Сон
В Ленинграде, на Владимирском проспекте, недалеко от Антона жила девочка Катя.
Она тоже училась в пятом классе - Антон узнал это случайно, когда увидел ее в Эрмитаже на школьной экскурсии около античных статуй. Там же он узнал и ее имя.
Катя занималась музыкой - Антон несколько раз встречал ее на улице с нотной папкой.
А однажды Антон переходил Владимирский, взглянул нечаянно на засветившееся окно-фонарь под самой крышей и увидел в нем Катю, Антон даже остановился от неожиданности. На него чуть грузовик не наехал.
Так Антон узнал, где можно Катю увидеть. Мимо ее дома он проходил каждый день и всегда, будто нечаянно, заглядывал в окно. Но Катю он видел там редко.
Антон и летом на даче о ней вспоминал, а недавно она приснилась ему.
Во сне Антон шел по своей Колокольной улице вместе с рыжим красивым сеттером. И такая у них была настоящая дружба с умным псом, что Антон вдруг остановился и поцеловал сеттера в коричневый кожаный нос. И тут из-за угла показалась Катя. А из подворотни неожиданно выскочили три хулигана. Хулиганы почему-то были одеты в женские платья, они бросились к Кате. Но Антон с сеттером были начеку. Быстрым уверенным шагом они приблизились к хулиганам. Сеттер грозно зарычал на них, и хулиганы, придерживая подолы платьев, разбежались в разные стороны. А девочка взглянула на Антона, на смелого пса, неожиданно присела в своем красивом розовом пальто и тоже поцеловала сеттера в коричневый кожаный нос.
Вода в консервной банке
Как-то днем Антон снова шел за рыжим ирландским сеттером и хмурой теткой.
Было жарко. Желтеющие листья светились на солнце и шуршали от ветра.
Тетка и сеттер подошли к магазину. Там тетка привязала пса к столбу, а сама вошла вовнутрь.
Умный пес лег на землю, чтоб было прохладнее. Он громко дышал, и с длинного языка падали на землю капли влаги.
Антон остановился около сеттера. Уже несколько дней ему хотелось погладить блестящую собачью шерсть, но он все не мог решиться.
- Твоя собака, мальчик? - спросил вдруг прохожий. - Кто же собаку на солнце привязывает? Смотри, как она от жажды мучается. - И прохожий сокрушенно вздохнул.
Близко была колонка. Там как раз набирали воду в ведра. Сеттер посмотрел на плещущую воду и облизнулся. И тут Антон сообразил. Он схватил валявшуюся консервную банку из-под шпрот, набрал холодной воды и отнес псу.
Сеттер стал пить громко и быстро, не поднимаясь от земли, Антон набрал воды снова, и теперь сеттер пил спокойнее, даже оставил немного в банке. Антон осторожно погладил его по спине, и сеттер взглянул Антону в лицо.
Тут как раз вышла хмурая тетка.
- Что ж вы собаку на солнце привязали, - сказали ей люди, стоявшие у магазина. - Хорошо, мальчик догадался, попить принес.
- Продали мне эту собаку за пять рублей, говорили, дом сторожит, а она только сидит, вздыхает, да в глаза заглядывает, - пожаловалась в ответ тетка. - Теперь и мучаюсь. Был бы хороший человек, задаром бы отдала.
Тетка отвязала сеттера от столба, они пошли назад к Гагаринской улице, и Антон снова побрел за ними следом.
Разговор
Сколько раз он так ходил за ними в отдалении, все лето, мечтая хотя бы прикоснуться к сеттеру, хотя бы поймать его взгляд. Иногда он набирался смелости, решался подойти к тетке и заговорить о чем-нибудь, о чем угодно, предложить донести тяжелую сетку, полить огород, а в ответ тетка разрешила бы ему погулять с собакой. Но в последний момент смелости все-таки не хватало.
И вдруг тетка обернулась к Антону сама, и сама заговорила с ним:
- Мальчик, ты зачем следом бродишь? Или замыслил что?
- Я не брожу, я так… - Антон растерялся.
- А я думаю, что не так. Или собака нравится?
- Нравится, - ответил Антон и почувствовал, что голос у него стал от волнения хриплым.
- А я вот собак не люблю. Купила, думала, привыкну, все-таки живая душа. Не получается. И его мучаю и сама мучаюсь, - тетка повторила вчерашнюю фразу.
Она замолчала, словно ожидала, что теперь Антон станет продолжать разговор. Но Антону заговорить было невозможно.
- Завтра в город. И куда я его с собой повезу. Не было у бабы хлопот, купила она испанеля.
- Это не спаниель, это - ирландский сеттер, - поправил Антон. - Спаниели меньше ростом, а уши у них длинные.
- А мне все одно, что сеттер, что испанель.
- Не испанель, а спаниель, - снова не сдержался Антон.
- Во-во! Тот, который продавал, так и говорил.
Тетка замолчала опять и принялась рассматривать Антона. Антон опустил голову, и даже жарко ему стало. Он почувствовал, что наступает главное мгновение.
- А что, - спросила тетка, - ты собак любишь? Я смотрю, ты все лето за нами бродишь.
Антон так и не смог выдавить ответ, а лишь кивнул опущенной своей головой.
- Чего же тогда тебе родители не купят? Или деньги жалеют?
- Жалеют, - сказал Антон.
Это была неправда и поэтому выговорилась она легче.
- Ну-ну, - проговорила тетка и пошла с сеттером дальше.
Антон же остался стоять около дерева.
Полдня он не мог ни о чем другом думать. Все мысли были только о собаке.
А к вечеру тетка снова вышла на улицу с сеттером. И сама подошла к Антону.
- Что-то я тебя все одного вижу, без родителей. Где они у тебя? Отец-то есть?
- Есть, - соврал Антон, - он в Москве.
- А мама - тоже в Москве?
- Мама - врачом в больнице работает.
- Врачом - это хорошо, - подумав, сказала тетка. - А что родители скажут, если собаку дома увидят. Не похвалят?
- Похвалят.
- Ну, смотри, парень, - решилась тетка, - я тебе эту собаку дарю, но чтоб ты ее ничем не обидел.
Антон стоял, по-прежнему глядя в землю.
- Что сказать надо, когда тебе дарят взрослые?
- Спасибо, - с трудом выговорил Антон.
- Приходи завтра с утра и забирай. Этот, который мне продал, никудышный был человек. Спрашиваю, как собаку-то зовут. А он говорит, Буль. У меня, говорит, дома всех булями зовут, - тетка презрительно махнула рукой.
Счастье
Это было счастье! Счастье, счастье! У него была своя собака! Он мог теперь гулять с ней, сколько захочется. Хотя бы два дня, пока длится дача.
А потом он может взять сеттера в город, устроить у хороших людей жить, сам будет ходить с ним каждый день.
У него была своя собака!
Они вышли за калитку, и тетка смотрела им вслед.
Антон держал в левой руке алюминиевую миску, в правой вел Буля на поводке, и ему казалось, что вся улица их разглядывает.
Он гордо прошел до угла, по направлению к даче бабушки Насти и только в эту минуту, дойдя до угла, понял вдруг, что ему с собакой деваться некуда. Ведь не вести же пса к своей даче - попробуй, объясни бабушке, где его взял.
На минуту ему стало страшно, даже захотелось бежать назад к бывшей хозяйке, посадить молча, не глядя на ее изумление, сеттера и убежать куда-нибудь в лес.
Но тут он перехватил умный взгляд Буля, и страх прошел.
Антон решил пойти с сеттером в лесок к заливу. По дороге он несколько раз останавливался погладить пса и угощал его печеньем.
- Буль, Буль, - приговаривал он, - мы теперь с тобой вместе. Ты у меня самый хороший пес.
Буль печенье ел с удовольствием и однажды в ответ лизнул руку.
Всё оказалось другим
Прежде, в мечтах, Антон часто представлял себе прогулки с собакой.
Вот он идет, спокойный и уверенный, держит в руке поводок. А поблизости весело бегает сеттер, постоянно оглядывается на хозяина, ловит каждое слово и знак.
- Сидеть! - командует Антон, и сеттер мгновенно садится.
Антон гладит его, берет на поводок, они переходят дорогу, а потом Антон снова отпускает сеттера и опять продолжается их счастливая прогулка…
Все оказалось другим.
Большего позора с Антоном не случалось никогда.
Едва они пришли в лес, и Антон отпустил сеттера, как пес, понюхав кусты, мокрые от утренней росы, повернулся, и не очень быстро, но не так уж и медленно, побежал в сторону Гагаринской улицы.
- Буль! Буль! - звал Антон и показывал сеттеру печенье.
Но Буль перестал замечать Антона. Он нюхал куст или столбик, а потом бежал дальше. Антон был для него посторонним, чужим.
И Антон представил, как сеттер сейчас прибежит к теткиному дому, а тетка в это время будет как раз запирать калитку. Сеттер усядется рядом с нею, и тетка посмотрит на Антона презрительно, а потом скажет:
- Эх ты, нельзя тебе собаку доверить!
Антон бежал за Булем по улице и уже не звал его громко, а лишь тихо, про себя, повторял:
- Что же делать, а? Ну что делать!?
На калитке у теткиной дачи висел тяжелый замок.
Буль ткнулся носом в рейки, отодвинул одну из них и проскользнул за забор. Он спокойно прошел по песчаной дорожке, взобрался на крыльцо, успокоенно вздохнул и лег около двери на веранду.
Антон снова звал его, протягивал через забор печенье, но сеттер лежал отвернувшись, уставившись носом в дверь.
Мимо по улице шел человек.
- Не дразни собаку, мальчик, - сказал он строго.
- А я и не дразню, - ответил Антон со злостью. - Это моя собака, мне ее подарили.
- И не разговаривай так грубо, - человек посмотрел еще строже. - Кто тебе его подарил?
- Тетка.
- Какая тетка? - удивился прохожий. - Как ее зовут?