5
– Во имя Господа нашего Иисуса Христа, аминь, – сказал отец. Затем открыл глаза и произнес: – Приятного аппетита.
– Приятного аппетита, – сказала мама.
– Приятного аппетита, – повторил Томас.
– Смотрите, смотрите! – закричала Марго. – Аквариум красный, как кровь!
Отец обернулся. Мама тоже.
– Ничего себе! – сказал Томас. – Что это с ним?
Марго засмеялась.
– Я знаю! – хохотала она. Но ей было так смешно, что она не могла говорить. На глазах у нее выступили слезы.
Отец встал и подошел к аквариуму.
– Я знаю! – крикнула Марго. – Вода превратилась в кровь!
Отец вернулся к столу, сел и принялся за еду. Было заметно, как он побледнел.
– Надо будет поскорее поменять воду, Томас, – сказала мама.
– Нет, – отрезал отец. – Останется эта вода.
Он поднес вилку ко рту, стал жевать, и его лицо постепенно обрело прежний цвет.
– Гы-гы-гы, – гоготала Марго, потому что она дура набитая. – Это же чудо!
– И во времена фараона, – сказал отец, – были шутники, окрасившие воды Нила в красный цвет. Волхвы фараона. Они говорили: "Смотрите, мы можем то же, что и Бог".
– И как они это сделали? – спросила Марго.
– Этого я не знаю, – ответил отец. – Но их подослал дьявол, это точно.
– Может, в воде завелись какие-нибудь бактерии, или еще что, – встревожилась мама.
– Я так не думаю, – сказал отец. – Я думаю, бактерия сидит у нас за столом. Человеческая бактерия, которая считает, что можно смеяться над могуществом Господа.
– Колдун! – с энтузиазмом воскликнула Марго.
Томас всмотрелся в лицо сестры и увидел в ее глазах то, чего никогда раньше не замечал. "Она издевается над папой", – подумал он с удивлением.
– Обманщик! – сказал отец. – Такой же обманщик, как волхвы фараона. Как люди, одержимые злом.
– Ой, пап, как интересно, – не унималась Марго. При этом она глупо хихикала.
– Пойду поменяю воду в аквариуме, – сказала мама.
– Ты этого не сделаешь, – оборвал ее отец. – "И рыба в реке вымерла, и река воссмердела" – вот как написано.
Мама больше не произнесла ни слова, а Марго стала рассказывать о книге, которую ей задали читать в школе. Ее никто не слушал. Когда все закончили ужинать, отец раскрыл Библию и сказал:
– Запомни, Марго. Во всем мире есть только одна истинная книга, и это Библия. Книги, которые вам задают в школе, написаны грешными людьми, похожими на волхвов фараона. Они тоже пишут книги, но это подделка.
– Ага, – промычала Марго. Она рассматривала свои ногти.
– Читай их с головой, но помни, что сердце должно оставаться с Библией.
– Мое сердце принадлежит Джонни, – тихо сказала Марго.
– Что?
– Ничего, пап.
Отец надел очки и стал читать: "И волхвы Египетские чарами своими сделали то же: превратили воду в кровь". Поэтому фараон не послушал Моисея.
И сказал Господь Моисею: "Пойди к фараону и скажи ему: так говорит Господь: отпусти народ Мой, чтобы он совершил Мне служение. Если же ты не согласишься отпустить, то вот, Я поражаю всю область твою жабами.
И воскишит река жабами, и они выйдут и войдут в дом твой, и в спальню твою, и на постель твою, и в домы рабов твоих и народа твоего, и в печи твои, и в квашни твои.
И на тебя, и на народ твой, и на всех рабов твоих взойдут жабы".
Так и случилось. Жабы заполонили весь Египет.
"То же сделали и волхвы Египетские чарами своими и вывели жаб на землю Египетскую".
Отец закрыл Библию:
– На сегодня хватит.
– Все-таки умные они были, эти волхвы, – вздохнула Марго.
– Дьявол очень умен, – ответил отец.
Мама сложила тарелки в стопку и сказала:
– Держи, Томас.
Томас взял тарелки у нее из рук и отнес на кухню. Мама принесла кастрюли.
– Бери ведро, – прошептала она, – пойдем.
Томас пошел за мамой с пустым ведром в руке. Они прошли через гостиную в столовую, где стоял аквариум. Мама сдвинула в сторону крышку аквариума с вмонтированными лампами.
– Где сифон? – спросила она.
Томас поставил ведро на пол. Открыл тумбочку под аквариумом и вытащил оттуда резиновый шланг. Мама опустила один конец шланга в воду и начала втягивать в себя воздух с другого конца.
– Чем это вы тут заняты? – спросил отец.
Они не услышали, как он подошел. Мама не могла ответить, во рту у нее был шланг. Томас посмотрел вверх, на лицо отца. "Господи Иисусе, – подумал он. – Помоги нам!"
Мама вынула шланг изо рта и направила его вниз. В ведро с журчанием полилась струя красной воды.
– Хотим поменять воду в аквариуме, – сказала мама.
Отец засунул руки в карманы.
– А я вам разрешал? – спросил он.
– Нужно, – ответила мама. – Иначе рыбы умрут.
– Пусть это станет хорошим уроком для нашего колдуна, – сказал отец.
– Я так не думаю, – возразила мама.
– Ты слышала меня, жена, – повысил голос отец. – Немедленно прекрати.
– Ни за что, – ответила мама.
– Папа! – крикнула Марго из гостиной. – Можешь мне помочь с геометрией?
– Считаю до трех, – сказал отец.
– Давай, – ответила мама. Красные брызги разлетались над ведром.
– Один… два… три, – сосчитал отец.
– Папа! – звала Марго.
Отец скакнул вперед, одной рукой выдернул шланг из аквариума, а другой ударил маму по лицу. Мама закричала. И тут произошло невероятное: она ударила его в ответ. Она кричала, и била, и била, и била, но только один раз попала мужу по лицу. Остальные удары пришлись ему на руки. Тогда он начал бешено молотить ее кулаками куда попало. Отец был намного сильнее. Мама вся сжалась и с плачем упала на пол. В этот миг во всем мире пошел дождь.
– Папа! – кричала Марго. – Библию написали люди. Люди!
Тут раздался звонок в дверь.
Часы тикали, но стрелки как будто застряли на месте. Отец, наклонив голову, слушал тишину. Мама беззвучно рыдала. Марго, прямая как свечка, стояла в гостиной у стола. Томас пытался не дышать.
Звонок прозвучал опять, долго и настойчиво.
– Кто это может быть? – шепотом спросил отец.
"Господь Иисус", – подумал Томас.
Отец присел рядом с мамой на корточки.
– Ты – наверх! – сказал он. Он потряс маму за плечо. Мама с трудом встала. У нее из носа шла кровь. – Держи платок, – бросил отец. – Наверх, живо!
Согнувшись, мама пошла вверх по лестнице.
Отец подошел к лестнице и посмотрел вниз, на входную дверь.
Звонок прозвенел опять.
Он дернул за веревку, натянутую вдоль перил, и входная дверь открылась.
Кто-то вошел в дом.
– Соседка! – позвал женский голос. – Не одолжите стакан сахара?
Вслед за отцом Томас тоже пробрался к коридору. Сердце бешено колотилось, потому что он узнал этот голос.
Это был не Господь Иисус, а госпожа ван Амерсфорт.
– Да, конечно, госпожа ван Амерсфорт! – крикнул отец. – Сейчас принесу.
– А, это вы? – сказала госпожа ван Амерсфорт. Она начала подниматься по лестнице.
– Я принесу, не поднимайтесь! – прокричал отец.
Казалось, госпожа ван Амерсфорт его не услышала, потому что не остановилась.
Отец быстро пошел на кухню, взял сахар, торопливо насыпал полный стакан и побежал назад к лестнице.
Но госпожа ван Амерсфорт была уже наверху. Она стояла в коридоре с пустым стаканом в руке.
– Ну и дождь, так внезапно!
– О, – протянул отец, – вы со своим стаканом. – Он пересыпал сахар в ее стакан. У него дрожала рука.
– Спасибо. Вашей жены нет дома? – поинтересовалась госпожа ван Амерсфорт.
– Она плохо себя чувствует, – не понял отец.
– Ой, а что с ней такое? – спросила госпожа ван Амерсфорт.
– На желудок жалуется, – сказал отец.
У Томаса зашумело в ушах. Он услышал музыку, которую уже слышал раньше, ту, где много скрипок. "Папа боится", – с удивлением подумал он.
– Может, нам стоит поговорить? – спросила госпожа ван Амерсфорт.
– Поговорить? – не понял отец.
– Подумайте об этом, – произнесла госпожа ван Амерсфорт. Она посмотрела мимо отца, на Томаса. – А, это ты, Томас? – обрадовалась она. – Поцелуй от меня маму.
И медленно спустилась по лестнице.
– Спасибо за сахар! – крикнула она. Чуть позже дверь за ней захлопнулась.
Отец рухнул на колени. По его лицу со лба на нос струился пот. Он сложил руки и обратил взгляд к небесам.
– Господи, прости меня за то, что я дал волю своему гневу. Что же мне делать, чтобы привести к Тебе эту семью? Помоги своему слуге, Господи. Об этом молю Тебя, во имя Господа нашего Иисуса Христа, аминь.
Томас смотрел на человека, лежащего на полу. У отца в глазах стояли слезы, но Томас не чувствовал ни капельки сострадания.
– Я пойду наверх, – сказал он. – Взять ложку?
Человек посмотрел на него влажными от слез глазами.
– Нет, мальчик мой, – хриплым голосом ответил он и протянул руки к Томасу. – Иди сюда.
Но Томас шагнул назад и стал подниматься по лестнице. Поднявшись, он постучал в спальню родителей. Мама не ответила, но было слышно, как она плачет. Он осторожно открыл дверь. Мама лежала на кровати ничком, повернув лицо к окну. Томас подошел к ней и поцеловал ее в мокрую щеку. Он не знал, что сказать, и поэтому не стал ничего говорить.