Они постучали в дверь.
- Это мы, - крикнул Джулиан. - Можно войти?
- Конечно! - обрадовано отозвался Мартин. Джулиан открыл дверь, и ребята вошли в дом.
- Что с тобой случилось? Сильно ушибся? - наперебой принялись расспрашивать они.
- Нет, не очень. Я подвернул лодыжку. Мне было страшно больно идти. Отцу даже пришлось нести меня на руках… Глупо как-то получилось, - грустно сказал Мартин.
- Ничего, если это вывих, он быстро пройдет, - заверил его Дик. - У меня такое сто раз бывало, только надо сразу же начать разрабатывать сустав. Где это тебя угораздило?
Мартин внезапно густо покраснел. Ребята смотрели на него с удивлением.
- Ну, я… мы с отцом решили… в общем, мы пошли в каменоломню. Мы шли по самому краю гряды, а было мокро… вот я и поскользнулся.
Наступила неловкая пауза. Затем Джордж спросила:
- Послушай, я надеюсь, ты не выдал отцу наш секрет? Я имею в виду подземный ход. Плохо, когда взрослые обо всем знают. Гораздо интереснее слазить туда одним, правда? Ведь ты не рассказал ему о нашем открытии?
- Боюсь, что я мог проговориться, - совсем смутился Мартин. - Я не знал, что это секрет. Я… извините меня! Я просто…
- Вот те раз! - возмущенно воскликнул Дик. - Ну конечно, это была наша тайна! Мы сами обнаружили этот ход и собирались пойти туда сегодня после обеда, если бы не дождь.
Джулиан в упор посмотрел на Мартина.
- А ты вот все же полез туда - и конечно, скатился вниз, - произнес он сухо. /
- Ну да, так все и было, - понуро кивнул Мартин. - Мне действительно очень стыдно, что я выболтал ваш секрет. Я просто упомянул об этой норе в разговоре с отцом, я и не думал, что он обратит на нее внимание. А он вдруг заинтересовался и заставил меня рассказать все по порядку. Почему-то ему захотелось немедленно на нее посмотреть.
- Наверно, все журналисты такие проныры, - язвительно заметил Дик. - Вынюхивают чужие секреты, норовят пролезть в любую щель… Такая уж у них работа. Ну ладно, Мартин, - примирительно добавил он, - не думай об этом больше! Постарайся лучше как-нибудь отвлечь своего отца от этого подземного хода. Мы хотим сначала разведать все сами, а потом уж пусть он там все осматривает. Вполне может быть, там и вовсе нечего исследовать!
Наступила пауза, никто не знал, что сказать. Мартин тоже был в замешательстве. Странный он все-таки был парень - слишком уж замкнутый и неулыбчивый.
- А тебе не надоело лежать в постели? - нашла наконец что спросить Энн.
- Еще как надоело! - встрепенулся Мартин. - Я попросил отца сходить к нашему соседу и принести мне краски и несколько деревянных игрушек - я бы их пока разукрасил. Но отец отказался - он не разрешает мне возиться с красками. А я так люблю рисовать! И деревянные фигурки я бы разукрасил как следует…
Никогда еще Мартин не произносил такой длинной речи, да еще с таким увлечением. С его лица даже исчезло привычное тоскливое выражение.
- Значит, ты хочешь стать художником? - спросила Энн. - Знаешь, я тоже мечтаю красиво рисовать!
- Брось, Энн, ты даже кошку не можешь как следует нарисовать, - ехидно заметил Дик. - Они у тебя больше похожи на слонов! А уж если ты берешься рисовать корову, то получается настоящий дракон!
Мартин улыбнулся, глядя на Энн, ужасно обиженную бестактным замечанием брата.
- Я покажу вам некоторые из своих работ, хотите? - предложил Мартин. - Мне приходится их прятать, ведь мой отец просто вышвырнет их, если найдет. Он не хочет, чтобы я был художником. - И он неуклюже попытался встать в постели, но Джулиан остановил его.
- Не надо, не вставай, если трудно. Я принесу рисунки - скажи только, где они, - предложил он.
- Нет-нет, все уже в порядке, - возразил Мартин. - Я уже понемногу встаю. - Он слез с кровати, осторожно ступая на больную ногу. - Не так уж все плохо, ходить можно! - Мальчик протянул руку к книжной полке, вытащил из-за второго ряда книг плоскую картонную папку, положил ее на стол, открыл и раздал ребятам несколько своих рисунков.
- Вот это да! - в восторге прошептала Энн. - Как красиво! Неужели это все ты нарисовал?..
Рисунки были не слишком типичными для тринадцатилетнего парня. На них были изображены цветы, диковинные деревья, птицы и бабочки - все в цвете, с мельчайшими подробностями, аккуратно и со вкусом.
Ребята с удивлением рассматривали рисунки. Да, этот парень действительно талантлив! Насколько Джулиан мог судить, работы Мартина ничуть не уступали картинам профессиональных художников. Он поднес несколько рисунков к окну.
- Но почему же твоему отцу не нравятся, эти рисунки?
Ты ведь настоящий художник! Разве он этого не понимает? - вырвалось у Джулиана.
- Он ненавидит мои рисунки, - ответил Мартин с горечью. - Я убежал из обычной школы и стал ходить в художественную, но он нашел меня там и запретил даже думать о рисовании! Отец считает это занятие недостойным мужчины… Мне приходится рисовать тайком и прятать от него свои работы.
Ребята сочувственно смотрели на Мартина. Да, ему здорово не повезло в жизни: мама умерла, а отец запрещает заниматься тем, что Мартину нравится больше всего на свете! Вот почему он всегда выглядит таким грустным и хмурым…
- Да, не позавидуешь тебе! - вздохнул Джулиан. - Может, мы можем тебе чем-нибудь помочь?
- Конечно! Принесите мне, пожалуйста, деревянные фигурки и пару баночек с краской, - попросил Мартин. - Принесете? Отец вернется не раньше шести, и я еще успею их раскрасить. Только не уходите, пожалуйста, останьтесь на чай! Мне так скучно одному…
- Хорошо, - согласился Джулиан. - Конечно, мы принесем тебе игрушки и краски. И все же я никак не могу понять, почему твой отец запрещает тебе заниматься любимым делом?.. Сейчас я позвоню тете Фанни - надо предупредить ее, что мы останемся здесь на некоторое время - до тех пор, пока у тебя не кончится варенье!
- Согласен, - с улыбкой сказал Мартин. - Варенья у нас надолго хватит, да и других продуктов тоже. У моего отца зверский аппетит.
Джулиан стал звонить тете Фанни, а девочки и Дик пошли за фигурками к старику смотрителю. Вскоре они принесли все необходимое и расставили краски с фигурками на столе перед Мартином. Его глаза сразу же засветились радостью.
- Вот здорово! - воскликнул он. - Сейчас я их раскрашу. Это, конечно, не шедевры, но я сделаю все, что смогу, чтобы помочь старику. Обожаю возиться с красками!
Мартин действительно здорово умел раскрашивать фигурки. Энн заворожено глядела на ловкие движения его рук. Тем временем Джордж отправилась на кухню готовить чай. Там и правда полным-полно было всякой еды. Девочка тонко нарезала хлеб, открыла банку с медом, достала шоколадное печенье и несколько булочек. Осталось только подождать, когда вскипит чай.
- Как же здорово! - счастливо вздохнул Мартин. - Ах, если бы мой отец не возвращался ни в шесть, ни в восемь, ни… Кстати, а где ваша собака? Я думал, она всегда с вами! Где же Тимми?
ТРЕВОГИ ДЖОРДЖ
Дик в замешательстве посмотрел на Джордж. Ведь если рассказать Мартину, где сейчас Тимми, придется объяснять, почему они оставили пса на острове… Но Джордж, видно, тоже решила держать язык за зубами. Повернувшись к Мартину, она небрежно произнесла:
- Тимми?.. Ах, да! Сегодня мы решили оставить его дома.
- Наверно, он вместе с твоей мамой пошел к мяснику за покупками? - улыбнулся Мартин.
Это была его первая шутка за все время, что ребята были с ним знакомы. Все дружно засмеялись, хотя, по правде горя, шутка была не ахти. Зато Мартину ужасно польстила реакция ребят, и ему даже захотелось сказать им еще что-нибудь смешное, между тем как его проворные пальцы быстро наносили разноцветные краски на маленькие фигурки из дерева, Вскоре вскипел чайник, и ребята сели за стол. И чай, и печенье с вареньем оказались очень вкусными. Когда друзья выпили по второй чашке, стрелки часов подошли к без четверти шесть. Энн и Джордж встали, собрали деревянные фигурки и осторожно, чтобы не смазать краску, отнесли их обратно к старику. Тот был очень рад: еще бы, ведь его работа была теперь почти закончена - осталось только подождать, пока фигурки подсохнут. Тут появился и Дик - он принес краски и кисточку, которую сунул в банку с бензином.
- Хороший парень, ведь правда? - сказал старик, с удовлетворением глядя на свежевыкрашенные фигурки. - Немного пришибленный, но, говорю вам, неплохой!
- А можно еще разок, пока не стемнело, посмотреть в вашу трубу? - спросила Джордж.
- Да смотри, пожалуйста, на здоровье!
Джордж направила подзорную трубу на остров, но опять никого не увидела: ни Тимми, ни отца… Она понаблюдала за островом еще минуту, потом встала и, с сожалением вздохнув, вернулась к ребятам.
Те вопросительно посмотрели на нее, но Джордж только покачала головой. Ребята принялись за уборку - тщательно вымыли чашки и аккуратно вытерли стол. Надо было спешить, если они не хотели встретиться с мистером Кертоном. Раньше он просто казался ребятам странным, но теперь, когда они узнали, как он обращается с Мартином…
- Спасибо за прекрасный вечер, - сказал Мартин: он вызвался проводить ребят до ворот и теперь с трудом ковылял, волоча больную ногу. - Было очень здорово немного порисовать, не говоря уже о том, как приятно было пообщаться с вами.
- А ты не бросай свое рисование, если чувствуешь, что у тебя получается, - на прощание напутствовал его Джулиан. - Не сдавайся, рисуй наперекор всему! Понял?
- Постараюсь, - вздохнул Мартин, и лицо его опять омрачилось. - Но есть кое-какие обстоятельства, которые… Я не могу вам пока сказать. Ладно, когда-нибудь я все-таки стану настоящим художником!
- Пошли скорей, - шепнула Джордж Джулиану, - вон возвращается мистер Кертон!