Из пустых ящиков вдоль стен были сооружены стеллажи для бутафорских принадлежностей, шляп, книг и журналов. Слева от двери, напротив маленького окошка стоял старый продавленный диван - любимое место Фэтти при разработках стратегических планов. Справа громоздился внушительных размеров сундук с тяжелой крышкой - вещь, в наше время достойная почтительного к себе отношения. На одном из импровизированных стеллажей устрашающе зияло открытой пастью полуметровое чучело крокодила - настоящее, хотя и порядком потрепанное. А на стене перед входом висела уже довольно потертая тигриная шкура с головой, клыками и глазами. Эти экзотические штуковины достались Фэтти от какого-то дальнего родственника, любителя сафари. На склоне лет тот потерял интерес к прежнему увлечению, и его пообветшавшие охотничьи трофеи нашли приют в кабинете, став предметом особой гордости главы клуба юных сыщиков.
Чаще всего Фэтти наведывался в сарай за своими костюмами для переодеваний, которые у него хранились аккуратно развешанными в старом шкафу.
Итак, Фэтти лежал в кровати, бросая умоляющие взгляды то на маму, то на Бетс. Миссис Троттвиль подумала, что он вдруг сильно побледнел. И все из-за этого глупого случая. Нет, ему сейчас вредно волноваться!
- Ладно уж, Фредерик. Хватит об этом, - смилостивилась она. - Бетс захватит вещи в сарай, когда пойдет домой. А пока, Бетс, вынеси-ка их хотя бы за дверь. А ты, Фредерик, лежи и не вставай. Наверняка у тебя опять поднимается температура. И, если так оно и есть, сегодня я больше не позволю тебе вставать ни на минуту.
- Мама, можно Бетс останется у нас на обед? - предпочел поскорее сменить тему разговора Фэтти. Он всерьез намеревался встать сегодня же днем! - Ну скажи, что можно! Ко мне сегодня никто больше не зайдет - ребята все еще болеют. Мне было бы приятно, если бы Бетс осталась. Ты же знаешь, шуму от нее не бывает. А ее присутствие пойдет мне на пользу, я так быстрее поправлюсь. Правда же, Бетс?
Девочка просияла. Провести день с Фэтти, что может быть лучше? Тем более что Пип явно не в духе. А Фэтти - совсем другое дело! Бетс с надеждой смотрела на миссис Троттвиль, сжимая в руках охапку затхло пахнущей старой одежды.
Миссис Троттвиль на секунду задумалась.
- Что ж, я думаю, если Бетс захочет остаться, это, возможно, удержит тебя от новых нелепых выходок, - согласилась она. - Бетс, милая, ты хочешь остаться? Только обещай, что не будешь позволять Фэтти вставать с кровати, выряжаться в кого-нибудь и валять дурака, хорошо?
- Хорошо, - счастливо улыбнулась Бетс. - Спасибо, миссис Троттвиль.
- Тогда я позвоню твоей маме, узнаю, не против ли она, - сказала миссис Троттвиль и вышла из комнаты.
Бетс снова просияла, а следом при взгляде на нее счастливо заулыбался и Фэтти.
- Бетс, дружище, - проговорил Фэтти, поудобнее устраиваясь в постели, - а здорово получилось, правда? Я чуть не лопнул со смеху, когда вы с мамой стали теребить подушки! Конечно, я бы мог переодеться и загримироваться получше, а это так, на скорую руку. Понимаешь, сегодня мне стало лучше и сразу ужасно захотелось устроить какой-нибудь розыгрыш. Я так и думал, что ты придешь, поэтому попросил кухарку принести мне этот наряд из сарая. Она у нас умница, наша Лиззи.
- Ты наверняка не очень-то обрадовался, когда в комнату вместе со мной вошла еще и твоя мама! - посочувствовала Бетс. - Знаешь, Фэтти, я так рада, что тебе стало лучше! Хочешь леденчик? Мятный. Я выбирала самые большие. Здесь половина для тебя, а половина для Пипа.
- Да, должно быть, мне уже гораздо лучше, - подтвердил Фэтти и, взяв сразу два леденца, засунул их в рот. - Еще вчера мне даже запах их был противен. А сегодня не удивлюсь, если у меня возникнет желание еще и хорошенько пообедать.
- Ты такой бледный, Фэтти, - заметила Бетс. - Лучше полежи немного. Тебе и вправду не стоило вставать ради этого представления.
- Слушай, теперь и ты со своими нотациями? - запротестовал Фэтти. - Ну, может, я и в самом деле пока не очень крепко держусь на ногах, но в этом нет ничего удивительного - так и должно быть. А теперь давай выкладывай новости. У тебя ведь есть новости?
Бетс принялась рассказывать ему обо всех событиях. А Фэтти тихонько лежал в постели и слушал. Чувствовал он себя сейчас препаршиво. На него вдруг накатила страшная слабость, хотя он ни за что не сказал бы об этом Бетс. Он и не предполагал, что все эти переодевания и розыгрыши доведут его до такого плачевного состояния. Похоже, что с этим вирусом и впрямь шутки плохи, даже если ты уже начинаешь поправляться!
- Ларри и Дейзи тоже стало гораздо лучше, - продолжала Бетс. - Они уже на ногах, но на улицу еще не выходят. Дейзи говорит, может быть, завтра их выпустят погулять, если будет солнечно. Но они умирают со скуки и мечтают, чтобы хоть что-нибудь произошло.
- А как Пип? - осведомился Фэтти.
- Самочувствие-то у него лучше, а вот настроение - хуже некуда, - посетовала Бетс. - Так что уж лучше ты не вставай раньше времени, Фэтти, чтобы и с тобой такого не случилось. Ой, чуть не забыла тебе сказать - я же встретила сегодня утром мистера Гуна!
- А, самого великого Гуна, - привстал в постели Фэтти при упоминании имени своего старого врага. - И что он тебе сказал?
- Сказал "Тьфу ты!", слетел со своего велосипеда и плюхнулся на дорогу, - хихикнула Бетс.
- Так ему и надо, - вынес суровый приговор Фэтти. - А еще он что-нибудь сказал, кроме этого "тьфу ты"?
- Ага. Сказал, что ему так хорошо, так спокойно жилось без этого толстяка, вечно сующего нос в его дела. Это, конечно, довольно грубо с его стороны говорить, что хорошо, что ты болел и не устраивал никаких безобразий и что скоро тебе придется вернуться в школу, а ты так и не успеешь ничего натворить.
- Ха! - присев в кровати, расправил плечи Фэтти. Вид у него был очень решительный. - Это он так считает. Придется его разочаровать. Я сегодня же начну вставать, а завтра - выходить на улицу. И тогда держись, Гун! Тогда начнется такое! Дайте только поправиться.
- Какое "такое"? - встрепенулась Бетс. - Ты имеешь в виду тайну? Тайну, да, Фэтти?
- Именно тайну, даже если мне придется придумать ее самому, - подтвердил Фэтти. - Так что, если Гун рассчитывает наслаждаться спокойной жизнью в то время, когда мы здесь на каникулах, он жестоко ошибается. Ну и устроим же мы потеху, Бетс, как только я поправлюсь! Надо же, я чувствую, что даже при одной мысли об этом начинаю быстрее выздоравливать.
- А какую потеху? - с горящими глазами спросила Бетс. - Ой, Фэтти, как бы мне хотелось, чтобы у нас опять появилась настоящая тайна! Но времени уже не остается. Нам всем скоро придется разъезжаться по школам, и мы не успеем ее раскрыть - даже если она и появится!
- Неважно! Все равно мы сначала посмеемся над стариной Гуном, - пообещал Фэтти. - Я составлю план. Для всех найдется дело. Уж я что-нибудь да придумаю, можешь не волноваться.
Бетс и не волновалась. Никто в мире не мог так здорово придумывать разные розыгрыши, как Фэтти. А тот тем временем тихонько положил голову на подушки и закрыл глаза.
- Тебе что, плохо? - забеспокоилась Бетс.
- Все нормально. Меня просто осенила одна идея. Знаешь, как это бывает - вот так, вдруг, выскакивает из твоего воображения - тебе даже думать ни о чем не нужно.
- Нет, меня так ни разу не осеняло, - призналась Бетс. - Мне приходится долго ломать голову над каждой идеей, но даже и тогда она получается так себе, не блеск. Нет, Фэтти, ты у нас и вправду гений!
- Ну, не то чтобы уж совсем гений, - скромно потупился Фэтти. - Но я могу заткнуть за пояс почти любого, уж это точно. Помнишь, мы щелкали все эти тайны, как орешки, когда я брался за дело. А как…
Следующие десять минут Фэтти без тени смущения расписывал свои подвиги, а Бетс, тоже без тени смущения, благоговейно слушала хвастуна. Оба при этом испытывали истинное удовольствие.
- А сколько времени, Бетс? - вдруг спохватился Фэтти. - Наверняка уже пора обедать. У тебя там больше не осталось леденцов для меня? Я просто умираю с голоду!
- По-моему, обед уже несут, - прислушалась к доносившимся с лестницы звукам Бетс. - Пойду помогу твоей маме с подносами.
Но в дверях уже появилась миссис Троттвиль с двумя дымящимися тарелками супа на подносе. Фэтти окинул их разочарованным взглядом.
- Ну вот, опять суп! Дадут мне наконец что-нибудь существенное? На одном супе я никогда не поправлюсь!
- Вчера ты уверял меня, что не сможешь проглотить даже и ложечки супа! - напомнила ему мама, ставя поднос. - Не волнуйся, есть еще жареный цыпленок и много чего другого. Было бы желание.
- Это уже лучше, - повеселел Фэтти. - А что у нас сегодня на третье? Оставь мне две порции, мама.
Миссис Троттвиль рассмеялась.
- Фредерик, ты впадаешь то в одну крайность, то в другую. Ладно, доктор говорит, теперь, когда температура спала, тебя можно кормить как следует. Бетс, когда захотите перейти ко второму, спустись с подносом в столовую. И смотри, чтобы Фредерик не проглотил твой суп вместе со своим!