- Да что тут разглашать?! - Она потрясла листком в воздухе. - Ну, заявил Андрей Титов, что фирма "Дом" - плохая и нечестная контора, где выманивают деньги. Кстати, без всяких подробностей. И вообще он согласился на интервью только с тем условием, что я дам именно эту информацию. Иначе не стал бы со мной разговаривать. Не знаю. - Она бросила листок на стол. - В сложившихся обстоятельствах я расцениваю это условие как последнюю волю покойного.
- В интересах следствия! - грозно напомнил Борисыч и хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. - Все. Вопрос решен. - Но, глядя на ее надутую физиономию, неожиданно смягчился:
- Понимаю, что для тебя это очень важно, Аленка.
Закончится следствие, что-нибудь придумаем с этим абзацем.
* * *
Странно, но, несмотря на заверения Бунина, Вадим не спешил появляться.
А она почему-то поверила Косте и даже вполне серьезно начала ждать. После того как вдвоем с Буниным они со всех сторон обсудили скорбную новость о гибели Андрея Титова, она совершенно неблагодарно выставила его вон. Всю ночь проворочалась с боку на бок, планируя, как встретит Терещенко, что ему скажет, какой тон задать разговору, стоит ли, как прежде, язвить или лучше принять вид отстраненной грусти. Вообще-то Алена никогда раньше не попадала в положение обидчицы, а тем более "коварной изменщицы" - такое с ней случилось впервые, поэтому она понятия не имела, как следует поступать при встрече с "несчастной жертвой своих интриг". Наконец к пяти утра она пришла к выводу, что сделает вид, будто ничегошеньки не случилось (или, по крайней мере, ничего криминального она не помнит). Авось Вадим воодушевится ее радушным приемом и решит, что раз уж она не считает преступлением побег с Буниным из театра, то и ему не пристало. Перед тем как выйти из дома в редакцию, Алена навела чуть ли не вечерний марафет, ей почему-то казалось, что следователь явится именно в офис "Оберега", что сразу домой он к ней не пойдет, а предпочтет первую встречу провести в более или менее официальной обстановке. Во всяком случае, поставив себя на его место, она пришла к мнению, что поступила бы именно так. Войдя в редакцию, она сразу же принялась ждать. Но тут ее постигло разочарование - Вадим не появился. Даже не позвонил, хотя скорее всего информация о том, что именно она последней из журналистов говорила с Титовым, уже распространилась по Москве. Ведь те, кто хотел знать, уже успели попросить Борисыча не печатать в статье злосчастный абзац про некую фирму "Дом" в интересах следствия. Другими словами, следствие уже ведется, и его кто-то ведет. К середине дня Алена решила узнать подробности. Она позвонила тетке в театр.
- Следствие? - Скорее всего на другом конце провода родственница округлила глаза. - Ничего не знаю. По крайней мере, Горыныч мне не рассказывал.
Конечно же, в таких случаях положено выяснить все обстоятельства, - авторитетно заявила она, словно работала не в костюмерной театра, а на Петровке, - но открывать дело… Похоже, следствие тут не предвидится - и так все ясно: превысил скорость, не справился с управлением. Я всегда говорила, машина - средство быстрейшего передвижения к могиле!
Алена вздохнула, собрала волю в кулак и наконец, покраснев до корней волос, выдавила из себя вопрос, который не решалась задать со времени злосчастной премьеры "Гамлета":
- А о Терещенко тебе ничего не известно?
- Надеешься, что вести следствие поручат именно ему?
Алена поняла, что тетка усмехнулась, и покраснела еще больше.
- Что касается Вадима, - слишком спокойно продолжила та, будто бы вела беседу о ком-то постороннем, представляющем малый интерес для них обеих, - Горыныч еще в мае обмолвился, что Терещенко ловит какую-то банду в Рязанской области. Вроде бы он до сих пор там…
- Да что он ее не поймал-то до сих пор! - праведно возмутилась Алена. - Подумаешь, какое важное дело! Тут телезвезда гибнет при неясных обстоятельствах…
- Да почему при неясных?
- Потому что мне… - Она хотела рассказать о неприятном разговоре с Борисычем, но вовремя сообразила, что вещать на всю редакцию о таких вещах не стоит. - Словом, мне кажется, что обстоятельства гибели Титова не так уж прозрачны.
- Ну разумеется! - не поверила родственница. - Знаю я эти обстоятельства: кое-кто нашкодил в свое время, а теперь ищет предлог для встречи. Лично я на твоем месте просто позвонила бы Вадиму, а не выдумывала всякие там "обстоятельства". Если тебе хочется его увидеть, то сделай это обычным женским способом, а не встревай в новое расследование. Вот тебе мой совет!
- Кто бы говорил! - нетактично возразила племянница. - Может быть, напомнить, при каких обстоятельствах ты снова встретилась со своим разлюбезным Горынычем? Ведь если бы не убийство Журавлева, ты ни за что не попыталась бы отыскать свою первую любовь!
- Ну, в таком случае тебе, так же как мне, придется подождать лет двадцать, пока судьба снова сведет вас, - довольно жестоко ответила тетка Тая.
- Но я сильно подозреваю, что Вадим не станет ждать тебя столько. Так что поспеши, если еще не опоздала…
- Что ты имеешь в виду?! - Руки у нее в этот момент дрогнули, и Алена вцепилась в телефонную трубку, чтобы не уронить ее на пол.
- Ну, до меня доходит кое-какая информация… будто бы Терещенко начал с кем-то встречаться…
- В Рязанской области?
- Девушка - криминалист. Очень толковая, - злорадно продолжала тетка. - Наверное, они вместе отправились в командировку.
- Наверное, вроде бы, - проворчала Алена, понимая, что от отчаяния готова разрыдаться прямо здесь, на глазах у десятка коллег. - Что ты мне выдаешь непроверенную информацию!
- А я тебе не ТАСС. Хочешь выяснить подробности, позвони ему сама.
- Ну да! И слопай свое женское достоинство с солью!
- Не понимаю, что тебе нужно. Желаешь издалека наблюдать за его жизнью?
- Тетка явно не была расположена к сочувствию.
Это Алену злило - ну что толку читать ей нотации за былые ошибки, когда она в столь отчаянном положении?! Порядочные родственницы так себя не ведут!
- Я хотела фейерверка, хотела, чтобы душа пела, словом, чтобы влюбиться без памяти! А получилось как всегда, - грустно призналась она, забыв о том, что диалог ведет из офиса, где полно посторонних ушей.
- Так чего же ты теперь переживаешь? Если все равно не вышло? - удивилась тетка Тая.
- Как же ты не поймешь?! - вскричала Алена. - Потому что теперь мне очень плохо. Не могу я объяснить, но…
Она замялась.
- Тогда перечитай бессмертное творение Лопе де Вега "Собака на сене", - холодно посоветовала тетка и добавила:
- Тебе хочется, чтобы мужик бегал за тобой, как щенок, а ты бы пинала его ногами. А когда он отбегает в сторону, ты кричишь "Ко мне!" и удивляешься, почему он не выполняет такой простой команды.
Я тебе скажу почему - потому что мужчина не щенок. Он человек. Попробуй это понять.
- Да знаешь что!.. - Алена в сердцах хлопнула трубку на рычаг и, закрыв глаза, глубоко вздохнула.
Она пыталась успокоиться, хотя какое тут, к черту, успокоение. Тетка Тая права, она относилась к Терещенко именно так, может быть, не воспринимала его как щенка, но вела себя с ним совершенно по-идиотски: захотела - приласкала, захотела - оттолкнула, а теперь снова желает приласкать. Только будет ли он теперь преданно заглядывать ей в глаза?
- Прости, пожалуйста, - прозвучал за спиной до омерзения вкрадчивый голос зама Борисыча Вари, - к тебе тут пришли.
Алена резко обернулась и остолбенела - в трех шагах от нее переминался с ноги на ногу Вадим Терещенко. Выглядел он сконфуженным, и это свидетельствовало о том, что он слышал большую часть ее телефонной перебранки.
"Интересно, насколько большую?" - успела подумать она, прежде чем почувствовала, как щеки налились горячей кровью.
- Ну, я вас, пожалуй, оставлю, - по обыкновению, высокомерно сообщила Варя и, кинув на Алену неодобрительный взгляд, отчалила в направлении своего стола.
Терещенко же начал подозрительно мерзко ухмыляться. От этого Алена окончательно растерялась и, как всегда бывало в моменты ее наивысшей растерянности, тут же разозлилась.
- И как долго ты стоял за моей спиной? - сквозь зубы осведомилась она.
- Достаточно долго. - Он наградил ее нахальной улыбкой. - Впрочем, это не так важно.
- Не так важно?! По-твоему, стоять и подслушивать - пустяковое дельце?!
Хороша же наша милиция! - Она задохнулась от возмущения.
Но Вадим не отреагировал на ее выпады, он даже глаз не опустил - стоял, пялился на нее совершенно спокойно, еще и улыбался.
Это обстоятельство вывело Алену из себя окончательно. Она потеряла самообладание и заорала так, что все присутствующие застыли в шоке средней и крайней тяжести.
- Если ты думаешь, что я переживаю по поводу нашего расставания, то сильно заблуждаешься! - гневно выпалила она. - Даже не надейся, что я повалюсь тебе в ноги и начну заунывно вымаливать прощение. У меня, чтоб ты знал, все складывается очень даже замечательно…
Она оборвала свою пламенную речь на полуслове. Что-то шло не так - Терещенко по-прежнему улыбался, теперь еще и покачиваясь взад-вперед. Кроме наглого удовольствия, на его физиономии больше ничего не читалось. Редакция погрузилась в выжидательную паузу.
- Может, выйдем на улицу? - наконец предложил он и жестом указал на дверь.
- Я на работе. - Алена резко отвернулась от него. От сверлящих взглядов десятков глаз у нее вполне ощутимо зачесалась спина. "Какая же я дура!" - обругала она себя.
- Аркадий Борисович любезно согласился тебя отпустить, - весело сообщил Вадим.