- Вы не понимаете, чем вы рискуете, - произнес хмырь с чертовски мефистофельским видом. - Сводничество, обкрадывание клиентов, гормосессуализм, эонизм, фаллическое гипостояние, все это потянет лет на десять каторжных работ.
Он повернулся к Марселине:
- Ну а мадам? Хотелось бы узнать что-нибудь и о вас.
- Что именно? - спокойно спросила Марселина.
- Говорить можно только в присутствии адвоката, - вмешалась Зази. - Дядюшка меня не послушал, видишь, как он теперь влип?!
- Заткнись, - сказал хмырь Зази.
- Так вот, - обратился он к Марселине. - Не могла бы мадам сообщить мне, чем именно она занимается?
- Домашним хозяйством, - с яростью ответил Габриель.
- И к чему ж это сводится? - иронически поинтересовался хмырь.
Габриель повернулся к Зази и подмигнул ей, чтобы та была готова насладиться тем, что за этим последует.
- В чем же это заключается? - переспросил Габриель, прибегая к анафоре. - В частности, в том, что она выносит помойное ведро.
Габриель схватил хмыря за воротник, выволок его на лестничную клетку и столкнул вниз, в ниженаходящееся помещение.
Послышался приглушенный удар.
За хмырем последовала и его шляпа. Шума от нее было меньше, несмотря на то, что это был котелок.
- Чудно! - с энтузиазмом воскликнула Зази, в то время как внизу хмырь собирал себя по частям, водружая на прежнее место усы и темные очки.
- Что будете пить? - спросил Турандот.
- Что-нибудь для поднятия духа, - находчиво ответил хмырь.
- Но таких напитков много.
- Мне все равно что.
Он ушел и сел в глубине зала.
- Чего же мне ему налить? - промямлил Турандот. - Стаканчик ферне-бранка?
- Это в рот взять невозможно, - вмешался Шарль.
- Ты, наверно, никогда и не пробовал. Не такая уж это и гадость, а потом для желудка очень полезно. Ты бы сделал хоть глоточек!
- Ладно, плесни на донышко, - примирительно согласился Шарль. Турандот налил ему щедрой рукой.
Шарль смочил губы, причмокнул пару раз, втянул в себя немного, еще раз втянул, вдумчиво, шевеля губами, распробовал как следует. Сделал глоток, потом еще.
- Ну? - спросил Турандот.
- Не дурно.
- Еще немного?
Турандот снова наполнил его стакан и поставил бутылку на полку. Изрядно пошуровав там, он обнаружил еще кое-что:
- А! Здесь есть кой-чего и покрепче. Настоящая царская водка.
- Монархии нынче вышли из моды. Мы живем в эпоху демократии.
От такого экскурса во всемирную историю все покатились со смеху.
- Я вижу, вы здесь не скучаете, - прокричал Габриель, влетая в бистро на всех парах. - Не то что я. Ну и история! Налей-ка мне гранатового сиропа, да покрепче, не бухай много воды. Мне нужно поддержать свои силы. Если бы вы знали, что со мной сейчас было.
- Потом расскажешь, - сказал Турандот, озираясь.
- Привет тебе! - сказал Габриель Шарлю. - Пообедаешь с нами?
- Так мы же уже договорились.
- Я тебе просто напоминаю.
- Да мне не надо напоминать! Я не забыл.
- Тогда, считай, что я просто подтвердил приглашение.
- А чего его подтверждать, раз мы уже договорились.
- Значит, ты просто обедаешь с нами, и все, - заключил Габриель, который хотел, чтобы последнее слово осталось за ним.
- Болтай, болтай, вот все, на что ты годен, - произнес Зеленуда.
- Пей же наконец! - сказал Турандот Габриелю. Габриель последовал его совету. Вздохнул.
- Ну и история! Вы видели, как Зази вернулась в сопровождении какого-то хмыря?
- Мда, - сдержанно продадакали Турандот и Мадо Ножка-Крошка.
- Я пришел позже, - сказал Шарль.
- А как он выходил, вы тоже видели?
- Знаешь, - сказал Турандот. - Я не успел его как следует рассмотреть, поэтому вряд ли смог бы его узнать, но не он ли сидит за твоей спиной в глубине зала?
Габриель оглянулся. Хмырь действительно сидел там на стуле, терпеливо ожидая поднимающего дух напитка.
- Боже! - сказал Турандот. - Простите меня, я о вас совсем забыл.
- Пустяки, - вежливо вымолвил хмырь.
- Как бы вы отнеслись к ферне-бранка?
- С удовольствием последовал бы вашему совету.
В этот момент позеленевший Габриель вяло сполз на пол.
- Итак, два ферне-бранка, - сказал Шарль, подхватывая на лету своего друга.
- Два ферне-бранка, два, - машинально повторил Турандот.
Из-за этих событий он совсем разнервничался. Руки его дрожали, и ему никак не удавалось наполнить стаканы. Вокруг них то здесь, то там образовывались коричневые лужицы, которые при помощи своих псевдоножек разбегались в разные стороны и пачкали уже не цинковую, а деревянную (со времен оккупации) стойку.
"Давайте лучше я", - сказала Мадо Ножка-Крошка, вырывая из рук взволнованного хозяина бутылку.
Турандот вытер пот со лба. Хмырь мирно высосал наконец-то поданный ему тонизирующий напиток. Зажав Габриелю нос, Шарль залил ему в рот немного гранатового сиропа. Несколько капель вытекло из уголков рта. Габриель встряхнулся.
- Ах ты недоносок! - с нежностью сказал ему Шарль.
- Слабак, - сказал взбодрившийся хмырь.
- Не нужно так говорить, - вмешался Турандот. - Во время войны он доказал, на что способен.
- А что он такого сделал? - небрежно поинтересовался хмырь.
- Он был на принудительных работах в Германии, - ответил владелец кабачка, разливая по кругу новые порции ферне.
- А... - сказал хмырь безразлично.
- Мошт, вы уже забыли, - сказал Турандот. - Все-таки до чего быстро люди забывают! Принудительные работы. В Германии. Что, не помните?
- Это еще не значит, что он - герой, - ответил хмырь.
- А бомбежки? - ответил Турандот. - Вы забыли про бомбежки?
- Ну и что же делал ваш герой во время бомбежек? Хватал снаряды голыми руками, чтобы они не взрывались?
- Плоско шутите, - сказал уже начавший нервничать Шарль.
- Не ссорьтесь, - прошептал Габриель, восстанавливая контакт с окружающей действительностью.
Походкой, слишком нетвердой для того, чтобы называться уверенной, Габриель подошел к столику, за которым сидел хмырь, и грохнулся на стул. Он извлек из кармана небольшую сиреневую простынку и вытер ею лицо, наполняя бистро ароматом лунной амбры и серебристого мускуса.
- Фу, - фукнул хмырь. - Ну и запашок у вашего постельного белья.
- Неужели вы опять будете ко мне цепляться? - страдальчески произнес Габриель. - Это духи от Кристиана Фиора.
- Да ты просто не понимаешь, с кем имеешь дело. Некоторые дикари вовсе не выносят изысков.
- И это изыск? - произнес хмырь. - Вы изыскали ваши изыски на говноочистительной изыскарне, вот что.
- Вы угадали, - радостно произнес Габриель. - Говорят, что в духи самых лучших марок добавляют для запаха немного этой субстанции.
- И в одеколоны тоже? - с робостью спросил! Турандот, приближаясь к этому столь изысканному обществу.
- Какой же ты осел! - сказал Шарль. - Ты что, не видишь, что Габриель как какую глупость услышит, тут же повторяет, даже не удосужившись понять, о чем идет речь.
- Действительно, чтобы повторить, нужно как минимум услышать, - парировал Габриель. - А что, тебе когда-нибудь удавалось щегольнуть глупостью собственного изобретения?
- Ну это уже чересчур, - сказал хмырь.
- Что чересчур? - спросил Шарль. Хмырь не дрогнул.
- Вы что, никогда глупостей не говорили? - спросил он ехидно.
- Он их приберегает лично для себя, - сказал Шарль двум другим участникам беседы. - Больно важный! Типичный выпендряла.
- Что-то я совсем запутался, - вмешался Турандот.
- А о чем мы говорили? - спросил Габриель.
- Я тебе сказал, что ты не в состоянии сам придумать все изрыгаемые тобою глупости, - ответил Шарль.
- А что я такого изрог?
- Уже не помню. Ты их сотнями изрыгаешь!
- В таком случае тебе должно быть совсем не трудно назвать мне хотя бы одну.
- Предоставляю вас вашей дискуссии, - произнес Турандот, окончательно потерявший нить рассуждения. - Мне нужно обслуживать клиентов. Народ валит.
Полуденные обедатели стремительно прибывали, некоторые со своими обедами в солдатских котелках. То и дело раздавался голос Зеленуды с его вечным "Болтай, болтай, вот все, на что ты годен".
- Так вот, - задумчиво произнес Габриель, - о чем, бишь, мы там говорили?
- Ни-а-чем, - ответил хмырь. - Ни-а-чем.
Габриель с отвращением посмотрел на него.
- Тогда, - ответил Габриель, - не понимаю, какого хрена мне здесь надо?!
- Ты пришел за мной, - сказал Шарль. - Что, забыл? Мы идем к тебе обедать, а потом я повезу малышку на Эйфелеву башню.
- Ладно, пошли.
Габриель поднялся и в сопровождении Шарля удалился, не попрощавшись с хмырем. Хмырь подозвал (жест) Мадо Ножку-Крошку.
- Раз уж я все равно здесь оказался, можно и пообедать, - сказал он.
На лестнице Габриель остановился. Он хотел посоветоваться с Шарлем.
- Тебе не кажется, что я обошелся с ним недостаточно учтиво? Может, стоило и его пригласить на обед?