Всего за 174.9 руб. Купить полную версию
Есть ли секс в Сомали?
Секс для сомалийцев - такое же естественное отправление, как утреннее или вечернее опорожнение кишечника. Сомалийцы - мусульмане, и процесс дефекации возведен у них в своего рода культовый обряд. Их кишечники работают, как часы. Вслед за утренней побудкой сомалиец с кувшином воды устремляется к выгребной яме. Опорожнившись, подмывается и тут же бросается на жену (если у него их несколько, то он оприходует всех поочередно).
В течение дня, как правило, после обеда и ужина, эта процедура повторяется с неизменной регулярностью. Женатых солдат и сержантов, находящихся на казарменном положении, офицеры отпускают домой для исполнения супружеского долга трижды: утром, после обеда и ужина.
В интимных отношениях сомалийских мужчин и женщин отсутствует и намек на поэзию - это натуральная физиология. Совокупиться с женщиной для сомалийца - то же, что поставить клизму или выпить стакан чая для европейца. Чаепитие и медицинское обслуживание обходятся сомалийцам даже дороже.
Никакого орального и - Аллах спаси! - анального секса. Семя - дар Аллаха и оно должно излиться, куда назначил Всевышний, - в женское чрево!
Соитие - только лежа. Мужчина сверху. В крайнем случае во время кочевья в саванне, из-за боязни ядовитых змей и диких животных, коим несть числа, - сомалийцы совокупляются стоя.
Чтобы предупредить распространение онанизма, Коран запрещает неженатому мужчине прикасаться рукой к своему детородному члену. Они даже мочатся по-женски, сидя на корточках. Мастурбация - смертный грех, потому что потенциальные дети, дремлющие в сперматозоидах, будучи сброшены оземь, погибают.
…Даже единичные случаи скотоложства и гомосексуализма в Сомали отсутствуют. Любой сомалиец наделен правом выступить в роли карающей десницы Аллаха. Заставши единоверца за этим богоненавистным промыслом, он должен немедленно убить его. Если речь идет о гомосексуализме, то - обоих партнеров. Шариатским судом борец за чистоту веры будет оправдан. Однако для этого он должен представить суду неопровержимые доказательства вины отступников - мало ли, как до убийства складывались взаимоотношения убиенных и палача?
С иностранными журналами и газетами, доставляемыми в Сомали из США и Западной Европы, местная цензура работает буквально с ножницами в руках. Вырезается любое упоминание о фактах "голубой" или "розовой" любви, любое изображение обнаженного мужского или женского тела. Сомалийские дети в школе никогда не видят изображений обнаженных мужчин и женщин, ни статуи Давида, работы Микеланджело, ни Лаокоона, ни картин Рубенса. Аллах акбар!
Не жуй, Мохаммед, кат - наркоманом станешь!
Еще одна уникальная сомалийская национальная особенность, суть традиция - жевание ката.
Сомалийцы утверждают, что кат - это не наркотик, хотя, например, в соседней Саудовской Аравии за его употребление отрубают голову. Катофагии - регулярному жеванию ката, а отсюда - катовой интоксикации, или попросту катовой наркомании - подвержены все социальные слои населения Сомали.
Кат жуют генералы и офицеры генерального штаба сомалийской народной армии во время многодневных военных учений.
Без него не обходится ни один сомалийский дипломат в ходе затяжных переговоров.
Его употребляют скотоводы, перегоняя стада верблюдов на огромные расстояния до тысячи километров, по сто - каждые сутки.
Зелье помогает сомалийским сказителям ночи напролет читать по памяти былины местного эпоса.
Существуют разные виды ката - одни возбуждают физическую энергию, другие - умственную. Это зависит от места, где произрастают деревья. Цена на "снадобье" тоже разная, но пара пучков стоит дешевле, чем билет в кино…
* * *
Вечером на вилле богатого сомалийского скотопромышленника собираются друзья. Зажигается свет, нежно льющийся через витражи, расписанные народными умельцами, звучат магнитофонные записи сомалийских песен в исполнении национальных кумиров эстрады.
Посреди комнаты наваливают стог ката, как сено для коров, и расставляют термосы с горячим и очень сладким чаем (жевание ката вызывает горечь и повышенную сухость во рту).
Разлегшись на подушках, разбросанных на мягких, похожих на цветочные клумбы коврах, мужчины ведут неторопливую беседу и начинают жевать кат, запивая его чаем.
Откровенничают о мошеннических проделках при заключении сделок на поставку верблюдов и коровьих шкур в соседние страны, открывают тайны бракосочетаний, разводов, измен…
Листья и стебли ката зубами перетираются в порошок, который, смешавшись со слюной, превращается в комок. Это подобие жвачки языком заталкивают за щеку и держат в таком виде часа два-три. И опять чай, чай, чай и… неторопливая беседа, во время которой горьковатый сок всасывается кровеносными сосудами щеки и стенками желудка.
…Почувствовав прилив энергии, легкость в мыслях и движениях - катовый кайф - участники ритуального сборища переходят ко второй части программы.
В комнату запускаются обнаженные девицы - их количество зависит от размеров кошелька каждого члена клуба. Начинается групповой секс. Оргия продолжается до утра.
Адреналин в огромных количествах впрыскивается в кровеносные сосуды, сердце работает, как мотор танка, голова чистая и свободная от проблем и забот, эрекция длится бесконечно долго - пока есть кат. Даже после выброса семени член продолжает оставаться в боевом состоянии, поэтому за ночь - небывалое дело! - каждый мужчина, участник катовых посиделок, безо всякого напряжения по три-четыре раза удовлетворяет всех весталок, взятых напрокат.
Обжевавшись катом, сборище горит желанием свернуть горы, начать сотню дел, им кажется, что весь мир у них в кармане. В перерывах между половыми актами обсуждаются фантастические прожекты, принимаются самые смелые решения, которые живут в их воспаленном воображении, и погибают с наступлением рассвета…
* * *
- Ну, Тиночка, как тебе "зашивание девочек"?
- Варварство!
- Ну, а кат?
- У нас есть свой, русский кат…
- Вот так? И где же он растет?
- Он не растет - его делают… Водка - вот наш кат!
- Нет, милая моя, водка усыпляет и расслабляет, а сомалийский кат будит людей и подвигает к действиям. Хотя, по большей части, иллюзорным…
Глава седьмая
Преступные пути, которые мы выбираем
Из личного дела № 00000 агента Второго главка КГБ СССР "Распутиной"
Порвав с "черной братией", Валентина предаваться пороку не перестала, с еще большим остервенением меняла партнеров. И, хотя каждый из них верил, что она принадлежит только ему, но ошибались все - она не принадлежала никому, всех разом считая своей собственностью.
При всем том Валентина физически ощущала одиночество. Оно пронизывало все ее существование, заблудшая душа требовала любви. Валентина мечтала о забытьи, которое приносит взаимная привязанность, и готова была, как лиана ухватиться за ближайшее дерево…
Как-то вечером, проходя мимо Центрального дома литераторов, Валентина обратила внимание на- афишу у входной двери. Объявлен был спектакль "Собака на сене" в постановке Марка Захарова. Среди прочих известных артистов был и… Олег Видов!
Разыгравшееся воображение рисовало ей недавнего возлюбленного героем всевозможных приключений. Тут смешались и отрывочные воспоминания о чьих-то любовных романах из книг, и смутные представления о нынешней артистической жизни Олега. Она видела его то в окружении томных красавиц, штатных персонажей королевского двора, то соблазнителем главной героини. Все они неизменно влюблялись в него…
Нет-нет, она должна обязательно добыть билет на этот спектакль! Ей привиделось, как она сядет в первом ряду и будет в упор смотреть на Олега, а он, конечно же, не в силах вынести ее взгляда, смешается от стыда и покинет сцену. Она бросится за кулисы, возлюбленный сомнет ее в своих объятиях, и у них вновь возникнет и любовь, и будущее…
Погруженная в свои думы Валентина, застыв, стояла перед желтой афишей, как вдруг заметила, что двое молодых людей, вышедших из здания, с интересом ее рассматривают. Сообразила, что, глядя на афишу, плакала, будто ей привиделся страшный сон.
Она развернулась, чтобы уйти, но молодые люди, преградив дорогу, стали наперебой предлагать влиться в их компанию - в их распоряжении дача на всю ночь, да и вообще, не к лицу плакать и убиваться такой сексапильной женщине, пока не перевелись ценители ее внешних красот…
Грубая прямота, с которой все это было сказано, вернула Валентину к реальности. Она вновь ощутила себя провинциалкой, как восемь лет назад, когда впервые приехала в Москву.
Тогда, как и сейчас, ее останавливали на улице мужчины, предлагая весело провести время на даче. Странно, ее негодование обрушивалось не на предложение, нет! - на собственную застенчивость и неспособность найти слова для категоричного отказа. Тогда она, юная и неприступная, спокойно и гордо проходила мимо, всем своим видом демонстрируя бесповоротное отрицание скабрезных предложений.
Скольких молодых, и не очень, мужчин она познала, сколько перечувствовала с тех пор! Теперь же она представлялась себе такой ничтожной и неприкаянной…