Аннабелла получала удовольствие от бесконечных вечеров, балов и концертов. Она научилась делать понимающий вид, когда говорили о неизвестных ей вещах, и быстро переводила беседу на безопасные темы. Ей постоянно приходилось проявлять сообразительность, и это придавало особую пикантность ее светской жизни. Иначе, лишенная словесных перепалок с Джайлсом, она могла заскучать от столь легкомысленного времяпрепровождения.
Глава шестая
Аннабеллу начала беспокоить продолжительность ее пребывания в Лондоне, и она сказала об этом леди Ордуэй.
- Господи, Анна! Неужели ты здесь уже так долго? Как летит время!
- Мне приятно это слышать, тетя Лаура. Значит, вы лучше себя чувствуете и жизнь доставляет вам удовольствие.
- Разумеется! Мне давно не было так хорошо. Ты и Джайлс очень добрые, а мои прежние друзья с радостью встречают меня. Но ты, наверное, тоскуешь по Темперли?
- Да нет… но не могу же я навсегда остаться Розой. Уверена, что вам это скоро надоест.
- Я скучаю по Розе, это так, но и по тебе я тоже буду скучать!
Аннабелла рассмеялась:
- Жить с нами обеими вам не удастся. Папе это не понравится, а представляете, что скажут в свете? Все решат, что у них двоится в глазах!
- Действительно! - Леди Ордуэй присоединилась к смеху Аннабеллы, но через несколько минут обе посерьезнели. - Анна, пока я не знаю, каким образом вам с Розой поменяться местами. Если ты станешь настаивать на поездке в Темперли, Джайлс сразу заподозрит неладное.
- Понимаю. Но даже если это произойдет, то я предвижу трудности для Розы. Хотя мне было нелегко занять ее место, у меня имелось одно преимущество: она редко выезжала в свет и там успели забыть, как она разговаривает и держится. Но за последние недели в обществе часто видели меня, и теперь намного труднее кого-нибудь обмануть.
- Особенно Джайлса.
- Да. В общем, боюсь, что это окажется невозможным. Он такой… проницательный. Рано или поздно одной из нас придется ему во всем признаться.
Леди Ордуэй вздохнула:
- Ох, милая, я всего этого не предвидела…
- Я тоже, - уныло согласилась Аннабелла. - Но во всем виноват Джайлс. Если бы он уехал во Францию, как обещал! А он развлекает здесь пол-Европы.
- Мне казалось, что ты получаешь от этого удовольствие…
- Да! Мне нравится жить в Лондоне.
- А Розе, судя по всему, по душе Темперли… Может, ей захочется еще там задержаться? Некий мистер Уинболт…
- Филип Уинболт? Она с ним познакомилась?
- Да. Я сегодня получила письмо. Конечно, она не может многого сообщить, но я поняла, что он произвел на нее благоприятное впечатление. Ты его знаешь, Анна?
- Знаю. Ну и ну! Розабелла и мистер Уинболт…
- Тебе он нравится? Как ты полагаешь, они с Розабеллой подходят друг другу?
- Я нахожу его чересчур заботливым. Он считает всех знакомых женщин нежными созданиями, нуждающимися в его защите и помощи. Представляете, каково мне было это переносить после стольких лет самостоятельного управления Темперли! Но Розабелла другая. А знаете, тетя Лаура, я склонна думать, что они - идеальная пара! Если Розабелле он нравится, то это был бы замечательный брак. Миссис Телуэлл считает его весьма выгодным женихом.
- А она никогда не ошибается!
- А как вы отнеслись бы…
- Догадываюсь, о чем ты. Мой бедный Стивен… Но теперь-то я поняла, что Розабелла была слишком юная, когда выходила за него. Я убедила ее вступить с ним в брак, думая, что он изменится.
- Изменится? Как?
У леди Ордуэй задрожали губы, и она покачала головой.
- Чтобы он стал… Нет, Анна, я не могу тебе этого сказать. Хотя я очень любила Розу, но я же чуть не загубила ей жизнь. Если она найдет счастье с кем-нибудь еще… с тем, кто будет любить ее, как она того заслуживает, я стану самой счастливой женщиной в Лондоне.
Спустя несколько дней леди Ордуэй вернулась после прогулки с приятным сообщением:
- Анна! Наша проблема решена! Я только что разговаривала с миссис Арбатнот. Она хвалит воды в Бате. Они ей очень помогли.
- И что?
- Мы поедем туда! Джайлс собирался в конце сезона в свои поместья на севере, и я уверена, что смогу его убедить отвезти нас в Бат. А Батская дорога всего в нескольких милях от Темперли.
- Но если мы остановимся в Темперли, то Джайлс увидит Розабеллу и сразу сообразит, что к чему. Ничего не получится, тетя Лаура.
- Погоди! Я не поеду с Джайлсом в Темперли. У меня в Рединге живут хорошие знакомые, с которыми я не виделась несколько лет. Мы остановимся у них, а ты…
- Нанесу визит в Темперли под предлогом встречи с отцом. Поняла!
- Через день-другой Роза присоединится к нам с Джайлсом в Рединге, и мы втроем отправимся в Бат! - Леди Ордуэй выглядела очень довольной собой. - Правда, удачный план?
- Замечательный! Это значит, что возвращение Розы в Лондон отложится и общество успеет меня забыть. Но как вы объясните свое нежелание заехать в Темперли вместе со мной? Дом ведь большой.
- Твой отец болен, мы не можем навязывать ему себя.
- Хорошо. А вы сумеете убедить Джайлса отвезти вас в Бат?
- Уверена, что да. Он добрый. Главное - застать его дома, чтобы все обсудить. Он в последнее время часто отсутствует.
Аннабелла тоже это заметила. О причине она догадывалась. Отвратительный, самодовольный человек! Неужели он не понял, как сильно она сожалеет о минутной слабости, проявленной ею в парке? И неужели ему не ясно, что это больше не повторится?
Ночью, лежа в постели, Аннабелла спрашивала себя, почему она не очень-то обрадовалась хитроумному плану леди Ордуэй. Ведь она выполнила свою миссию: Розабелла насладилась еще одним месяцем безмятежной жизни в Темперли, а она увидела Лондон и повращалась в свете. Если план этот удастся, то Розабелла Ордуэй поедет в Бат, потом вернется в Лондон, а Аннабелла Келланд снова станет вести полную хлопот размеренную жизнь в Темперли.
Так что все складывается удачно. Только отчего такая боль в душе? Выходит, ей не безразлично, простит ли ее Джайлс за обман? В уме она перебирала все его недостатки, свои обиды на оскорбления, его жесткие приказы, неразумные требования, но ничто, казалось, не могло заглушить чувство глубокого сожаления оттого, что скоро она простится с ним навсегда.
Джайлс был занят вовсе не встречами с друзьями, как полагала Аннабелла. Он искал людей, знавших Стивена Ордуэя. Джайлс поставил себе цель доказать, что мнение Дабни о Стивене ошибочно. А если во время поисков он разузнает побольше о Розабелле Ордуэй, тем лучше! Но со временем он понял, что ему не удастся доказать ошибочность мнения Дабни. Наоборот - вырисовывался еще более непривлекательный облик Стивена.
Кузен действительно был связан с наиболее одиозными лондонскими кругами. Правда, никто точно не знал либо не желал сказать, чем Стивен и его приятели занимались, но все единодушно его осуждали. С Джайлсом соглашались, когда он говорил, что его кузен мог быть слабым, неумным и ничего не стоило сбить его с толку. Но один человек, давно знавший Стивена, сказал ему, что тот был также лжецом и обманщиком.
Джайлс, разумеется, это отверг, но был вынужден признать, что надо последовать совету Дабни - не ворошить осиное гнездо. Но и оставить все как есть он тоже не мог. Стивен мертв, однако жива его вдова. Какую роль сыграла в жизни Стивена Розабелла Ордуэй? Ее никто не осуждал. Имя Селдера также никому не было известно. Ясно: эта парочка держала свою связь в секрете. Джайлс был уверен, что кто-то в Лондоне знает о Селдере, и занялся поисками, которые привели его на лондонское "дно". Он узнал имена некоторых людей из "круга" Стивена, и среди них Фрейзера и Барроуза. Но о Селдере не слышал никто.
Леди Ордуэй удалось-таки завести с племянником разговор о поездке в Бат.
- Мне намного лучше, милый Джайлс, но доктор Котрелл рекомендует лечение на водах. В Бате, к примеру.
- Значит, вы должны поехать на курорт. Я вас отвезу.
- Да?
- Ну конечно! Вы с Розабеллой проведете несколько недель в Бакстоне. Я вас туда отвезу, а сам нанесу визит отцу в Эйвенелл - это всего в десяти милях оттуда. Потом заеду за вами, и мы вернемся обратно.
- В Бакстоне?
- Почему нет? Условия там превосходные, а вода не хуже, чем на других английских курортах, есть две-три отличные гостиницы.
- Но это так далеко! Я была один раз в Эйвенелле - сразу после нашей с твоим дядей свадьбы. Помнится, тогда поездка показалась мне бесконечной!
- Мы будем делать остановки. По пути живут мои друзья, и они с радостью примут нас.
- Мм… А в Бат мы не сможем поехать, Джайлс?
- Что ж, я подумаю об этом, тетя Лаура. Возможно, на север я съезжу позднее. Мне необходимо справиться у управляющего, насколько срочные дела в Эйвенелле.
Спустя два дня Джайлс повел их в театр. Это безобидное развлечение повлекло за собой цепь событий, наложивших отпечаток на многих.
Не успели они занять свои места, как Джайлс вдруг замер и, не отрывая глаз, стал смотреть на троих людей, сидящих в ложе напротив. Аннабеллу тоже заинтересовала эта странная компания. Слева сидела самодовольная на вид полная дама в черном, с толстым слоем пудры на лице и черными, явно крашеными, волосами. Справа - другая дама, лет около пятидесяти, тоже сильно накрашенная. Она была в красном платье с большим декольте и сверкала драгоценностями: кольцами, ожерельями, а длинная нитка молочно-белого жемчуга была вплетена в неестественно золотистые локоны прически. Между ними сидел блондин лет тридцати. Он был так поразительно красив, что походил на античную скульптуру. Что, скажите на милость, он делает в обществе этих двух гарпий?[3]