Девушка, словно тряпичная кукла, повисла в темноте. У нее не было сил пошевелиться, и не было сил подтянуться вверх.
***
Дэнни начинал терять веру в себя. Уже добрых полчаса, сидя на корточках, юноша возился в фургоне с аппаратурой. И каков результат? Он ни на йоту не продвинулся вперед с тех пор, как его ухо уловило в фоновом шуме сигнал передатчика.
– Ну же, друзья! Выдайте мне хоть что-нибудь! – Юноша для острастки – нечего тут дурака валять – звонко шлепнул ладонью по прибору, и тут же его стали мучить угрызения совести:
– Прости, приятель, прости, – приговаривал Дэнни, нежно гладя поверхность ящика, начиненного проводами и электронными платами. С ума сойти. В том доме находится один из передатчиков. Но который? Тот, что лежит в мешочке с бриллиантами, или тот, что на Мэдди? Лишь после разговора с Алексом он с полным основанием смог бы утверждать, что его друзья в том особняке. И вот уже больше получаса Дэнни безуспешно бьется, пытаясь наладить связь с другом.
Передающее и принимающие устройства находятся в зоне слышимости, но сплошной рев заглушает все звуки в эфире. С равным успехом можно пытаться уловить тихий голос в шуме толпы.
Юноша поправил наушники и, закрыв глаза, с головой погрузился в эфир. Его пальцы уверенно бегали по цифровым клавишам и крутили регуляторы шума.
– Алекс? – в тысячный раз позвал он. – Алекс? Ты меня слышишь?
В эфире раздавался только треск и рев. Он напряг слух.
В ответ ни слова.
Юноша, злой как черт, откинулся назад. Как же ему хочется двинуть ногой по этому электронному хламу. До чего ж будет приятно видеть, как вся эта рухлядь станет шипеть и потрескивать. И тут вдруг его осенило.
– Идиот, – прошептал он. – Дэнни, а ты ведь безмозглый дурак.
Юноша принялся выключать тумблеры и выдергивать провода из гнезд. "Вот, пожалуй, – подумал он, – и решение".
Высокотехнологичная электроника вбирала в себя весь шум, накапливала и усиливала его. Возможно, если отключить все приборы, ему удастся связаться по сотовому телефону Непременно стоит попробовать.
***
Алекс лежал в полном мраке. У него по-прежнему, после удара пистолетом в вертолете, раскалывалась голова. Когда он закрывал глаза, под веками вспыхивали дрожащие красные огоньки. Верзила приголубил его дважды: кулаком в живот и вмазал по рту тыльной стороной ладони. Эти "ласки" служили своего рода предостережением, наглядным примером того, что ожидает его, если он не будет паинькой. Юноша понимал, что в следующий раз ему так легко не отделаться.
Из порезанной о зубы губы сочилась кровь. Серая лента со страшной силой стягивала его запястья, он даже не чувствовал пальцев. Лодыжки ему обмотали тонкой цепочкой, а саму цепочку закрепили на спинке кровати на висячий замок. Его утешало только, что мерзавцы не обнаружили ни крошечный микрофон, ни передатчик. Но до Дэнни бог весть сколько миль – никакой сигнал и в три дня не домчит.
С трудом он сможет приподняться и сесть, может перекатиться с одного бока на другой, или просто лежать, уставившись в потолок, одолеваемый черными мыслями.
Юноша, потеряв всякую надежду, совершенно пал духом. Алекс возлагал вину за уже происшедшее и за то, что последует в дальнейшем лишь на себя. Ему ни за что не следовало брать Мэдди с собой в Хитроу. На него словно затмение нашло. Опасное, дурацкое и безумное затмение.
Однако юноша был занят не только самобичеванием. Наступающий день сулил им мало хорошего. Завтра, нет, уже сегодня приедет Эдди Стоун. Брайсон на этот счет ни словом не обмолвился, зато верзила распустил язык.
– Утром явится мистер Стоун, – сказал он, стягивая ему лодыжки цепочкой, – так что веди себя примерно. – Задержавшись на мгновение, бандит защелкнул замок и посмотрел Алексу в лицо: – Мистер Стоун не такой добряк, как я.
Брайсон и женщина, насколько юноша мог судить, были все также убеждены, что в их сети попались Генри Дин и Грейс О'Коннор. Этим известием они и встретят приехавшего Эдди Стоуна. У того нет причин не верить им. Однако их обольстительный обман продлится недолго. Стоун не выдержит и свяжется с Патриком О'Коннором. Он сообщит, что его дочь в их руках. Вот тут-то и откроется обман.
О'Коннор естественно потребует предъявить доказательства, что Грейс действительно у них. Возможно, скажет, чтобы отправили по электронной почте цифровой снимок, или попросит подозвать ее к телефону. В общем, придумает нечто такое, после чего у него должны будут отпасть всякие сомнения.
С Мэдди будет сорвана маска.
Что же последует дальше?
Эдди Стоун, вероятно, немедленно пожелает узнать, кто же на самом деле оказался в их сетях. У Алекса кровь застыла в жилах при мысли, к каким методам прибегнет Стоун, выпытывая у них всю подноготную.
А что, если ему станет известно, кто такая Мэдди? Что предпримет сын Майкла Стоуна, узнав, что пленница Брайсона – дочь Джека Купера?
Юноша, извиваясь всем телом, тщетно пытался сбросить с себя путы. Цепочка впилась ему в лодыжки, но он не обращал внимания на боль. Алекс попробовал порвать стягивавшую запястья ленту, но куда там.
Вдруг за окном послышался какой-то шум, и он от неожиданности замер. Странный звук, совсем рядом. Будто кто-то карабкается вверх, а потом снова соскальзывает вниз, словно за окном скребется человек или какое-то животное.
С трудом усевшись в кровати, юноша посмотрел на черную портьеру.
Ему показалось, будто за окном раздался тяжелый вздох. Впрочем, быть может, это всего лишь порыв ветра ударил о стекло.
Послышалось царапанье, будто какой-то зверь возится у стены. Затем опять все смолкло.
Глава пятнадцатая
Несколько мгновений он напряженно вслушивался в тишину.
Гробовое молчание.
И вдруг Алекс услышал совершенно другой звук. Кто-то скребся по деревянной раме, стараясь отворить окно.
Слишком многое выпало на долю Мэдди, и потому сейчас у нее нет права сорваться вниз. В них стреляли, она лишилась мамы, долгие месяцы ее душу терзали боль и отчаяние. Затем в ней вновь воскресла надежда, и она задалась целью поступить на службу в УПР. Она не допустит, чтобы после перенесенных страданий ее чаяния однажды ночью разбились о холодные каменные плиты.
Девушку спасла сила воли. Ей чудом удалось собраться с силами и постепенно подтянуться на руках вверх. Какая страшная боль! Мэдди занесла колено на карниз и оперлась локтем о подоконник. Несколько секунд девушка потратила, чтобы передохнуть, пытаясь перевести дух и справиться с головокружением.
Подтянувшись, Мэдди вновь встала ногами на карниз. Здесь хотя бы не так опасно. Выпиравший подоконник давил на девушку, словно старался столкнуть ее. Холодное на ощупь стекло обжигало ладони.
Если окно заперто, то она напрасно подвергала себя опасности. Мэдди прикоснулась пальцами к подъемной раме и потащила ее вверх. Окно со скрипом приподнялось на несколько сантиметров.
Девушка облегченно вздохнула всей грудью. Просунув пальцы под раму, она подняла ее. Шторы вздулись, и она, наклонившись вперед, опрокинулась во мрак комнаты.
– Мэдди? – донесся из тьмы резкий голос Алекса.
– Да, да, – тяжело отдуваясь, пробормотала Мэдди. Освободившись от свешивающихся штор, она кое-как поднялась на ватных ногах с пола и увидела сидящего на кровати Алекса. Неверной походкой девушка заковыляла вперед: – Я пробралась по… – тут у нее перехватило дыхание, – …там есть выступ… чуть не упала…
– Ты как? – первым делом спросил юноша. – Тебя не били?
– Нет. Ты-то как?
– Бывало и хуже. Мэдди, послушай меня, тебе надо выбираться отсюда. Если им станет известно, кто ты…
– Без тебя я никуда. – Мэдди присела на постель. – Мы выйдем отсюда вместе. – она принялась распутывать ленту на его запястьях. Безжалостная, вызывающая улыбка на краткий миг озарила ее лицо: – Я спасаю тебя, – промолвила девушка, освободив ему руки. – Мы выберемся, как-нибудь.
Юноша потер вместе затекшие руки, и кровь вновь заструилась по жилам. Наклонившись, он стал впотьмах ощупывать цепочку на ногах.
– Мне нужен свет, – промолвила она. – Я не вижу, что делаю.
– Нет, – возразил Алекс, – свет включать нельзя. Его могут заметить.
Пальцы Мэдди наткнулись на тяжелый амбарный замок.
– Мне его не отпереть, – проговорила девушка. – Надо чем-то перекусить цепочку.
– Дома в костюме у меня остались кусачки, – ответил юноша.
Мэдди посмотрела на него.
– Я уж и не знаю, как помочь тебе. – В темноте она огляделась по сторонам, словно надеясь обнаружить здесь забытый кем-нибудь резак.
– Слушай, Мэдди, – начал было Алекс, – оставь. Я хочу, чтобы ты… – и вдруг замолк. В его ухе неожиданно раздался слабый голос.
– Алекс? Ты меня слышишь? Услышь же, черт подери!
– Дэнни?!
– Алекс! – донесся из крошечного наушника безумный вопль радости. – Ох, приятель! Ты и не представляешь, сколько я пытаюсь связаться с тобой. Что за чертовщина там у вас творится, Алекс? Мэдди с тобой?
Девушка уставилась на юношу, не шевелясь и не веря собственным ушам.
Алекс поглядел на нее.
– Да, она тут, рядом со мной. С ней ничего не случилось. С нами обоими ничего не случилось.
– Когда вы улетели на вертолете, – волнуясь, проговорил Дэнни, – я, ребята, думал, что больше никогда не увижу вас. Меня постоянно донимала мысль, как же я сумею объяснить происшедшее суперинтенданту? Вы, ребята, до смерти напугали меня!
– Слушай, Дэнни, – промолвил Алекс. – Мы под замком. Не знаю, какие задумки у них насчет нас, но…