- А хочешь, чтоб у вас аквариум с рыбками был?
- Много рыбок? - деловито осведомилась Мариша.
- Ужас до чего много!
- Двадцать?
- Ерунда! Двести, а может, триста.
Галка изумленно уставилась на Алика.
- Ага! - радостно сказал он. - Рыбок хочу своих подарить!
- Ты?
- Ну! - На Альку нашло бесшабашное настроение. - Конец базару! Не хочу больше ходить! Хватит!
Гребешкова расцвела:
- Всех рыбок отдашь?
- Ну, пяток оставлю. "Профессора", само собой. Мы дружим с ним. Круглый аквариум себе оставлю, который папа подарил… Как думаешь, согласятся в детском саду взять столько рыбок? Я и в банках которые отдам. Всех отдам.
- Конечно, согласятся! - уже совсем радостно воскликнула Галка. - Я завтра поведу Маришу и скажу заведующей. Она такая хорошая. Так будет довольна. Все дети будут довольны… Алик, а тебе совсем-совсем не жалко?
- Ни вот столечко! - Алька показал крохотный кусочек мизинца.
- А Валерка? - спросила она.
- Говорил с ним. Без толку. Вот тоже, как Петр, будет.
Семь вопросительных знаков
И утром не смог он выбраться к Толику. Тетя Кира, узнав, что он решил сделать такой прекрасный подарок детскому саду, до того обрадовалась - чуть не кинулась обнимать племянника. Она помогала Альке отсаживать из большого аквариума рыбок в банки, промывала в тазу растения и все повторяла: как она довольна за него, что ее давно беспокоило увлечение Алика базаром, его страсть к накопительству. И Альке было приятно - вот какая тетя, какая замечательная у него тетя! Не то чтоб ругаться и ворчать - наоборот, сама довольна.
А как она могла не быть довольна племянником: еще и рассказ в журнале напечатали!
- Обязательно пошлю Юрию журнал, - сказала она, - Пусть покажет танзанийцам, какой у него сын!.. Только ты смотри, - тетя Кира подергала Альку за чуб, - не очень-то задирай нос. Загордишься.
- Тетечка, я нос проволокой привяжу…
А потом прибежала Галка и сказала, что в детском саду все очень и очень рады, потому что теперь у них будет настоящий живой уголок. Кто-то из родителей еще клетку с волнистым попугайчиком обещал, да черепаха живет. Оказывается, Галке в детском саду широкую коляску дали, чтобы на ней можно было привезти аквариум и банки с рыбками.
Аквариум они погрузили, а банкам места не было. Поэтому Галка несла в сетке тяжелую трехлитровую банку с рыбками, а другую банку, с растениями, несла, прижимая к груди. Алька осторожно вез пустой аквариум. Хотя Петр крепко сварил железный каркас, но всякое в трудной дороге может случиться.
Когда привезли аквариум и стали наливать в него воду, а потом пускать туда рыбок - от визга и радостных воплей детишек у Альки голова чуть не разболелась. Постарался скорей убежать оттуда, тем более еще же целая батарея банок с рыбками ожидала переселения на новое место.
Остальные посудины удалось кое-как пристроить в коляске, да еще бедной Гребешковой пришлось снова две банки тащить в сетке.
Ей тетя Кира хотела помочь, но Галка уверяла, что сама прекрасно донесет. Тетя видела: прекрасного тут мало, но особенно настаивать просто не имела возможности - спешила в театр.
- Алик, - уходя, сказала она, - апельсины Толику опять не отнес.
- Если сейчас не успею, то вечером - обязательно! - заверил Алька.
- Но долго не засиживайся. Сегодня придут гости.
- Кто? - не удержался он.
- Елена Сергеевна, например… В общем, не задерживайся. Толику привет от меня передай…
Управились наконец с рыбками, порадовались вместе с ребятишками из детсада, а время-то идет, еще уроки делать надо.
Так и не смог Алька до школы выбрать время побывать у больного Толика.
В классе уже многие знали об Алькином рассказе. Шуму было немало. Рассказ и вслух читали, и хлопали Альку журналом по голове, и называли "паном писателем", "паном Ципой", а Игорек прикрепил раскрытый журнал на пока еще голой стенной газете "Грызи гранит".
Валерка ходил зеленый от злости. А когда узнал, что Алька еще и всех рыбок отдал в детский сад (совершенно бесплатно!), и аквариум, который сделал Петр, отдал вместе с рыбками, то он плюнул на пол, а на Альку-изменника и смотреть не хотел. Принципиально.
Но Альке на все это было начихать. Пусть себе злится сколько влезет, если он глупый, как пробка, если ничего-ничего не понимает!
А вот то, как отнеслась Динка Котова к истории с рыбками, - это его задело. И даже сильно задело.
Динка подошла к нему в коридоре, отвела подальше, где никого не было, и, как-то фальшиво улыбаясь, спросила:
- Это правда, что всех рыбок бесплатно отдал?
- Вранье! - весело возмутился Алька. - Кто тебе наговорил? Чепуха! Пять штук себе оставил.
- А без глупых шуточек не можешь?
Алька обозлился:
- Где же мне умных набраться? Раз отдал рыбок, то я, выходит, по-твоему, глупый. Дурак набитый.
- Ты мало ошибся в оценке, - хладнокровно констатировала красивая Динка. - Я сейчас спросила у Валерия - он сказал, что ты выбросил кучу денег.
- А тебе-то что до этого? - Алька разозлился еще больше. Вот уж не ожидал такого от Динки!
- Мне, разумеется, дела никакого нет, - в свою очередь обиделась Динка. - Только я считала тебя умней.
- Зато у тебя ума - палата! У Гарика своего набралась! Миллионера! - Алька до того разволновался, что махнул в сердцах рукой и ушел от Динки.
Он и на уроках сидел сам не свой, ничего не слышал - все переживал обидный и неприятный разговор с Динкой. Ну и красотка! Что сказанула! Главное, у Валерки она спрашивала! Нашла консультанта!
У него был такой растерянный вид, такую чушь писал в тетрадке, что Галка несколько раз стукала его под партой коленкой. Но это не помогало. Тогда пустила в ход испытанное оружие:
"Что с тобой происходит?????"
Целых пять вопросительных знаков! Такими крупными сериями она еще не пользовалась. И снова - никакого впечатления.
На промокашке появилась новая, еще более выразительная строка:
"Ведь все было хорошо. Что с тобой???????
И семь вопросительных знаков не возымели действия. Алька просто отвернулся и смотрел в окно.
Галка подняла руку и сказала, встав с парты:
- У Костикова очень сильно болит голова, я провожу его к врачу. Можно?
Все учителя привыкли доверять благоразумию бывшей звеньевой первого звена, а теперь председателю совета отряда (выбрали три дня назад). Учительница биологии понимающе кивнула:
- Пожалуйста. Идите.
Алька хотел возмутиться таким произволом. Если выбрали председателем совета отряда, то может делать что захочет! Однако Галка так сжала его локоть и так посмотрела на него, что Алька подчинился.
В коридоре она зловещим шепотом потребовала ответа.
Но тут уж Алька взял верх:
- Чего ты пристаешь? Из класса выводит! Мало ли какое у меня может быть настроение. Отчет должен давать? Кто ты такая, подумаешь! Воображаешь тут!
Алька лишку хватил. Галка жалобно посмотрела на него:
- Ну, Алик, ведь все было так хорошо. И вчера вечером. И утром, когда отвозили рыбок… Ну, пожалуйста, не сердись. Скажи.
Алька наморщил лоб, пожевал губами и сказал:
- Не могу. Честное пионерское, не могу… Слушай, если уж ты сказала учительнице, что у меня голова трещит, то принеси мой портфель. Мне, понимаешь, очень надо сейчас уйти…
- Ну, а потом-то скажешь? - с надеждой спросила Галка.
- Хорошо, потом когда-нибудь… - сосредоточенно думая о чем-то своем, пообещал Алька. - А сейчас принеси портфель. Вот как нужно! Веришь?..
"Ты хороший человек"
Пока торопливо шел, почти бежал к дому, решение его лишь укрепилось, приобрело ясную и четкую простоту.
Открыв дверь, он вошел в комнату, взял серого пуделя и сильно встряхнул его. Тяжелое нутро собаки отдалось слабым звоном. Алька сдернул бант, посмотрел в узкую щель. А что увидишь? Он перевернул пуделя вверх ногами - все заделано крепко, основательно. Больше Алька не колебался. Отыскал в кухонном ящике молоток, коротко размахнулся и ударил по копилке. Не так уж все было основательно сделано. Твердь железа вошла в хрупкое, картонное тело пуделя.
Алька расстегнул портфель, выложил тетрадки, учебники и, не считая, вытряхнул туда всю скомканную массу бумажек и монет. Не теряя времени и не испытывая никакого волнения, Алька запер входную дверь на ключ и поспешил к автобусной остановке…
В универмаге он тотчас прошел на второй этаж и дальше, в отдел фототоваров.
Алька терпеливо обождал, пока кудрявая продавщица проверит кинопроектор "Луч-2", упакует его, выпишет чек. Когда она все это сделала, он, чуть робея, показал рукой на подзорную трубу и сказал:
- Я хочу купить ее.
- У тебя есть столько денег? - Альке показалось, что кудрявая продавщица иронически улыбнулась.
Он раскрыл портфель.
- У меня на трубу хватит.
- О! - заглянула она в портфель. - Целое состояние. Твои?
Неужели она думает, что он взял чужие, украл?
- Я очень давно коплю… - Алька покраснел, так ему было неудобно произносить это "коплю".
- Тебе показать подзорную трубу? Будешь смотреть?
- Но ведь она хорошая, новая?
- В этом не сомневайся… Значит, выписывать чек?
Алька кивнул. Пока в сторонке он считал мятые рублевки, трешки, серебряные рубли и полтинники, продавщица все же проверила красивую, бежевого цвета трубу, положила ее в желтый деревянный футляр, и, когда взволнованный Алька подал чек, она вручила ему покупку.
- Желаю открыть новую звезду! - сказала она, и Алька в ее улыбке не заметил иронии.