Всего за 329 руб. Купить полную версию
Дома мама принялась в дикой спешке швырять вещи в сундук: носки, футболки, вязание, кухонный комбайн, платья - всё вперемешку. Она металась по комнате и собирала пожитки. Потом надела городскую шляпу и солнечные очки.
- Дорогая, милая Эбба… - начал дедушка.
- Нет, - отрезала она.
Мама опустилась на сундук, ее трясло. Тут пришел папа. Он отложил кроссворд, сел рядом с ней и обнял ее за плечи. Из-под солнечных очков по маминым щекам потекли слезы.
- Маленькая моя, - сказал папа.
- Я не маленькая.
- Ну что стряслось?
- Мог бы хоть раз оторваться от кроссворда и посмотреть, чем заняты дети, - упрекнула мама. - Между прочим, это головокружение.
- Что ты имеешь в виду?
- "То, что можно получить на большой высоте, четырнадцать букв", - сказала мама. - То слово в кроссворде, которое ты не способен отгадать.
Я видел, как сердита мама и как обиделся папа. А мы с Перси стояли возле Библии и не знали, куда деваться. И тут раздался топот копыт. Мы бросились к двери - посмотреть, что происходит. По саду во весь опор мчался вороной конь! Он мотал головой, скалил зубы и ржал, приветствуя вольный простор.
- Чернобой! Вырвался на свободу! - охнула мама, и прозвучало это так, словно она сама мечтала оказаться на его месте. - Надеюсь, они его никогда не поймают, - добавила она.
- Я тоже, - сказал Перси.
- Что вы такое говорите! - возмутился папа. Конская грива развевалась на ветру, словно знамя. И вдруг Чернобой поскакал прямо к нашему дому. Но перед самым крыльцом он замер, поднялся на дыбы и забил передними копытами в воздухе. А потом помчался дальше в сторону учительского дома.
За конем бежали люди из поселка.
Мама вышла на крыльцо.
- Туда, - сказала она и указала в противоположную сторону.
- Зачем ты это сделала? - удивился папа, когда мужчины скрылись из виду.
- Тебе не понять. Разве конь не имеет права на миг свободы? Она всем нужна!
- Ты права, - кивнул дедушка, - как всегда. Прости меня, ради бога.
Тогда мама расхохоталась, подняла сковородку, собрала с земли котлеты и пошла в дом распаковывать вещи.
- Из-за чего такой переполох? - спросил папа. - Вы что-то натворили?
- Да так, ничего особенного, - ответил Перси.
- Ульф, ты всегда можешь прийти ко мне, если захочешь поговорить, - сказал папа. - Знаешь, где меня найти.
- Угу, - кивнул я.
- Вот и отлично, - вздохнул папа и похлопал меня по плечу.
А потом отправился в кормовой салон за очередным французским детективом.
Глава 13
Перси танцует и получает трепку, а потом еще одну
По субботам устраивали танцы. Вечером на танцевальной площадке зажигалась иллюминация. Иногда приезжал оркестр из города. А если нет - танцевали под проигрыватель. Музыка была слышна издалека. Она взлетала в небеса, и под нее плясала мошкара, комары и люди.
Но наша компания не танцевала. Мы были и слишком маленькими, и слишком взрослыми для этого.
Мы пробирались на танцплощадку сквозь дыру в стальной решетке. А потом стояли на травке и наблюдали за танцующими. Иногда покупали в киоске горячие колбаски с хлебом и шоколадное молоко. А иногда курили за каким-нибудь кустом. Но чаще просто смотрели.
- Полюбуйся-ка вон на тех! Видишь, куда он руку засунул? - подначивали мы друг дружку.
И от предвкушения всего того волнующего, что и нас ждет в будущем, по спине бежали мурашки.
Мы подсматривали, кто с кем целуется. И следили за теми, кто исчез в лесу, наивно полагая, что никто этого не заметил. Мы держали пари, кто сильнее напьется. И ждали, когда кто-нибудь вспылит и начнется драка. А однажды мы рассыпали на танцплощадке горох, и нам за это здорово попало.
Но танцевать мы не танцевали. Таков был неписаный закон.
Если оркестр был хороший, мы могли немножко потопать в такт одной ногой. Иногда какая-нибудь девчонка танцевала с подружкой. Но чтобы мальчишка с девчонкой - никогда.
Мы болтали и пялились на танцующих. Этого нам хватало.
На этот раз у нас только и разговоров было, что о Чернобое. Его совсем недавно поймали, а до этого он два дня бегал на воле. Весь исцарапался, пока носился по лесу. Потребовалось пять сильных мужчин, чтобы удержать его. Одного он таки укусил. А другого лягнул в ногу. Дедушка снова ходил на конюшню, чтобы в очередной раз укрепить стены.
- Они говорят: коня придется усыпить, - рассказала Марианна. - Раз он не желает стоять в стойле. Он опасен для местных жителей.
- Не могут же они просто так убить его! - возмутилась Пия.
- Они могут сделать с ним всё, что захотят, - буркнул Леффе. На этот раз сестренка сидела у него на плечах.
- Пока его, во всяком случае, запрут стреноженным на конюшне, - сообщил я.
Мы замолчали. Все думали о бедном диком коне: каково ему стоять связанному в темном стойле в самый разгар лета.
- Надо его освободить, - сказал Перси.
- Точно, - поддержала Пия.
Другие не знали, что сказать. Перси прихлопнул комара. Леффе отпил из пивной бутылки, которую нашел на скамейке, - там еще оставалось несколько глотков. Марианна подпевала мелодии, звучавшей на танцах.
- Вот, значит, как вы развлекаетесь каждое лето? - спросил Перси. - Просто стоите и глазеете?
- Да, - кивнул я. - Видишь вон того типа? Он как напьется, становится злющим-презлющим.
- Ну и что тут смешного? Вы что, никогда не танцуете?
- Еще чего! - усмехнулся я.
- Я, во всяком случае, не собираюсь так просто тут стоять, - ответил он.
И, прежде чем я успел его остановить, решительно шагнул вперед и пригласил пожилую тетку лет тридцати, которая с грустным видом подпирала забор. На ней была короткая юбка, кожаная куртка и темные очки, хотя солнце уже давным-давно скрылось. Тетка кивнула, выплюнула жвачку и отправилась с Перси на танцплощадку.
- Видали? - изумился Данне.
- Интересно, что он задумал? - спросил Бенке.
- Пойдем поглядим, - предложил Леффе.
Мы готовы были спорить, что Перси выкинет сейчас какую-нибудь гениальную веселую штуку. Может, подставит тетке подножку, чтобы та грохнулась и юбка задралась до самого пупа. А может, еще что-нибудь учудит.
Но мы не сомневались: это будет что-то из ряда вон. Мы вскарабкались на решетку и стали искать Перси среди танцующих. А когда наконец его увидели, оказалось, что он просто танцует, как все. Одной рукой Перси держал тетку за спину, а другую вытянул в сторону. Ноги то разводил врозь, то соединял вместе, словно плыл брассом в сторону оркестра.
Он держался молодцом, хоть и танцевал с такой дылдой.
Как-никак, тренировался со своей мамой с тех пор, как научился ходить.
- Ну когда же он выкинет свой фортель? - удивлялся Леффе.
Мелодия закончилась, и Перси вежливо поклонился тетке. После танца она немного взбодрилась.
- Какого черта он это затеял? - хмыкнул Бенке.
- Именно, - поддакнул я. - Потанцевать, видишь ли, приспичило!
Мне хотелось, чтобы Перси свалял дурака. Чтобы поплатился за то, что лежал под розовым полотенцем Пии. Пусть в другой раз сперва подумает хорошенько.
Когда он вернулся, мы все замолчали.
Все, кроме Пии.
- Я тоже хочу танцевать, - заявила она и улыбнулась.
А потом взяла Перси за руку и потянула снова к танцплощадке. Перси пожал плечами и покосился в мою сторону. Но потом обнял Пию за талию и закружился среди танцующих.
Мне не хотелось смотреть на них, но я не мог отвести глаз.
Я видел, что Пия положила руку Перси на плечо. Она смеялась ему на ухо и легонько прижималась к нему, потому что это был очень медленный танец. То, что она смеялась, было хуже всего.
На глаза мне навернулись слезы. Такого со мной давно не бывало.
Потом пришел Классе. Я попытался переключиться на него.
- Ну, что сказал твой отец? - спросил я. - Разозлился, поди?
- Не, он обрадовался.
- Да ты что! - удивился Леффе. - Неужели они там не разглядели, что жук самодельный?
- Конечно, разглядели, - кивнул Классе. - На то они и специалисты. И даже высмеяли папу за то, что он дал себя обмануть малолетке. Они так хохотали, что папа навсегда потерял интерес к биологии. И к ботанике заодно. "Сынок, ты помог мне понять, какие зазнайки эти ученые, - сказал он мне. - Никогда больше не показывай мне никаких жуков. И никаких цветов или бабочек. Обещай".
- И ты пообещал? - спросил Данне.
- Ясное дело. И получил еще двадцать крон. Настоящее везение! Похоже, теперь с летними заданиями покончено навсегда. Слышишь, Уффе?
- Угу, - буркнул я.
Но на самом деле я ничего не слышал. Я наблюдал за этой парочкой из двух "П" - Перси + Пия. Предатель и Притворщица, думал я. Пустобрех и Пустышка. Классе проследил за моим взглядом и тоже увидел, как они кружатся, словно на веселой карусели.
- Чего это они? Танцуют, что ли? - спросил он так, словно его сейчас стошнит. - Пошли перекурим. Я угощаю. Тебе это на пользу пойдет.
Он обнял меня за плечи.
После трех сигарет и пяти комариных укусов мы вернулись к остальным. К этому времени танец закончился. Вернув Пию в нашу компанию, Перси поклонился ей, а потом подмигнул мне. Пия раскраснелась.
- Уф, как здорово! - сказала она.
- Эх, черт, может, и мы станцуем разок? - предложил Бенке. - Что скажешь, Уффе?