Щелоков Александр Александрович - Героиновые пули стр 12.

- Лично я поймаю - убью. - Было видно - Крячкина задело, и он сам впервые преступил в мыслях через ту черту красных флажков, которыми для него обложили границу, разделявшую дозволенное и запретное. - Кто убил мента - тому жить нельзя…

- А нас, быдло, значится, можно мочить без возмездия?

- Сажают их, - неуверенно возразил Крячкин.

- Не на кол же, хотя надо бы…

Голос Алексея прозвучал мрачно с той твердостью, как звучал в день, когда была произнесена фраза: "Теперь, абрек, тебе новые зубы потребуются".

* * *

Банька, которую Богданов обещал Грибову, оказалась настоящей русской каменкой. Рубленая избушка, почерневшая от времени, стояла на берегу Проньки. Низкий потолок. Очаг с вмазанным в него казаном. Раскаленные камни в очаге. Кипяток в котле. Холодная вода в сорокаведёрной бочке. Деревянный полок вдоль глухой стены. Распаренные веники в шайке с горячей водой…

Они разделись на улице, сложили одежду на лавку возле двери.

- Готов? - Богданов хлопнул Грибова по мягкой влажной спине. - Тогда с богом.

Они вошли в баньку и Богданов плотно прикрыл дверь.

- Начнем помалу. - Богданов взял деревянный ковшик, зачерпнул из казана воды и плеснул на раскаленные камни. Облако пара поднялось вверх, заполняя пространство баньки. Второй, третий ковшик и помещение затянула сизая мгла, влажная и жаркая.

- Для начала неплохо, - сказал Богданов. - Будем подбавлять парок мало-помалу. Пусть откроются поры.

Он что-то плеснул на камни, и воздух наполнился острым ароматом, который Грибов не сразу сумел узнать.

- Что это?

- Эвкалиптовое масло. Для естественной ингаляции. Или у тебя аллергия? Тогда прости…

- Нет, все нормально.

Грибов уже ощутил как тело наполняет блаженная расслабленность. Он сел на полок.

- Ложись, ложись, я тебя слегка похлещу. - Богданов вынул из шайки веник и взмахнул им в воздухе. Грибов ощутил обжигающее дыхание пара, приятно опалившее спину. Он покряхтел и улегся на живот, растянувшись во весь рост на широком полке.

Богданов взмахнул веником и для начала совсем легонько, ласкающе прошелся прутьями по потному телу.

- Держись, Владимир Семенович, сейчас начну. В бане я как есть беспощадный.

- Не запорешь?

- Зачем? Я пригласил тебя сюда, чтобы предложить сотрудничество и вдруг такое… Как ты на такое смотришь?

- Предлагаешь роль осведомителя?

- Господи, придет же такая блажь человеку в голову! Тебя в любое время и совсем недорого продадут другие. Я хотел бы сам войти в Систему…

Богданов сказал это так просто и буднично, что Грибов не сразу понял, как воспринять его предложение. Он хотел переспросить, но Богданов жестом остановил его.

- Все вопросы потом. Сейчас я изложу собственное видение проблемы…

Грибов поджал губы и кивнул, соглашаясь.

- Обрати внимание: я предельно откровенен. Спросишь почему? Повторю ещё раз: все продумано до мелочей. Систему я прихлопну. Еще до того, как мы оба вернемся в Москву.

- За чем же встало дело? - Грибов чувствовал в словах Богданова нотки наигранности. И в самом деле, если он способен прихлопнуть Систему, зачем об этом рассказывать? Обычно делается иначе: неожиданный удар, потом уже дружеская беседа в форме допроса под протокол. - Если все так просто, к чему столько сложностей - приглашение, уха, банька?

- Вот! - Богданов оживился, довольный догадкой собеседника. - В этом все и заключено. Мне нужна инфраструктура Системы. Хотя в таком виде, в каком она сейчас находится, все это требует обновления.

- Что тебе в ней не нравится?

- Примитивизм, кустарщина. Серьезный долгосрочный бизнес на таком уровне сегодня вести нельзя.

- Какие условия?

- Первое - я вхожу в руководство синдиката. Второе, Система подвергается коренной реорганизации. Третье… Причем, это не условие, а следствие. О нем я уже упомянул: в случае отказа принять мои условия, мы - я имею в виду свою службу - ликвидируем Систему.

- Круто.

Грибов помрачнел, насупил брови. Он видел холодные спокойные глаза Богданова и понял - полковник не шутит. Он хорошо продумал свое предложение, у него в руках материалы, которые позволяют привести в исполнение угрозу быстро и решительно. И то, что его, именно его, а не кого-нибудь другого Богданов пригласил его к себе в Ширяево, свидетельствовало о серьезности намерений.

- Такие вещи, Владимир Семенович, только круто и делаются. Государство должно бороться с преступностью решительно и последовательно. Или ты считаешь иначе?

Грибов не нашелся что ответить. Цинизм, с которым Богданов говорил о том, что должно делать государство и что собирается делать он сам, потрясал своей откровенностью.

О полковнике Грибов имел достаточно точное представление. Служба безопасности Системы собирала и систематизировала любые сведения о тех, кто противостоял ей, возглавляя борьбу с наркобизнесом на уровне государства и регионов. Судя по имевшимся материалам, Богданов был человеком сухим и ничем, кроме службы, не увлекался. Подчиненные высоко ценили способности строгого шефа и побаивались его чрезмерной требовательности. Самые точные сообщения подтверждали, что Богданов не берет подношений - кремень мужик. И вот такое предложение…

В том, что это не прикол, не розыгрыш и не подстава Грибов не сомневался.

- Андрей Васильевич, это все так неожиданно…

- Время такое, Грибов. Обстановка меняется мгновенно. Ее надо тут же оценивать и принимать решения.

- Почему ты решил сделать это предложение мне, а не кому - либо другому из членов руководства?

- Не заставляй меня говорить комплименты. Ты и сами знаешь, что все остальные твои соратники не способны жить в ногу со временем. Они довольствуются достигнутым, им хватает того, что у них уже есть сейчас. Они торопятся коллекционировать ощущения. Тепломорские круизы, отдых в Испании, на Кипре, сафари в Африке, все это хорошо, но этого крайне мало. Для того, чтобы быть уверенным в будущем, надо упорно работать. Твердое положение в бизнесе обеспечивает только постоянно растущий капитал. Если удовлетворяться тем, что удалось заработать сейчас, то завтра тебя обгонят другие, и ты со своими деньгами потеряешь все, чего добился. Обрати внимание, уже начался крутой передел собственности и власти. На первом этапе разграбления государственных богатств многое удалось захватить мелким, но очень подвижным хищникам. У них был большой аппетит, но оказалось мало сил, чтобы удержать крупную добычу. Сегодня более сильные забирают её у слабых. Это процесс естественный и неизбежный. Крупные банки пожирают мелкие. Большие деньги стараются стать ещё большими. В сфере наркобизнеса идет внутренняя борьба за монополизацию рынка. Система, по моим наблюдениям, начинает в чем-то уступать другим. Это может плохо кончиться…

Не прерывая разговора, Богданов яростно работал веником. Периодически он опускал его и поддавал жару, плеская на камни новые порции кипятка. В какой-то момент Грибов не выдержал экзекуции.

- Хватит! - Закричал он во весь голос. - С меня шкура сойдет чулком! Хватит!

Богданов опустил веник.

- Это вас, уважаемый, не парок, а мои оценки достали. Разве не так?

Грибов сел на полке. Потер ладонями грудь, сгоняя с кожи катышки жира. Вздохнул глубоко.

- Если честно, я давно чувствую проблемы, о которых ты только что говорил. Но…

- "Но" я предлагаю тебе устранить при моем участии. Принимаешь условия?

- Надо подумать.

- Надо, но на решение я не даю времени.

- Мне поднять руки и сдаться? Так что ли?

- Капитуляция от тебя не требуется. Наше сотрудничество будет равноправным. Ты и я. И ещё твой брат…

- О нем ты тоже знаешь?

- Грибов! Я готовился к встрече с серьезным человеком…

- Уже понял. Позвольте теперь мне отстегать тебя?

- С удовольствием, если это станет знаком принятия предложения о партнерстве.

- Считай, что так.

Пока Грибов брал новый веник из шайки, Богданов лег на полок.

- Да, скажу сразу: реорганизация потребует проститься с некоторыми из тех, к кому ты привык. Сделать это будет непросто - все же речь идет о партнерах по бизнесу. Я это понимаю, но все равно настаиваю на хирургических мерах… Лишние звенья надо отрезать. С мясом.

- Что значит "лишние звенья"?

- У Системы раздуто высшее руководство.

- Оно сложилось в таком составе по простой причине. Эти люди финансировали первоначальные операции.

- Не спорю, но теперь они не нужны.

- Кто конкретно?

Задавая вопрос, Грибов ко всему надеялся, что ответ позволит проверить насколько точно Богданов осведомлен об "узком круге".

- Хорошо. Начну с Марусича…

- Марусича я не отдам. Это мой старый друг и надежный партнер.

- Ладно, оставим. Что скажешь о Чепурном?

- Чепурного не отдаст брат.

- Родство или что-то другое?

- Жек воевал на Афгане. Чепурной был у него комбатом. Короче, боевое братство плюс нынешний бизнес. Чепурной внес в него свою долю.

Богданов понимающе мотнул головой.

- Ничего не попишешь. Боевое братство - святое дело. Что скажешь о Проклове?

Грибов задумался.

- Ты думай, но веником работай, - дал совет Богданов, - нельзя же человека морозить…

- О Проклове я подумаю.

- Как это понять?

- У меня есть право посоветоваться с Жеком?

- Да, конечно.

- Спасибо.