Татьяне Николаевне снилось, что вместо Паукова в Версаль командируют её и что председатель местного комитета Вадим Кузьмич Плутонов строго говорит ей перед отъездом: "Только не забудьте надеть алмазные подвески, которые профком подарил вам на Восьмое марта!"
Коту Маркизу, как и полагалось, снились мыши. Мышей Маркизу в жизни видеть не приходилось. Поэтому они представлялись ему в виде разноцветных воздушных шаров, которые Коля покупал в праздники. Шары летали по комнате, кот прыгал и цапал их когтями. Шары громко лопались, а Маркиз думал: "Оказывается, ловить мышей - дело нехитрое".
Только Саше Оляпкину в эту ночь не снилось ничего. Он просто крепко спал.
Глава 5. Сэр Дюк
Последний урок - математика - подходил к концу. Когда до конца урока оставалось каких-то десять минут, Саша вырвал из блокнота листок и торопливо написал: "Нет, Колян, все-таки надо идти к Сэру Дюку вместе. Мало ли что. Вдвоём надёжнее". Но едва Саша успел передать записку другу, который сидел позади него, как над его головой прогремел голос Валентины Тимофеевны:
- Оляпкин, встань и повтори, что я сказала!
Саша неохотно поднялся.
- Вы сказали… э-э-э… Ах! Да! Вы сказали: "Откройте дневники и запишите домашнее задание".
- Боюсь, что открыть дневник придётся пока только тебе, Оляпкин. В чём дело?! Я уже третий раз тебя поднимаю. Вот что, друг сердечный. Останешься после уроков. Я буду тетради проверять, а ты - учить сегодняшний материал. Иначе тебе контрольную не написать.
Саша понуро сел. Подумаешь, квадратные уравнения… Только что он решал гораздо более важную и трудную задачу. "Что, если, - думал он, - просверлить в земном шаре дыру насквозь, а потом в неё прыгнуть? Вылетишь с другой стороны или нет? А если вылетишь, то что получится? Прыгать будешь вниз, а когда с другой стороны выскочишь, то полетишь уже вверх? Чепуха какая-то".
Прозвенел звонок. Коля подошёл к загрустившему другу и положил ему руку на плечо:
- Ничего, Ляпа, я один схожу. А ты уж позубри тут. Это даже хорошо. Контрольная-то годовая, не шутка.
Славку Сердюка Коля увидел в сквере перед домом и сразу узнал. Да, прав был Кирилл, говоря о том, что Сэр Дюк "упакован будь здоров". Его бело-голубые кроссовки были великолепны. Легкие небесного цвета штаны, узкие внизу и роскошно пузырящиеся в бедрах, напоминали шелковые шальвары древневосточных принцесс. Комплект дополняли сиреневая курточка и синяя строчёная панамка с куцыми, опущенными вниз полями. Уши плотно закрывали изящные стереонаушники. От наушников к карману тянулся тонкий провод. В самом же кармане находился портативный кассетный магнитофон "ДЖИ-ВИ-СИ", в просторечии именуемый "плэйером". Магнитофон посылал в наушники звуки "тяжелого" рока. Песня строго и просто называлась "Укуси меня".
Из полутора тысяч профессий, указанных в справочнике и включавших такие экзотические, как змеелов и дегустатор чая, Славику не нравилась ни одна. Он страстно мечтал стать диск-жокеем. Каждую ночь ему грезился полумрак дискотек, где в оглушающем грохоте стереосистем и в сумасшедшем мелькании разноцветных прожекторов жарко колышется призрачная масса танцующих. Но вот вспыхивает самая мощная лазерная пушка, и на сцену с микрофоном в руках выскакивает он, Славик Сердюк, злой и красивый. "А сейчас, - хрипло кричит он в микрофон, - для вас будет петь и играть нестареющая группа "Водолей" во главе с их бессменным лидером, бас-гитаристом Иннокентием Барским! Для вас, специально для вас они исполняют свой самый популярный шлягер под названием "Улыбка динозавра"". Толпа восторженно ревет, а Славику кажется, что он сам и есть тот непревзойденный бас-гитарист, которого рвут на клочки у выхода из концертного зала восторженные поклонницы.
Впрочем, мама Сердюк придерживалась иного мнения о будущем сына. Ни о каких диск-жокеях она и слушать не хотела, твердо решив, что Славик поступит в торговый институт. Помня о том, что конкурс в этот институт выше, чем даже в университет, она уже сейчас наняла ему репетиторов по всем необходимым предметам.
Коля подошёл к неподвижно стоящему Славке, соображая, с чего бы начать разговор. Но тут Славик снял наушники и, презрительно оглядев Колю, сказал:
- Ну, ты чего тут, клоп, пылишь? Кислород поглощаешь? А?
- Да я так, ничего, - несколько растерялся Коля. - Собака вот у тебя красивая. - Он кивнул в сторону коричневой мохнатой собаки, деловито обнюхивающей тонкий ствол молодого вяза. - Я вот думаю: неужели это чау-чау?
- Ну, допустим. Тебе-то что?
- Ух ты, здорово! Это ж редчайшая порода! Я никогда живыми их не видел. Только на картинках. А вот правду говорят, что у чау-чау синий язык? Даже не верится!
- Сюзи! Ко мне! - позвал Славик. Закормленный пёс повернул голову и неторопливо подошёл к хозяину.
- Голос, Сюзи, голос! - приказал Славик.
Собака подумала и лениво тявкнула два раза, вывалив действительно синий язык. Как успел заметить Коля, язык прекрасно гармонировал по цвету со строчёной панамкой Славика.
- Видал-миндал, - не без гордости произнёс Славик.
- Сила! - сказал и вправду удивлённый Коля. - И главное - так к твоей шляпе подходит. И к штанам…
Славик довольно хохотнул и доверительно добавил:
- Да, за эту псину мать триста рубчиков отстегнула.
- Триста?! - с неподдельным изумлением переспросил Коля. - Зачем же вам такая дорогая собака? Она, наверное, дом хорошо сторожит?
- Как же, сторожит! Это мы её сторожить должны. Чтоб не спёрли.
- А что же она у вас делает?
- Ничего. Ветчину жрёт да на двор ходит.
- Понимаю, - сказал Коля. - Вы просто очень любите животных.
Славик сдвинул панамку на глаза и, посмотрев на Колю сверху вниз, произнёс:
- Да, мы очень любим животных. И растения.
- А у вас ещё кто-нибудь есть? - спросил Коля. - Ну там, кошка или рыбки?
- Рыб нет, - сказал Славик. - Есть птица. Попугай называется.
- Ух ты! Попугай! - притворно удивился Коля. - А он у вас говорящий?
- Естественно, - как бы обидевшись, сказал Славик. - Других не держим.
- Вот бы посмотреть, - мечтательно сказал Коля. - Я ещё ни разу живых говорящих попугаев не видел. В кино только и по телевизору. Да и то, мне кажется, их там актёры озвучивают.
Славик наклонил голову набок и, словно прицениваясь, осмотрел Колю с головы до ног.
- За просмотр деньги платят, - сказал он. - И вообще, откуда ты такой наглый взялся? Как зовут?
Коле было неприятно, что с ним так разговаривают. Он открыто посмотрел на расписного Славика, и ему вспомнился где-то вычитанный афоризм древнего мудреца: "Человек есть существо о двух ногах и без перьев". Хотя в данном случае были и перья. Да ещё какие! Коля усмехнулся, но, вспомнив о важном деле, ради которого он тут стоит, как ни в чём не бывало ответил:
- Меня зовут Коля.
- Коля? - переспросил Славик. - А не врёшь? А вдруг тебя Петей зовут? Или Никифором? Ладно, ладно, шучу. Пойдём зайдём ко мне. Так и быть, покажу тебе говорящую птицу. Люблю нахалов.
Славику нравилось, когда им или его вещами восхищались. Впрочем, если кто и восхищался, то вещами. Но Славик не вдавался в тонкости и особенно не отделял себя от своих вещей. Таким же образом он оценивал и других людей. Если человек сидит за рулём собственного "мерседеса" или "Волги", то этого уже достаточно.
- Скидавай галоши, - приказал Славик, когда они вошли в квартиру. - Вьетнамский паркет, он грязи не любит.
Коля покорно снял свои видавшие виды башмаки с разноцветными шнурками и с любопытством посмотрел на отливавший тёплым янтарным блеском пол. Благородный рисунок паркета напоминал Георгиевский зал Эрмитажа, где на стене в центре Георгий Победоносец поражает копьём дракона. Впрочем, здесь обошлось без драконов. Стены прихожей украшали импортные фотообои. На них во всём блеске современной полиграфии бушевал знаменитый водопад Виктория, так в своё время поразивший путешественника Давида Ливингстона.
Едва Коля в сопровождении хозяина переступил порог комнаты, как большущий красавец жако, сидевший у окна в клетке, радостно закричал: "Метёлки, падайте!"
- Боря, ты что, сдурел? - сказал Славик попугаю и не без гордости посмотрел на Колю. Он был рад, что попугай не подвёл и сразу выдал номер. - К тебе, понимаешь, заходят два джентльмена, а ты, как старый дурень, вопишь: "Девочки, садитесь". Ну где ты, спрашивается, видишь тут девочек?
Попугай нахохлился, приподнял крылья и, ободрённый хозяином, ещё радостнее закричал: "Падайте, падайте! Славик, туши фонарь, врубай систему!"
- Вот бес, - ухмыльнулся Славик. - Нет, пора из этого птеродактиля чучело делать.
- А вот я в одном фильме видел попугая, - сказал Коля, - так тот всё время "Ишь ты!" кричал. Например, герой говорит: "Мой "Кольт" бьёт без промаха!" А попугай: "Ишь ты!" Смешно ужасно. А твой так не говорит?
- Нет, не говорит. Зато этот дармоед деньги хорошо клянчит. По утрам особенно.
И, будто поняв, о чём зашла речь, попугай истошно закричал: "Мать, дай рубль! Рубль дай!"
- О! Слыхал! Это он меня, бездельник, передразнивает.
- Послушай, - сказал Коля, - ты случайно не знаешь ещё людей, у которых такие же редкие, говорящие попугаи есть? Вот, к примеру, собачники, они всегда знают, у кого в округе какая собака. Может, и с попугаями так?
Славик помолчал, оценивающе поглядел на Колю, потом сказал:
- Может, и так. А дальше что?
- Ты бы не мог сказать мне, где эти люди живут? Понимаешь, мне очень надо.
- Ха, ха, ха, - ледяным тоном произнёс Славик. - Я тебе что, частный детектив? Справочное бюро? С какой стати я должен для тебя что-то узнавать?