Весь мир тогда осудит нас; все скажут,
Что спор наш благороден был, но средства,
К которым мы прибегли, были низки.
Паламон
Нет, нет, кузен! Я больше не хочу
Скрываться здесь; счастливый этот случай
Не упущу! Твою я вижу хитрость,
И цель твоя понятна для меня.
Кто оробел, тому да будет стыдно!
Ну, защищайся ж!
Аркит
Ты с ума сошел!
Паламон
Час этот - мой, и я извлечь намерен
Всю пользу из него. Что будет после,
Того боюсь я меньше, чем судьбы.
Я говорю тебе, кузен трусливый:
Эмилию люблю я! Для того
Убью тебя и все мои несчастья.
Аркит
Ну, будь что будет! Ты, кузен, увидишь,
Что умереть - мне столь же легкий труд,
Как говорить иль спать. Я опасаюсь
Лишь одного: что нас закон лишит
Возможности честь нашу обеспечить.
Ну, берегись!
Паламон
Сам берегись, Аркит!
Они сражаются. Снова раздаются звуки рогов. Входят Тезей, Ипполита, Эмилия,
Пиритой и свита.
Тезей
Что за глупцы, невежды и злодеи
Осмелились, нарушив мой закон,
Вступить здесь в битву в рыцарской одежде
Без разрешенья моего и даже
Без секундантов? Кастором клянусь я,
Что оба вы умрете!
Паламон
О, Тезей!
Сдержи ты это слово! Мы злодеи
Действительно: пренебрегли мы оба
Тобою и твоею добротой.
Я - Паламон; к тебе любви, конечно,
Я не питаю, так как убежал я
Из стен твоей тюрьмы; подумай только,
Какой преступник я! А он, - Аркит,
Изменник самый дерзкий, самый смелый
Из всех, в стране встречавшихся твоей,
И лживейший из всех друзей притворных.
Он был тобой помилован и изгнан,
Но, вопреки веленью твоему,
Остался здесь, и вот, переодетый,
Он за твоею следует сестрой,
Звездой из звезд, Эмилией прекрасной,
Которой я быть должен был слугой,
Затем, что первый я ее увидел
И сердцу дивный образ завещал.
Аркит же хочет дерзостно своею
Ее считать; за это вероломство
Его сюда к ответу я призвал,
В защиту прав любви моей высокой.
И если точно ты, как говорят,
Велик и добродетелен и всюду
С собой приносишь правды торжество,
То повели, чтоб мы опять сражались;
Тогда, Тезей, увидишь ты, что я
Дела такие совершу, что зависть
В самом тебе проснется. После ж битвы
Казни меня: готов я умереть.
Пиритой
Что за величье духа!
Тезей
Я дал клятву.
Аркит
Мы милости твоей, Тезей, не просим;
Настолько же легко мне умереть,
Как для тебя - приговорить нас к смерти.
Изменником кузен меня зовет;
На то отвечу: если есть измена
В любви, в служенье дивной красоте,
В том, что готов я за нее погибнуть,
В том, что сюда на битву я пришел,
Чтоб оправдать любовь ценою жизни,
И в том, что ей достойно я служил,
И в том, что я готов убить кузена,
Который это отрицает, - пусть
Тогда меня изменником считают:
Я буду рад! А если твой приказ
Нарушил я, - то посмотри, как дивно
Сестра твоя прекрасна, как велит
Непобедимо взор ее блестящий
Стремиться к ней, любовью к ней пылать!
Спроси ее: и если я изменник
В ее глазах, то пусть, как негодяй,
Умру и буду гнить без погребенья!
Паламон
Тезей, обоим милость ты окажешь,
Когда велишь обоих нас казнить.
Ты благороден, чист и безупречен,
Не слушай нас! Прошу и заклинаю
Тебя душой кузена твоего,
Чью доблестную память увенчали
Двенадцать славных подвигов, - вели
Казнить нас вместе! Лишь немного раньше
Пускай умрет соперник мой, чем я:
Тогда душа моя спокойна будет,
Что дева не достанется ему.
Тезей
Твое желание готов исполнить я.
Поистине, кузен твой в десять раз
Виновнее тебя: ему я сделал
Добра гораздо больше, чем тебе,
Проступки ж ваши были равносильны.
И пусть никто не просит в пользу их:
До вечера уснут навеки оба.
Ипполита
О, как их жаль! Теперь иль никогда,
Сестра, проси и вымоли пощаду;
Иначе все грядущие века
Лицо твое отяготят проклятием
За гибель двух кузенов.