- Лейда, к нам сын Алфреда прикатил, ты помоги Юхану в бане, мне гостя накормить…
Лейда, неизвестно чему, звонко рассмеялась. Король не знал, как ему с ней быть, он лишь сказал вежливо "терэ", и опять она засмеялась, тут же побежала на хозяйственный двор. Ангелочек не сочла нужным что-либо объяснять Королю насчёт Лейды.
А летательный аппарат? Так и будет валяться брошенный у колодца?
- Я велосипед поставлю, - сказал он Ангелочку, и едва успел отвезти его под ригу, как заскрипели ворота, раздалось фырканье Серой, сопровождаемое звонким смехом коротконожки Лейды. Манчи что-то буркнул ей. Король увидел нагружённую длинными сосновыми хлыстами повозку, из ноздрей Серой шёл пар, как от паровоза. Красиво смотрелись сосновые хлысты в фиолетовых лучах заходящего солнца.
Увидев Короля, Манчи приветливо вскрикнул:
- Ого! Те-рэ!
Появился Юхан и тоже сказал: "Ого".
Коротконожка засмеялась, а Король недоумевал: что это она всё время смеётся? Манчи напоил лошадь и выплеснул оставшуюся в ведре воду ей под хвост, как поступал всегда, потому что был хулиганом, так считала Ангелочек; Серая с укоризной посмотрела на присутствующих, мол, видите, на что это похоже? Манчи успел заметить под ригой что-то никелированное.
- Ты уже на велосипеде?! - спросил он. - Наконец-то! А то я подумал, что пешком прискакал.
Манчи извлёк на свет велосипед и стал критически его рассматривать.
- Ты уже умеешь ездить… - не то спросила, не то удивилась Лейда. А у Манчи к велосипеду, как, впрочем, и у всех парней в Звенинога интерес повышенный. В это сложное время велосипед не всем был доступен, тем более что их всюду изъяли, но не везде вернули обратно. В своё время Алфред "разорился" для Манчи и Хуго, подарил им велосипеды, но их конфисковали для военных нужд. Отсюда и интерес Манчи к велосипеду.
- Твой теперь? - спросил Манчи со скрытой завистью.
Король вспомнил, как они с Манчи вдвоём ходили на пастбище: жаворонки, цветы, зелень, лазурь над ними, назойливые слепни; Манчи пытался объяснить юному принцу смысл борьбы, увиденной Королём случайно ночью "во сне", и совершенно честно попробовал растолковать, что это такое, когда борешься с девушкой в сене. - Его Величество ничего не понял: боролся с девушкой, а зачем?
Конечно, обидно было Манчи. Где теперь ему взять новый велосипед? Он же ещё молод, немного озорной, ну и что? Чуть-чуть лодырь, как считает Ангелочек, так он же не ждёт в наследство хутор Сааре, такое только Хромоножке снится, потому что, по мнению Манчи, все хромоножки злые и интриганки. Манчи тоже хотелось получить обратно свой велосипед, и Король понимал, что он добрый человек, на него даже Серая не обижается, когда он ей под хвост воду выплёскивает.
- Мой, - признался Король и решил соврать: - Алфред твой тоже найдёт, я слышал, он Хелли об этом говорил.
- Разве найдёшь? - ответил Манчи безразлично, но Королю показалось, что своим враньём он ему угодил, Манчи поверил, а как теперь с этим быть?
Король услышал какое-то шипение за спиной - Юхан свистел свою мелодию. А ведь он только что рубил старые яблони в саду.
- Сосны сухой там было вроде больше… - Юхан посматривал придирчиво на то единственное, что достойно серьёзного человека, - на воз с древесиной. - Справа будто бы, на опушке, где наш лес граничит с Участком Рёбра… Должен быть сушняк, сосна.
Дед рассуждал вроде бы сам с собой. Манчи переключился с велосипеда на дела в их лесу. Король поспешил увезти под ригу летательный аппарат. Тут все услышали с крыльца дома команду Ангелочка готовиться в баню. Юхан с Манчи взялись разгружать воз, Его Величество отправился к женщинам и очень обиделся, когда Коротконожка не соизволила поздороваться с Марви, которая - подхалимка из подхалимок! - "сидела" у печи на пне и "листала"… Священное писание, то есть Библию.
По-домашнему ударили настенные часы с нарисованными на циферблате красными яблоками, к одной гире привязан довесок - старый амбарный ключ, видать, плохо стала тянуть гиря.
Ангелочек приготовила бельё, полотенца, простыни. Весь дом наполнился запахом свежеиспечённого хлеба и сепика.
Со скрипом открылась входная дверь, вошёл без стука Эйнар с Ребра, проговорил скороговоркой, ни к кому не обращаясь:
- Я после всех подскочу, попарюсь, а ты, Манчита, всё таращишься-заливаешься? - и засмеялся своим "нежным" голосом. - А ведь удачно у меня вышло, да? Манчита… Твой будущий муж - Манчи, значит, ты - Манчита. Как в Испании. Он - Иммануэль, а она - Иммануэлиха.
Не прощаясь, он хлопнул дверью и был таков.
Манчита-Иммануэлиха с опозданием заморгала детскими глазками и залилась в долгом смехе. Смейся не смейся, но если тебе дали прозвище, то на всю жизнь, и быть тебе теперь Манчитой, как по приговору. Обижаться нет нужды. Манчита - это всё же благозвучнее, чем, скажем, Коротконожка, хотя, что и говорить, росточком она не вышла.
Теперь Король догадался, кто такая Коротконожка, Манчита, - невеста Манчи, он на ней женится, на Лейде с хутора Пости (почтовый). Король знал этот хутор, он стоял у самой омнибусной дороги в деревне Кангруспина. Король догадался, что Манчи уже тогда бегал туда через пастбище прямиком, когда растолковывал ему суть борьбы в сене, а Король не разобрался, ведь прямо за пастбищем, через осинник, и стоит хутор Пости. Наверное, Манчи тогда в сене с Лейдой и боролся… Король попытался теперь вдогонку вспомнить, в чём заключается принцип борьбы, ведь Манчи ему объяснял, но не мог - столько времени прошло.
А где же Сесси? Король высматривал её, дожидался, думал поначалу, что она, наверное, где-нибудь в деревне, что к бане придёт. Но её всё не было, тогда он спросил у Ангелочка.
- Эта вертихвостка на Ару, где же ещё, - ответила она.
В ответе Ангелочка послышалось недовольство. Однако же она не стала более ни о чём говорить. С Королём-то никто особенно не считался, во всяком случае, в подробные отчёты не пускались. Король же сообразил, вспомнив, как Манчи дразнил Сесси и Антса женихом да невестой, что, наверное, Антс Аруский женился на Сесси.
А Марви? Сколько можно сидеть на пне у печи? Да ещё с Библией, в которой ничего не смыслишь. Однако что же ей делать? Все пошли в баню, а с Марви в баню Король и мысленно пойти застеснялся. И Ангелочек с ним не пошла, а взяла Манчиту. Король парился с дедом и Манчи, и он им показал… бабушкин класс! Они у него кряхтели и охали, наконец сползли с полки - слабаки.
После бани собрались в большой кухне за огромным столом, пришёл и Эйнар, попарившись после всех. Ангелочек поручила Манчите накрывать на стол, сама чем-то занялась в комнате Хуго и Мелинды, последняя отсутствовала в Праакли у своей матери. Мужчины расселись за столом и выжидательно следили за манипуляциями Манчиты, которая бегала от плиты к столу, от стола в чулан: поставила огромное блюдо с варёной картошкой в мундире, принесла глиняный сосуд с солёной салакой, без которой для Юхана не существовала никакая еда. Салака и Юхан, они контактировали уже с утра: и за завтраком, и за обедом, и за ужином, можно сказать, что салака его единственная пища. Хлеб собственной выпечки Лейда нарезала, соус перелила в эмалированную миску, а мужики сидели, глотали слюнки, вилки держали в руках, ждали; за дверью заскребли, и Лейда-Манчита, пробегая мимо, впустила Вилку, которая деликатно уселась в стороне, забавно стуча хвостом об пол.
Королю представлялось, что и Марви помогает Манчите, и как она была очаровательна! Как мило развевались её локоны на бегу, какой лёгкой была её поступь, как раскраснелось личико.
Все ждали. Дед нервно постукивал по столу своим ножом - он признавал только свой складной нож. Дед смотрел хмуро, можно было подумать, что он чем-то недоволен. Но он всегда смотрел хмуро, когда доволен - тоже. Он смотрел сейчас на картофелину, которую облюбовал, чтобы воткнуть в неё нож. Но Ангелочка всё нет да нет. Из комнаты Хуго слышалась какая-то её возня, что-то гремело, о чём-то она сама с собой говорила. Наконец дед окликнул её.
- Сейчас, сейчас приду…
Все продолжали ждать. Эйнар начал рассказывать страшную историю, как на Большой Земле, в Тартуском округе, где-то на хуторе, мать доила корову, а сын задушил её ремнём, потом вместе с женой они перетащили её на чердак и привязали к стропиле, затем заявили в полицию. Все словно застыли за столом, Лейда разинула рот и воскликнула:
- Иссанд Юмаль!
Эйнару понравилось, что он овладел всеобщим вниманием и продолжал рассказывать, что убили эту женщину за то, что она хотела аннулировать завещание своего покойного мужа, по которому хутор после его смерти перешёл к старшему сыну, но при условии, что он до конца жизни станет содержать мать и до совершеннолетия брата и сестрёнку. А он к детям относился плохо, даже жестоко, за это мать и хотела попросить суд аннулировать завещание, тем более что молодого человека знали как выпивоху и драчуна. Приговорили его к смерти через повешение, а его жену к каторжным работам пожизненно. Вот какая страшная история.
- Иссанд Юмаль! - воскликнула опять Манчита.
- Скоро ты там?! - закричал дед в соседнюю комнату, ему надоело пялиться на облюбованную картофелину.
- Сейчас приду, - послышался голос Ангелочка из комнаты Хуго.