- Ну, Сэм, всему свое время, - спокойно отреагировала миссис Трюблад. - Твой кот, вероятно, уже готов был уйти. Это просто ты еще не готова была попрощаться с ним. Когда становишься старым и больным, то жизнь кажется не такой уж веселой. Даже я злюсь на боли в суставах и на то, что слышу и вижу не так хорошо, как пять лет тому назад.
Алекс промолчала. Она поняла все, что сказала старая леди, и решила подумать об этом позднее, в одиночестве.
Следующие десять минут прошли спокойно, и Алекс чувствовала себя раскованно, хотя на дороге было много машин, на соседней полосе произошла авария и грохочущие грузовики загораживали дорожные знаки.
Наконец они свернули с шоссе, и миссис Трюблад на минутку остановила машину.
- Надо позвонить мужу и узнать, как идут дела, - сказала она, взяла в руки телефон и набрала номер. - Дэниэл, это я. Как там Тэнси? - спросила она взволнованно.
Разговор с мужем, видно, несколько успокоил миссис Трюблад.
- Роды пока не начались, - обратилась она к Сэм. - Мы успеем, даже если я заеду заправиться. Посматривай по сторонам.
Алекс внимательно смотрела на дорогу и потому увидела фургон с семейством Грэнтам и с Сэм. Девочка обрадовалась. Ей уже так многим надо поделиться! Когда им удастся встретиться, Сэм по крайней мере полчаса не сможет вставить ни одного слова.
- Как поживает твой отец? - вдруг услышала Алекс.
- Мой отец? - откликнулась Алекс. - Вы хотите сказать…
Она чуть было не произнесла "мой отчим", но вовремя сдержалась.
- Отец в порядке, - неуверенно сказала она и покраснела. - Я просто всегда называю его папочкой, поэтому и запнулась.
Миссис Трюблад сухо усмехнулась.
- Отец… Папочка… Я своего называла просто папа, - сказала она. - Рада, что твой отец в порядке. Нам с твоей бабушкой нужно быть внимательнее друг к другу, чтобы не превратиться в тех отвратительных людей, которые отправляют друг другу не-письма на Рождество.
- Что это за не-письма?
- Те, которые ты можешь послать сотне разных людей, меняя в них только имена, письма, в которых нет ничего важного, ни слова о твоей печали или о твоих страхах. В этих не-письмах не хвастаются своими успехами и не шутят. Их отправляют только для приличия.
И Алекс снова улыбнулась, потому что Перри заставлял мамочку писать именно такие письма. В этих письмах и о дочери упоминалось одной строкой: "Алекс хорошо учится и мечтает о прекрасной жизни в нашем новом доме".
Миссис Трюблад поравнялась с машиной Грэнтамов и, увидев высунувшуюся из окна Сэм, сказала:
- Вон поехали Грэнтамы. Ты, должно быть, в самолете познакомилась с девочкой, которая приехала к ним на каникулы. Миссис Грэнтам и ее старший мальчик - одни из наших постоянных покупателей. И Бетани когда-то была такой же, но сейчас у нее трудный переходный возраст. С Джоси мы тоже дружим. А Томас родился истинным книгочеем, читает, как безумный. Расскажи-ка мне про девочку, которая будет у них гостить.
- Мне она понравилась. Ой, смотрите, вам машет Джоси!
- Привет, Джоси, - сказала миссис Трюблад и помахала в ответ. - Их дом в километре от нашего. Мы живем на окраине, потому что у нас больше собак, чем позволяется держать в городе, а у Грэнтамов - лошади. Бетани часто скачет верхом мимо нашего дома.
Алекс задумалась. Хорошо это или плохо?
- Значит, они симпатичные люди? - спросила Алекс, будто бы просто из любопытства.
- Чудесные, - рассеянно ответила хозяйка.
Алекс была уверена, что все мысли миссис Трюблад - о Тэнси. Проехав Гелп, машина на высокой скорости помчалась по автостраде. И в тот момент, когда Алекс испуганно решила попросить ехать помедленнее, миссис Трюблад сбросила скорость и свернула на длинную тенистую дорогу, которая вела к старому дому. Перед домом стояла старая пыльная машина. Миссис Трюблад расслабилась и глубоко, с облегчением вздохнула.
- С ней Дэниэл, - сказала она и легко, как подросток, выпрыгнула из машины. Пожалуй, она шутила, когда жаловалась на свои суставы. Алекс, чувствуя робость, любопытство и волнение, от которого ее даже чуть подташнивало, последовала за ней.
Они прошли через дом к пристройке у задней стены. Навстречу выбежали две суетливые, крошечные собаки с огромными ушами и пушистыми хвостами, которые восторженно вертелись, выражая радость от встречи с хозяйкой.
Третья собачка стояла в стороне.
- Ну, ну, привет, - сказала миссис Трюблад, проходя мимо собак в полуоткрытую дверь. - Дэниэл, как она?
- У нас уже есть один щенок, сейчас будет второй, - сказал высокий сутулый человек, поднимаясь со стула, на котором он нес дежурство, и дружелюбно посмотрел на Алекс. - А ты, должно быть, Сэм? Добро пожаловать в наш дом.
- Спасибо, - промямлила Алекс, глядя на Тэнси.
Как раз в этот момент появилась головка второго щенка. Казалось, что на нее был надет полиэтиленовый пакет. Алекс еще не успела оправиться от изумления, а собачка уже разорвала зубами этот пакет и начала выталкивать на свет крошечного, скорченного щенка.
- Ты можешь дать ему имя, Сэм. А первую девочку я хочу назвать Горошинкой. Близко не подходи. Новорожденные щенки легко подхватывают инфекцию. Сначала нужно вымыть руки и сменить обувь. Дэниэл, не мог бы ты показать Сэм ее комнату?
- Разумеется, - кивнул Дэниэл. - А потом мне нужно ехать в магазин. Там сейчас Сиин. Я позвонил ему рано и попросил подменить. Но если я вскорости не появлюсь, то он все перепутает.
- Беги скорей. Спасибо за то, что побыл нянькой, - улыбнулась миссис Трюблад и тут же двинулась к раковине.
Комната Алекс находилась наверху, из окна просматривалось все обширное владение Трюбладов. Сад казался заросшим и таинственным, никаких клумб в нем не было, только в центре виднелся стриженый газон, а за ним - заросли кустов и деревья. Золотистый свет послеполуденного солнца придавал саду особое очарование.
- Ты непременно должна прогуляться по саду. А как поживает твой отец? - внезапно спросил Дэниэл Трюблад.
- Насколько мне известно, хорошо, - рассеянно ответила Алекс. Но тут же вспомнила, что вопрос касался отца Сэм. - Он очень увлечен своими раскопками, - быстро добавила она.
- Хорошо, хорошо. Ну, устраивайся, а потом иди к Маргарет. Она будет у Тэнси.
Алекс сидела на пружинистой кровати и слушала удаляющиеся шаги Дэниэла. Даже когда его машина отъехала от дома, девочка двинулась с места. Что они с Сэм наделали? Смогут ли они выдержать хотя бы один день, а если не смогут, то как все объяснят? Пожалуй, сегодня лучше пожаловаться на усталость и пораньше лечь спать. А уж вечером она все как следует обдумает.
И тут Алекс услышала за дверью топот маленьких лапок, и в комнате, будто танцуя, появились две собачки.
- Это Пион и Молочайка, - раздался снизу голос миссис Трюблад. - Они решили проведать тебя. Когда захочется, спускайся вниз.
- Хорошо. Спасибо, - ответила Алекс.
Какое же имя подойдет для щенка-мальчика? Может быть, Фруктик?
Алекс улыбнулась, а Пион, вспрыгнув к ней на колени, начал вылизывать ее нос и щеки, нежным, как лепестки цветка, язычком. Молочайка бегала по кровати и обнюхивала подушку и покрывало. Потом она перелетела на колени к Алекс, но тут же прыгнула назад.
Алекс рассмеялась. Даже ради того, чтобы познакомиться с такими собачками, стоило пойти на этот безумный обмен. Девочка стала поглаживать собак по ушам. Уши опадали от прикосновения ее рук, а потом снова вставали торчком. Алекс улыбнулась, раньше ей никогда не приходилось касаться таких мягких ушек.
- Эй, Молочайка и Пион, хотите помочь мне распаковаться? - спросила собачек Алекс.
Услышав ее голос, собачки подняли головы и замахали пушистыми хвостами. Алекс встала, расстегнула молнию своего надутого чемодана, и Молочайка немедленно забралась на стопку чистого белья.
Алекс рассмеялась, и тут ее снова окликнула миссис Трюблад:
- Они тебе не надоели? Скажи только слово - я свистну им, и они уйдут.
- Нет, не надо! - крикнула Алекс. - Они чудесные! А что, если малыша назвать Фруктик?
- Замечательно! Не понимаю, почему мне это раньше в голову не пришло?
И в этот момент Алекс поняла, что впервые за последнюю неделю она абсолютно счастлива. Как хорошо было бы, если бы Сэм испытала такую же радость от встречи с лошадьми!
7
Грэнтамы оставили позади город Гелп, потом повернули на проселочную дорогу, свернули на развилке и, наконец, прибыли на свою ферму.
Сэм, широко открыв глаза, смотрела на открывшиеся взгляду строения. На воротах было написано: КОНЮШНИ ХОЛМА ХИРОНА. Ниже, мелкими буквами, говорилось что-то об уроках верховой езды, но Сэм сидела далеко и не могла прочесть все. В любом случае ей сейчас было не до того. Прямо перед машиной стоял длинный, обветшалый дом, около входа и на газоне валялись разбросанные игрушки. За домом располагался такой же обветшалый амбар. Вдали виднелся еще один большой дом с распахнутыми настежь дверями. Сэм разглядела круг для верховой езды, такой, какой она видела только в старых кинофильмах, а за ним протянулось поле, обнесенное забором, там стояло какое-то приспособление, предназначенное, наверное, для прыжков. Мужчина, сидящий на высоком черном коне, разговаривал с двумя мальчиками на пони. Когда фургон остановился, все три наездника спешились и повели своих лошадей к дверям амбара.
Мэри Грэнтам помахала им рукой и сказала Сэм, что это ее муж, Данкан.