Танита лихо ныряла между автомобилями, на бешеной скорости огибала углы. Валькирия хохотала во все горло под прикрытием шлема.
Мотоцикл свернул с шоссе и запрыгал по проселочной дороге. Только великолепная реакция Таниты спасала их от столкновения с пролетавшими мимо деревьями.
Наконец деревья кончились, Танита добавила газу, мотоцикл взлетел по склону небольшого холма, на мгновение оторвался от земли и мягко шлепнулся на узкую дорогу. Проскочили горбатый мостик, еще несколько секунд - и они въехали в массивные ворота перед домом Гордона Эджли.
Валькирия мысленно называла этот дом "дядиным". То, что он перешел ей по наследству, ровным счетом ничего не меняло.
Танита с шиком затормозила, пустив веером камешки из-под заднего колеса. Заглушила двигатель, выбила ногой упор для мотоцикла. Девушки спешились и сняли шлемы.
- Понравилось? - с улыбкой спросила Танита.
Валькирия улыбалась до ушей, глаза горели.
- Особенно этот маленький заносик в самом конце!
- Я так и думала, что ты оценишь. Этакий завершающий штрих, да?
- Я все твержу Скелетжеру, что ему надо завести себе мотоцикл.
- А он?
- Говорит, на мотоциклах пусть катаются люди, которые носят кожаные куртки, как ты, например. А люди в элегантных костюмах должны ездить на бентли.
- Он по-своему прав.
- Это точно.
Запрокинув голову, Танита посмотрела на дом.
- Ну что, входим или так и будем тут стоять?
Валькирия засмеялась, вытащила ключ из кармана и отперла парадную дверь.
- Никак не могу привыкнуть, что ты была его фаном!
Они вошли в просторную прихожую с готическими картинами по стенам, оттуда - в гостиную.
- Твой дядя - самый лучший писатель на свете, - сказала Танита. - Почему бы мне не быть его фаном?
- По-моему, ты человек другого типа. Ну, вроде как если твоя подружка считает, что твой папа - самый крутой парень, понимаешь? Глупо как-то получается.
- Я не говорила, что один из рассказов твоего дяди основан на реальной истории, которая произошла со мной?
- Говорила, много раз.
- Я с ним никогда не встречалась. Наверное, Гордон где-то об этом услышал. Может, Скелетжер ему передал.
- Похоже на то.
- Я все собираюсь спросить его об этом.
Танита стояла посередине гостиной и осматривалась с несколько печальным выражением лица.
- Вот здесь Гордон жил, написал свой шедевр. Везучая ты, Вэл.
- О, я знаю.
- А каково это, когда твой дядя - Гордон Эджли?
- Только не начинай по новой, - попросила Валькирия.
Она сняла с полки книгу в черном переплете и протянула Таните. Та закусила губу.
"И тьма пролилась на них дождем" - последнее сочинение Гордона Эджли. Он умер, не закончив работу. Три недостающие главы дописал другой человек, используя подробные заметки, найденные у Гордона на столе. Роман собирались опубликовать через несколько месяцев, и Валькирия разрешила Таните прочитать сигнальный экземпляр. Каждый раз, приходя в этот дом, Танита проглатывала очередные страницы, пока не наступало время уходить. Она очень любила наведываться сюда и пользовалась каждым удобным случаем.
Танита, не говоря больше ни слова, уютно устроилась на диване, вынула из книги закладку, положила рядом с собой и погрузилась в чтение.
Валькирия, с трудом удерживаясь от смеха, покинула гостиную, поднялась по лестнице, пересекла площадку, вошла в кабинет Гордона и закрыла за собой дверь.
В отличие от всех прочих комнат в кабинете Гордона царил хаос, полки прогибались под тяжестью книг и наваленных грудами рукописей. Валькирия прогулялась вдоль дальней стены, читая названия на обложках. Здесь дядя Гордон держал материалы, которые использовал в работе. В этой комнате попадались трактаты о магии, которых Валькирия не нашла даже в библиотеке Китайны Грусть.
Валькирия провела пальцем по корешкам. Скелетжер прав: если у кого и могли оказаться сведения о таком невероятном существе, как Гротеск, то только у Гордона. Это в его духе. На подобную тему он бы с удовольствием написал книгу.
Палец Валькирии задержался на толстом томе в кожаном переплете без заглавия на корешке. Валькирия видела эту книгу и раньше, хотя и не обращала на нее внимания. Девочка попробовала вытащить ее, она не поддавалась. Валькирия нахмурилась, дернула посильнее. Книга выдвинулась до середины и застряла. Вдруг стена сдвинулась с места.
- Быть не может… - прошептала Валькирия, глядя, как стеллажи отъезжают в сторону, а за ними - непроглядная тьма.
Потайная комната! Настоящая, взаправдашняя потайная комната!
Уже не заботясь о том, чтобы сдержать расползающуюся по лицу азартную улыбку, Валькирия шагнула через порог. Сразу зажглись свечи.
По стенам потайной комнаты, как и в кабинете, тянулись полки, на которых стояли разнообразные предметы: знакомые и совершенно необычные. Валькирия увидела резные музыкальные шкатулки, причудливые статуэтки, золотые кубки и серебряные кинжалы. Дальше располагались какие-то загадочные инструменты, приборы, орудия и приспособления.
Посреди комнаты стоял стол, в центре которого в золотой лапке был укреплен синий драгоценный камень. Валькирия подошла ближе. В глубине камня засиял слабый свет, а по ту сторону стола сгустился из воздуха какой-то человек.
Полный, осанистый. В коричневых брюках и жилете в тон, закатанные рукава рубашки открывают руки до локтей. Песочного цвета волосы похожи на пучок соломы, чуть тронутый сединой. Человек повернул голову и увидел Валькирию. Глаза его расширились.
- Стефани, - сказал он, - что ты здесь делаешь?
Она замерла, уставившись на него.
- Гордон?
Покойный дядя помотал головой, уперев руки в бока.
- Ты шныряешь по дому? Я всегда говорил, что любопытство не доведет тебя до добра. Признаюсь, это наша общая черта. Однако я не побрезгую капельку полицемерить, лишь бы донести свою мысль.
Валькирия так и стояла с открытым ртом.
- Это… это правда ты?
Он запнулся, словно его поймали на вранье, потом замахал руками и замотал головой.
- Не я, не я! Тебе это снится!
- Гордон, перестань!
- Иди, откуда пришла, и постарайся проснуться, - с подвыванием проговорил дядя. - Помни, это только сооооооооннннннннннн…
- Гордон, прекрати, я серьезно!
Он перестал трясти головой и опустил руки.
- Ладно, тогда приготовься испытать небольшое потрясение. Стефани, наш мир не такой, как ты думаешь. В нем есть магия, настоящее волшебство, и…
- Да знаю я про это, - перебила она. - Ты мне объясни, что происходит. Откуда ты взялся?
- Тебе известно про магию?
- Ну да.
- Кто тебе рассказал?
- Ты ответишь на мой вопрос?
- Да, наверное. А о чем ты спрашивала?
- Откуда ты взялся?
- А, ну, это просто. Я не взялся. То есть я - это я, только это не я. Видишь этот синий камушек? Очень редкая драгоценность, называется Камень-Эхо, их обычно используют…
- Я знаю про Камни-Эхо.
- Знаешь?
- Если проспать три ночи рядом с таким камнем, в нем останется отпечаток твоей личности.
- О! Совершенно верно. - Дядя казался слегка разочарованным. - Обычно так делают умирающие и потом передают камень своим родным и близким, для утешения или чтобы ответить на какие-то вопросы, которые могли у них остаться, что-то типа этого. Для меня же Камень служит скорее подспорьем в работе.
- Как это?
- Я вложил в него отпечаток своей личности. Точнее, настоящий Гордон оставил в Камне меня. Он заходит сюда, когда у него возникают сложности с сюжетом книги, или когда ищет новый поворот темы, или просто хочет поговорить с достойным собеседником, равным себе по интеллекту. Кстати, мы ведем с ним увлекательнейшие беседы.
- Это… это же?..
- Самолюбование?
- Э-э… очень странно, хотя твой вариант тоже годится. И надолго у него хватает заряда?
Гордон, вернее, Гордон-Эхо покачал головой и показал на золотую подставку, в которой был укреплен Камень.
- Пока он здесь, постоянно подзаряжается. Я могу пребывать тут вечно - разумеется, при условии, что в комнате находится кто-то еще. Вся установка активизируется в присутствии живого существа. Ты знаешь, Стефани, я страшно рад случаю поболтать с тобой и с удовольствием бы обнял, только тогда я пройду сквозь тебя, и получится довольно неловко. Однако сам Гордон, скорее всего, рассердится, что ты сюда залезла.
- Вообще-то… я так не думаю.
- Да? Он тебе разрешил? Где он?
- Он… когда ты в последний раз говорил с Гордоном - ну, с настоящим?
Гордон-Эхо засмеялся:
- Находясь в кристалле, я не чувствую времени. Для меня каждый следующий разговор происходит сразу же после предыдущего.
- Понятно.
- Стефани, что-то случилось?
Помедлив, она сказала:
- Меня зовут Валькирия.
- Валькирия?
- Валькирия Карамболь. Ты оставил мне этот дом по завещанию.
- По заве… Что?
- Ты умер.
- Что я сделал?!
- Умер.
- Неправда!
- К сожалению, правда.
- Как это случилось?
- Тебя, то есть Гордона, убил Нефариан Змей. Наверное, все-таки тебя…
- Безобразие! - вознегодовал Гордон-Эхо и заметался по комнате. Он сильно побледнел. - Я не мог умереть! Он не мог умереть! С кем я теперь буду разговаривать?
- Я понимаю, тебе тяжело…
- Я умер, Стефани!
- Валькирия.
- С чего это ты поменяла имя? Неужели тоже ввязалась во все эти пакости?
- Скелетжер как раз вводит меня в курс дела.
Гордон-Эхо внезапно остановился.