Братья Константин и Павел
Катя, когда писала эту записку, долго сомневалась, как подписаться. Можно, конечно, "Катя и Сергей Васильевич". Но Антона такая подпись могла бы испугать, Катя это понимала. И тогда она решила засекретиться, вместо "Катя и папа", поставила лишь буквы.
Три следующих дня Катя выходила из дома раньше обычного, выводила Буля на прогулку, угощала бутербродами, а потом бежала в школу. Вечером они вместе с папой кормили сеттера как следует и снова гуляли. Буль радостно встречал их. И неизвестно, как он, а Катя к такой жизни успела привыкнуть, ей эта жизнь нравилась и отвыкать от нее не хотелось.
…У Антона все эти дни держалась высокая температура. Каждое утро, встряхивая градусник, мама корила себя одним и тем же: что же это она - думает лишь о чужих больных, а своего родного ребенка, единственного сына, так запустила. Бросает на весь день одного, без ухода и доброго слова.
"Вон и складной диванчик ему уже мал, - думала мама, - хоть и называется этот диванчик подростковым, а приходится на нем спать, подогнув ноги. А я и не замечала этого". Она уходила по утрам в больницу и все думала: "Как он там ест, регулярно ли пьет таблетки, хорошо ли укрывается одеялом, не ходит ли босиком по полу".
Антон много о чем думал во время своей болезни. Главные его мысли были о Буле. И, конечно, хотелось ему разгадать, что за друзья подписываются буквами "К. и П.". Записки приходили ему каждый вечер и под каждой стояла эта подпись.
"Наверно, Константин и Павел, - думал Антон. - Два брата".
Он уже понимал, что такая жизнь для Буля, которую он устроил - весь день в пустом холодном доме - не годится. Да ведь Антон и прежде считал ее временной.
И теперь он решил, что если братья К. и П. попросят перевести сеттера в их квартиру, Антон не откажет им. Они будут гулять с сеттером втроем и втроем кормить его.
Антон решил, что как только вылечится, сразу придет к Булю и оставит записку с предложением встретиться и все обсудить.
Он уже и записку придумал:
"Большое спасибо за Буля. Жду вас в этой комнате завтра в семь вечера".
Встреча
Наконец температура у Антона спала. И хотя мама не разрешала ему выходить из дому, едва она сама пошла на вечернее дежурство в "Скорую помощь", как Антон собрался к Булю.
На улице темнело, воздух был тихий и влажный.
Антон поднялся по лестнице к двери и вдруг увидел, что она не привязана, а веревка висит на ручке.
Он распахнул дверь уже в испуге, и никто не бросился ему навстречу.
Буля в квартире не было.
"Обманули! - подумал Антон. - Притворились, а сами украли. Наверно, давно украли, а записки писали, чтобы я из дома не вышел".
Он выскочил было на лестницу, но потом решил вернуться в квартиру, чтобы все окончательно выяснить.
Поводка и ошейника на подоконнике не было. Но зато миска, наполненная свежей водой, стояла на своем обычном месте. Пол вокруг был подметен, а в углу стоял веник. Вряд ли воры стали бы наполнять миску водой и приносить веник, подметать пол.
Антону стало спокойнее. Скорей всего, братья не обманывали его, а просто как раз сейчас гуляют где-то с сеттером.
Он прикрепил к стене записку с приглашением встретиться и пошел на улицу.
Можно было подождать и в квартире, но Антон не мог ждать. Он вылез через дыру и стал высматривать прохожих - нет ли где сеттера. Он пошел медленно по тротуару, часто оглядываясь. На углу неожиданно прямо на него наткнулись та самая девочка Катя и высокий мужчина. А между ними шел Буль! Катя зажала поводок в правой руке, и Буль спокойно держался у ее ног.
Но тут Буль дернулся, бросился к Антону, сбил шапку и принялся лизать его щеки.
Катя остановилась рядом и стала улыбаться, и высокий мужчина улыбнулся, а потом сказал:
- Вот и встретились. Здравствуй, Антон!
Союз дружбы
В первые минуты Антон молчал. Катя и Сергей Васильевич тоже молчали.
"Разговаривал" один Буль. Он то снова прыгал вокруг Антона, то обращался к Кате, как бы желая их познакомить.
- Отойдем к стене, - предложил мужчина.
И они отошли. А потом медленно направились к огороженному дому.
- Хороший у тебя сеттер. Я все детство мечтал о таком. Тебе его подарил кто-нибудь? - спросил Катин папа.
И тут Антон про все рассказал. Никому не рассказывал, а почти незнакомому человеку открылся. Да еще и Катя слушала. И как ездил на дачу к Булю, и почему у себя его не поселил.
- Где же ты деньги берешь на прокормление пса? - спросил Катин отец удивленно. - По виду тебя миллионером назвать трудно. Когда в твоем возрасте у моего друга такая примерно жила овчарка, она съела у нас все - фонарик, фотоаппарат и даже пальто.
Антон лишь кивнул, грустно улыбнувшись.
И тут Сергей Васильевич сам подошел к главному. Антон даже сжался, даже руки задрожали от волнения, когда начался об этом разговор.
- Я вижу, ты человек, которому можно доверять. Нам с Катей тоже можно верить. Правда, Катя?
Катя серьезно согласилась:
- Правда.
- Я предлагаю тебе союз дружбы. Пусть твой Буль живет в нашей квартире, у нас места хватит. А ты будешь приходить всегда, когда сможешь и сколько угодно гулять с ним. Хочешь - и с нами вместе, хочешь - один. Когда как получится. Сеттеру только лучше будет от частых прогулок. А в этом доме, - они как раз подошли к огороженному дому, - сам понимаешь - условия жизни даже не собачьи. Ты не спеши, ты подумай.
- Я согласен, - ответил Антон.
- Тогда пошли к нам в гости, - предложил Сергей Васильевич.
Фотографии
Никогда в жизни Антон не ел таких вкусных котлет. А про суп, который они сделали втроем за пятнадцать минут, он и не слышал прежде. Не знал, что такие супы бывают. Сергей Васильевич назвал его "Гость на пороге", а вообще-то это был старинный таджикский суп. Сергей Васильевич сказал, что его готовили еще во времена великих людей: Авиценны, Бируни и Омара Хайяма.
- А варили его тогда в каменной посуде, - добавил он.
- Мы каждое воскресенье едим новый суп, - сказала Катя, когда Сергей Васильевич вышел из кухни на минутку к телефону. - Папа собирает рецепты старинных супов разных народов.
Антону поручили чистить луковицу на кухне, а потом взбалтывать яйца в большом бокале.
Иногда к дверям подходил Буль и удивленно смотрел на них.
Буля сразу поместили в большой прихожей. Катя принесла ему мягкий коврик, и Антон скомандовал:
- Место!
Буль с удовольствием улегся на коврик и стал следить глазами одновременно за всеми людьми.
- Я-то боялся, что ему будет у нас непривычно, а он лег так, будто всегда здесь спал, - засмеялся Сергей Васильевич. - Ты знаешь, прежний хозяин был умелым дрессировщиком и очень хорошим, уравновешенным человеком. Ведь собака почти всегда перенимает характер того, кто ее воспитывает.
На стенах в коридоре и комнате висели большие фотографии. Антон сразу заметил их, как вошел в квартиру, только сначала стеснялся рассматривать. На фотографиях был один и тот же сюжет - восход солнца. Только происходил восход в разных местах. Здесь была и Нева, с отражающимся на волнах шпилем Петропавловки, и была лесная поляна, где солнце просвечивало сквозь деревья, и были еще озеро, асфальтовая дорога, старинная церковь, лошади, пасущиеся в поле - а солнце играло на их спинах.
Теперь, после общей работы и особенно после обеда, Антону стало проще, и он начал рассматривать фотографии.
- Их тоже папа делал, - объяснила Катя. - Фотографией он в молодости увлекался. - И Катя принесла Антону несколько тяжелых альбомов.
Вошел в комнату сам Сергей Васильевич.
- Если тебя устраивает жилище для Буля, то вот ключи от квартиры: их тут два, но мы обычно закрываем на один, на стальной.
Антон вместе с Сергеем Васильевичем попробовал, как работает ключ в замке, а потом Сергей Васильевич сказал:
- Завтра у Кати музыка, она приходит часов в пять. Я тоже задержусь. Так что, если сможешь, приходи сразу из школы. А про еду, пожалуйста, не думай: у нас с Катериной гора еды остается каждый день. Можно слона содержать, не только сеттера.
Антон вышел на лестницу, и Буль немедленно выскочил следом.
- Иди на место, Буль, - сказал ему Антон, - это тоже твои хозяева.
Буль вернулся на подстилку, а Катя присела около него и стала гладить.
Весь вечер Антон представлял, как станут они теперь вместе с Катей ухаживать за Булем. Или поедут, например, в воскресенье в лес.
Это было удивительно: все, о чем он думал в это лето, получилось вдруг само собой, за несколько часов.
Иногда, когда Антон видел особенного человека, очень сильного или очень доброго и веселого, он думал: "Мне бы таким стать".
И сейчас, в этот вечер, он хотел быть точно таким, как Сергей Васильевич. Хорошо тем, кому везет с отцами.
Он уже спал, когда пришла мама, только проснулся на секунду, но она проговорила шепотом:
- Спи, спи!
Он и заснул снова.