до кофе еще не дорос, полагался малиновый сок.
Когда мы уселись за стол, дедушка указал скрюченным пальцем на Перси:
- Ага, так это ты - Перси!
- Да, - подтвердил Перси.
- Говорят, ты хороший мальчик, - продолжал дедушка. - Раз так, налей-ка мне простокваши в тарелку. Простокваша в холодильнике. Тарелка - в шкафу. Ложка - в выдвижном ящике. Сахару я кладу столовую ложку. И побольше имбиря. Банка с имбирем - на полке со специями. Ну, пошевеливайся, парень!
- Есть, капитан, - кивнул Перси, хотя дедушка был всего лишь старшим механиком.
Повозившись немного, он вернулся с полной тарелкой простокваши и отдал честь.
- Не паясничай! - одернул его дедушка. - Заткни-ка лучше рот тортом.
Пока Перси был на кухне, мама поставила в торт свечи и зажгла их. Я задул все с первого раза, как и положено. Теперь можно было загадать желание.
Я знал, что загадаю.
- Ну, что ты себе пожелаешь, Ульф? - спросила бабушка.
- Это же нельзя говорить вслух, а то не сбудется, - напомнил я.
- Но это начинается на П и кончается на Я, а в середине И - так? - сказал брат и постучал ложкой по тарелке.
- Вовсе нет, - отвечал я. - Я загадал паровой каток, чтобы тебя им переехало и только мокрое место осталось.
- Не ссорьтесь, - сказал папа. - Не забывайте: у меня отпуск.
Об этом я думал меньше всего. Я налегал на торт. Мама сама его испекла и украсила взбитыми сливками. Все, кроме дедушки, уплетали за обе щеки. А дед предпочитал простоквашу с имбирем. Вдруг он чихнул, да так, что с торта чуть не слетели клубничины. А он всё чихал и чихал. Даже покраснел весь. Под конец он сам стал похож на клубнику: круглое лицо и лысый череп совсем без волос, только у ушей немного осталось.
- Это твоих рук дело? - доев, напустился он на Перси.
- Что?
- Не отпирайся! Кто насыпал мне в тарелку перец вместо имбиря? Ты?
- Да, - признался Перси.
- Он просто спутал, - вступился я. - Он ведь никогда прежде не был у нас на кухне.
- Я не спутал, - сказал Перси. - Я пошутил. Услышав это, дедушка вскочил и уставился на него так, словно хотел просверлить взглядом.
- Ты что, меня не боишься?
- Не-а, - ответил Перси и тоже поднялся.
- Не смей мне дерзить! - заорал дедушка и топнул ногой.
- Вы что, шуток не понимаете? - удивился Перси. Тут дедушка схватил стул и поднял его над головой. Стул был старинный, дубовый, с кожаным сиденьем, резными львиными головами на спинке и львиными лапами на концах ножек.
- А теперь? - гаркнул дед. - Теперь испугался?
- Нет, - сказал Перси.
Тогда дедушка как шарахнет стулом о стол, так что сиденье треснуло. Кофейные чашки и стаканы подпрыгнули, а ножки стула отломились. Брат побледнел. Я тоже. И даже папа.
- Ну? А так страшно? - спросил дедушка в наступившей тишине.
- Нет, - ответил Перси.
Я боялся поднять глаза. Но и взглянуть очень хотелось. Ноздри деда раздувались. Он стиснул зубы так, что вставная челюсть заскрипела. Напудренные дамы на картине над диваном чуть в обморок не попадали. А Перси - хоть бы хны! Стоит себе, задрав голову.
И тут дедушка рассмеялся:
- Черт! А ты не робкого десятка. Пошли в мастерскую, надо стул починить.
Я поплелся за ними следом. У дедушки в мастерской - тысяча инструментов и всяких полезных вещей: пилы, стамески, отвертки, тракторные покрышки, мастерки, кирки, кувалды, тиски, лопаты, цемент, ломы, медная проволока, рулоны толя. Да еще два ящика кривых гвоздей, которые он выпрямлял, когда руки доходили.
Дедушка с Перси склонились над верстаком и принялись прилаживать ножки.
- Ну и грохоту было, верно? - улыбнулся дедушка.
- В жизни ничего громче не слышал, - подтвердил Перси. - Хотите, я здесь саморез ввинчу?
- Ага, давай, - согласился дед.
Они склеивали сиденье. Я тоже помогал. Похоже, дедушка был доволен, что у него теперь два помощника. Когда мы всё доделали, дождь кончился. Над заливом засияла радуга - словно в честь моего дня рождения.
- Ну, славно мы поработали, - сказал дедушка и похлопал Перси по плечу. - Приходи еще, будем вместе гвозди выпрямлять.
- Здорово! Приду, - кивнул Перси.
Когда мы вернулись, Янне стоял на кухне и вытирал тарелки. Он зыркнул на Перси и сделал вид, что разговаривает с двумя мухами, которые жужжали над плитой.
- И с этим придурком придется теперь жить в одной комнате, - процедил он.
Мухи ничего не ответили.
- Да мне по барабану. Я могу спать где угодно, - отозвался Перси. - Я привычный.
- Располагайся в моей комнате, - предложил дедушка.
- Спасибо, - поблагодарил Перси.
Брат за его спиной ухмыльнулся и зажал нос.
Глава 7
Мы находим веру, надежду и любовь в дровяном сарае и узнаем о Буффало Билле
Перси попросил меня показать ему окрестности. Ему не терпелось узнать, как всё устроено на острове. Я показал ему наш туалет, где пауки сплели на окнах кружевные занавески. А еще подвал, насос и платяной шкаф, где пахло нафталином и где за старым бабушкиным зимним пальто хранилось настоящее ружье. Потом мы отправились к полуразрушенному лодочному сараю на берегу и осмотрели прогнившую парусную лодку.
- Это папа построил в молодости, - объяснил я.
- Может, приведем ее в порядок? - предложил Перси.
- Да ну, - отмахнулся я, - пойдем лучше к дровяному сараю.
Перед сараем стоял чурбан для колки дров, из которого торчал топор. А внутри был ящик для угля и гора неколотых поленьев.