Всего за 174.9 руб. Купить полную версию
Даже если отбросить непреложную истину, что никакая женщина не откажет мужчине, если видит в его глазах огонь любви, пусть даже он - вылитый Квазимодо, но ты ведь не такой, ты - красив, как языческий Бог! Так вот, в тебе есть еще две черты, импонирующие женщинам, - авантюризм и самоуверенность. Наверно, они - твои чисто индивидуальные качества…
Как бы там ни было, слабый пол любит опираться на мужчин, которые знают чего хотят, и, не обременяя себя сомнениями, напролом идут вперед.
Я терпеть не могла слюнтяев с собачьими глазами из ректората, деканата, которых раздирал внутренний вопрос: поцеловать сейчас или потом, хотя все заранее было ясно: ведь общение уже проплачено и польской косметикой, и обещаниями поставить зачет.
Ты делаешь все правильно. Если любовь - это сражение, так атакуй же… И ты атакуешь, да еще как! Ты подарил мне незабываемый праздник, ничего подобного у меня в жизни не было. Я хотела бы провести с тобой еще не одну ночь, я хотела бы вечно быть рабыней твоих желаний, и пусть Небу будет жарко, Богу - стыдно, а Дьяволу - завистно!
О, Артур!
Кстати, после первой ночи, проведенной с тобой в моей постели, я не меняла простыни целых три дня. Я целовала их, я закутывалась в них, я хотела пропитаться твоим ароматом!
Артур, ты обещал вернуться через три дня, но вот минули уже четыре - тебя все нет, а ты даже не звонишь… Мечтаю об одном: проснуться поутру, а лучше среди ночи, и найти тебя рядом, ведь запасной комплект ключей от квартиры я тебе дала!
Приходи же скорее, Артур! Я так хочу губами, языком, горлом ощутить твою несгибаемую плоть! Приходи, я жду!
Последние цветы
23 октября, суббота
У каждой красивой, жадной до жизни женщины бывает время распутства и время добродетели. Неразборчиво перепробовав множество кушаний, она наконец привыкает к какому-нибудь одному блюду, тем более что оно дает полное насыщение плотского аппетита. Так случилось и со мной.
Артур! Обретя тебя в качестве любовника и постоянного партнера, я плотно заколотила ставни и двери своего дома, дабы не дать проникнуть в наше с тобой гнездышко случайному сквозняку, который бы занес помимо моей воли любовный вирус. Оказалось, что я заботилась только о неприкосновенности своего сердца, забыв о твоей любвеобильности…
Вкусив твоих ласк, я под всякими предлогами стала уклоняться от встреч со своими содержателями. Тому способствовал и их отъезд в командировки на съемки в забытые Богом глухие уголки Советского Союза. Словом, эра добродетели и моего постоянства началась с твоим, Артур, появлением…
Небо нашей любви, казалось, было безоблачным. Ты уехал к родителям в Тбилиси, я - к Тане на дачу в Ивановскую область, как вдруг однажды мне так захотелось окунуться в атмосферу нашей взаимной страсти, что рано утром я взяла такси и примчалась оттуда, за 150 километров, к себе, нет! - к нам домой. Я надеялась, что твоя аура, которой ты наполнил мое жилище, поможет мне обрести душевный покой, даст силы перенести бремя разлуки с тобой.
Кроме того, я хотела показаться дерматологу, потому что у меня на теле появилась какая-то сыпь… Но главное, конечно, было в том, чтобы вдохнуть аромат нашего общего ковчега…
Боже мой, как я заблуждалась, какое разочарование ожидало меня! Едва я только открыла входную дверь, как почувствовала присутствие женщины в квартире.
Охваченная смутным предчувствием, я вбежала в комнату, которую мы называли нашей спальней.
До сих пор не могу разобраться в эмоциях, которые мною овладели, не могу понять, была ли я оглушена, потрясена, подавлена или разочарована. Помню только, что сердце мое бешено застучало, едва только я бросила взгляд на наше супружеское ложе. Я увидела на нем молодую красавицу, которая, совершенно нагая, спала с открытым ртом и рассыпанными по подушке роскошными черными волосами.
Я бросилась будить ее, но она спала бесчувственным сном пьяного человека, абсолютно недосягаемая в своем наркотическом забытьи. Я подумала, что ты должен быть где-то поблизости, и вихрем пронеслась по квартире, но тебя нигде не было. Возможно, к лучшему, ибо, окажись ты в тот момент рядом, было бы море крови!
Я обратила внимание на исключительную красоту лица и фигуры незнакомки. Да, только такие имеют право быть рядом с тобой.
Я заплакала, мне захотелось разодрать в кровь и клочья ее лик и нежное тело. Такого гнусного позора я еще никогда не испытывала! И кто виновник моего стыда?! Ты, мой Артур!!!
Твое предательство, разумеется, не было первым в моей жизни и, тем не менее, открыло мне совершенно неведомый мир подлости, который находится за пределами моего кругозора.
Моя самоуверенность, иллюзорная надежда на наше общее будущее разбились, как хрупкий бокал. Ты надломил меня, моя походка перестала быть легкой и беспечной, ты заставил меня споткнуться.
Я, избалованная сладкими булочками, которые мне подбрасывала жизнь, и тобой в том числе, получила вдруг свою черствую горбушку полынного хлеба жизни. Нескончаемый праздник ты вмиг уничтожил атомным взрывом вероломного предательства.
Ужасная символика: ты, Артур, выступил в роли Иуды, а я сейчас веду партию Понтия Пилата, своим воображением продолжая распинать мою к тебе любовь на кресте бытия.
Но у тебя взгляд и очарование Медузы Горгоны, - однажды заглянув тебе в лицо, я уже не в силах отвести глаз. Я проклинаю собственную опрометчивость, мысленно соединив свою жизнь только с тобой. Но…
Я сразу поняла смысл сна, который видела накануне, перед отъездом. Ужасный сон! Сейчас я думаю, не он ли подтолкнул меня примчаться из-за тридевяти земель домой?!
Мне приснилось, что я снова ребенок и играю в саду с большим белым плюшевым медведем, у которого твои, Артур, оливковые глаза, и он вдруг взрывается у меня в руках. Я с ужасом разглядываю наши - свое и медведя - разорванные на куски тела.
Появляется моя мама (как давно я не видела ее во сне!), вдевает в толстую цыганскую иглу грубую черную нитку и начинает методично пришивать наши руки и ноги к нашим торсам.
- Мамочка, - реву я навзрыд, - зачем ты взяла черную нитку - это же траурный цвет?! И потом, ведь все швы на наших телах будут видны, мы же не сможем никогда раздеться, даже друг перед другом!
- Не бойся, - ласково отвечает мама, - вам больше не придется раздеваться друг перед другом, а если и придется, то, как только вы срастетесь, я повыдергиваю нитки…
Я хватаю тебя, Артур, моего плюшевого мишку, и вдруг слышу, как трещат разрывающиеся швы. Наши тела распадаются на куски, и мы с тобой превращаемся в бесформенные груды…
Я проснулась в холодном поту…
Теперь, глядя на заблудшую в нашу постель красавицу, я вновь пережила весь кошмар того сна, но - странное дело! - гнев уступил место жалости к нам обеим, к самой себе и этой прекрасной незнакомке…
Я вновь попыталась разбудить мою постельную компаньонку, но ее глубоко обморочное состояние было непреходящим. Из приоткрытого ротика вылетали неприятные хрипы и зловоние алкогольного похмелья…
Постепенно ко мне вернулось спокойствие духа. Теперь я уже могла все анализировать холодно, без эмоций. Я поняла, что лживость мужчин - это не пустые утверждения психоаналитиков, что разрыв отношений между любящей женщиной и ее партнером происходит обычно вследствие обмана мужчины. Я вспомнила, что мужчина, как правило, бывает неверен, когда не находит в одной женщине полного собрания достоинств или достаточно увлекательных пороков… Но у нас с тобой, Артур, ведь было все! И я не обольщаюсь, заявляя это! Ну, скажи, чего тебе не хватало со мной? Ласки? Нежности? Орального или анального секса?!
Каждая минута казалась мне вечностью. Я больше не могла ненавидеть ту девушку, которая лежала в нашей с тобой, Артур, постели. Обычно люди состязаются: кто скорее успеет бросить камень. Я отказалась от этой мысли.
Девушка приоткрыла глаза и с изумлением посмотрела на меня. Мне показалось, что она инстинктивно взглядом ищет тебя. Через секунду я убедилась в этом.
Она приподняла голову и проговорила запинаясь:
- Артур… Э-э… Уй, черт…
Затем она закрыла глаза и стала тереть их кулаками. Наконец, с трудом приподнявшись, она удивленно спросила:
- Что это? Ты кто такая?
- Этот же вопрос я хотела задать тебе! - заорала я.
Мой крик вернул ей способность соображать.
- Я - невеста Артура! - девица стала бесцеремонно всей пятерней скрести свой заросший густыми волосами лобок.
- А я хозяйка этой квартиры и… жена Артура! - неожиданно для самой себя выпалила я. - Ты как здесь оказалась?!
- А-а, так это мы тебе обязаны своей болезнью…
В голосе незнакомки послышался вызов, но я сумела сдержать себя, чтобы прояснить ситуацию до конца.
- Рассказывай все без утайки, - сказала я примирительно и присела на край кровати. - Все, слышишь! Когда и где ты познакомилась с моим мужем, сколько раз спала в этой постели, что он тебе обещал, что говорил обо мне, где он сейчас, что за болезнь, в конце концов… Говори!
Она потянулась и, взяв с прикроватной тумбочки сигарету, закурила. Даже рискуя разбудить в себе чудовище ревности, я не могла не признать, что она была необычайно красива. Ее нельзя было назвать падшей, ибо едва ли ей хоть раз в жизни случалось подняться. Она была дикарка. Она знала, что солнце всходит на востоке, а садится на западе, что огонь горячий, а лед холодный, но она не знала, что неприлично курить, лежа в чужой постели…
- Я одно тебе скажу, - выпустив огромное кольцо дыма, сказала прекрасная одалиска, - Артур снял для меня эту квартиру на время, пока мы с ним не вылечимся от сифилиса, которым… если ты его жена, ты нас и наградила! Поняла, стерва?!