Заметив мое появление, Владимир Адольфович даже как-то приободрился, нашел в себе силы растянуть тонкие губы в гримасу и молча указал на стул рядом с собой. Когда я, одетый в черную, как "морпех", робу, присел на мягкую бархатную обивку, Персиков достал сигареты, предложил мне, а потом без предисловий сразу перешел к делу.
– Вы показали хорошие результаты, Валерий Николаевич, и мне доложили, что нет смысла дальше продолжать военную подготовку. Впрочем, именно такого исхода я и ожидал…
Я только усмехнулся. Решили поучить отца "трахаться"!
– Как я уже говорил, у меня на ваш счет есть конкретные планы. Думаю, вы не откажетесь от моего предложения в течение трех месяцев… – Персиков жадно затянулся, – перенять из ведения нынешнего начальника функции командира подразделения охраны базы.
Мне показалось, что он что-то перепутал.
– Какого начальника?
– Я хочу предложить вам работу начальника охраны базы. В вашем подчинении будут сорок пять парней, хорошо обученных профессионалов, с которыми, в отличие от армии, не надо будет тратить нервы. В настоящий момент вы – единственный у нас человек необходимого уровня квалификации. Хороших специалистов много, и в охране в том числе, но на должность начальника охраны базы они явно не тянут… Вам будет предоставлен персональный кабинет с компьютерным оборудованием, мониторами, дублирующими операторские, переносная рация для связи с пятью младшими командирами, отдельная комната с телевизором, радио, аудио– и видеомагнитофоном, практически свободное передвижение по всей базе с правом посещения бассейна, теннисных кортов, тренажерного зала, библиотеки – в любое время суток, а также один раз в неделю вы сможете воспользоваться услугами наших девочек… – Заметив, что я нахмурил брови, Персиков уточнил: – Не волнуйтесь, каждый раз будут новые. Со всеми, так сказать, гарантиями! Ваш оклад остается на прежнем уровне – тридцать тысяч долларов – до тех пор, пока окончательно не войдете в курс дела и не отработаете два месяца испытательного срока на месте начальника охраны. Словом, я предлагаю вам все то, чем вы занимались до недавнего времени, только с куда меньшими хлопотами, большим комфортом, несравненно большей материальной заинтересованностью и, если хотите, возможностью не участвовать в акциях, предусмотренных первоначальным планом. Обстоятельства сложились несколько иначе, нынешний начальник охраны очень сильно провинился, и мы решили его уволить, как только он введет вас в курс дела…
– В чем заключается вина? – поинтересовался я, без надежды на ответ со стороны Владимира Адольфовича. Но он с готовностью сообщил:
– Саркисов попросил отпустить его из структуры. В таких случаях мы делаем вид, что согласны, находим человеку замену и тихо, без суеты, увольняем его… Посмертно.
Персиков говорил с такой непринужденностью, будто вел разговор не о человеческой жизни, а о замене износившихся ботинок на новые. Он вяло крутил головой по сторонам и, вероятно, хотел как можно скорее закончить наш разговор. Только очень быстро не получится. Есть у меня к нему еще одно маленькое дельце. Цены не имеющее.
– Когда я смогу жить вне бункера? Или моя работа включает в себя пожизненное заточение в этой земляной норе?
– Нет, вы сможете жить самостоятельно. Как только примете руководство базой, отработаете два месяца, а затем еще два будете готовить себе смену. Дело в том, что мы увольняем обоих начальников охраны, – Персиков поморщился. – Черт знает что! Как только введете в курс обязанностей преемника, вам определят регион проживания либо в России, либо в соседних республиках, что мало вероятно. Жить будете в собственном доме, с охраной из двух человек. Месяц там – месяц здесь. Свободное распоряжение деньгами. Впрочем, до этого еще далеко. У вас есть ко мне вопросы?
– Да. Как дела в "Золотом ручье"? Меня все еще ищут?
– Разумеется! Квартиру давно опечатали, личное дело отправили в Службу безопасности. Но пусть вас это не беспокоит. Скоро вы умрете. Для них, – и Персиков ткнул пальцем куда-то за спину, имея в виду скрывающийся за пределами базы мир простых, не посвященных в дьявольские игры людей.
– Каким образом?
– Авария, обыкновенная автомобильная авария. Похороны, венки, все по полной программе. Когда будете выходить, получите новые документы. Еще вопросы? – Владимир Адольфович уже хотел встать из-за стола, но своими последующими словами я намертво пригвоздил его к креслу.
– Если вас интересует Центр Славгородского, то я вчера вспомнил одну интересную деталь, которая вполне может помочь проникнуть внутрь и быть в курсе всех разработок. Может быть, удастся похитить дискету с программой, – забросил я самую яркую блесну, и поклевка крупного хищника последовала мгновенно.
– Что?! – Персиков снял очки и положил их на стол. – Говорите, я слушаю.
– Но взамен моей информации я хочу получить возможность съездить в Пярну, на недельку.
– Даже разговора быть не может! – вскипел мафиози. – Только через полгода, не раньше. Я не знаю, какой ценной должна оказаться информация, чтобы отпустить вас с базы!..
– Она такая и есть.
– Я могу снова прибегнуть к электрическому току… Но не стану делать этого, потому что хочу иметь начальником охраны базы не озлобленного пса, а преданного сотрудника, с перспективой дальнейшего роста, – как с трибуны, выпалил Персиков. – Говорите, и если я посчитаю, что вы вспомнили действительно ценные сведения, то дам вам трое суток подышать морским воздухом и насладиться общением с дамочкой. Но только в сопровождении охраны.
– Правильней сказать – конвоиров…
– Я слушаю.
– За несколько месяцев до попытки переворота я слышал разговор Славгородского с Крамским, случайно. Славгородский говорил, мол, хочет взять нового сотрудника, некоего ученого Прохорова из "подшефного института". Вам это о чем-нибудь говорит?
– Разумеется! Продолжайте.
Мне показалось, что в следующую секунду Персиков начнет грызть ногти, так он воспрянул духом после моих слов.
– Славгородский планировал заняться этим именно сейчас, ориентировочно в октябре. Если его планы не изменились, что вполне реально, и если Прохоров на месте и удастся его отыскать, то можно попробовать внедрить в Центр своего человека.
– Отлично, Валерий Николаевич, отлично, – мафиози поднялся и хлопнул меня ладонью по плечу. – Сейчас же дам команду "пробивать" Прохорова. Я думаю, Славгородский имел в виду именно те два режимных института в Саратове, где ученые тоже занимаются психотропными делами. Так, на начальном уровне. И если есть на свете этот… Прохоров, то именно там! Жаль, вы не вспомнили про него раньше… Если он уже в "Золотом ручье"… Ну, а если нет, то тогда вы имеете реальный шанс увидеть свою подружку! Я сообщу вам о результате в любом случае. Сегодня можете отдыхать, а завтра – я уже дал команду – переберетесь жить в новые апартаменты и начнете перенимать премудрости несения службы у Саркисова. Его искать не нужно, он сам подойдет сегодня вечером. Все, до свидания, – и Персиков сделал отстраняющий жест кистью.
Я покинул командирский бункер, и два молодца в камуфляже довели меня до "конуры", где предстояло провести последнюю ночь.
Вместо гуцула Иванко на соседней кровати, в высоких шнурованных ботинках, лежал совсем другой парень, в таком же, как я, черном одеянии. Услышав мои шаги, он обернулся.
И я почувствовал, что мускулы мои наливаются силой.
Это был рыжий Альберт.
– Ты?! – удивленно пробурчал он, вставая со скрипучих металлических пружин. – Здесь?! Я думал, тебя уже давно пустили в расход…
– Как видишь, ошибся, идиот. А ты, наверное, плохо себя вел, раз отправили на базу.
– Не твоего ума дело! – вспылил рыжий. – Скажешь еще одно слово, поц, размажу по стенке!
– Ошибаешься, Мойша, это я буду тебя мазать! – И я что есть силы заехал Альберту кулаком в пах. – Проводки, говоришь, сука?! Электричество?! Сейчас ты будешь ползать на коленях и целовать мне подошвы, умоляя о пощаде. Ну! Я не слышу тебя!!!
Рыжий корчился возле моих ботинок и протяжно выл. Для полного счастья я без всякого зазрения совести с размаха саданул его ногой в лицо. Вот теперь порядок.
– И встать, когда с тобой разговаривает начальник охраны!!!
Эти мои слова вообще повергли Альберта в жуткое уныние. Он поднялся с пола, несмело отряхнул форму и затравленно посмотрел на стоящего перед ним разъяренного мужика. На меня.
– Ты – начальник?
– Я – начальник. И не ты, а вы, понял, недоносок?!
Он молчал, не решаясь так конкретно признать свою капитуляцию.
– Оглох, рыжий конь, или онемел? Я спрашиваю – тебе все ясно?
– Все… – Альберт вздохнул и стал внимательно изучать налипшие на своих "шузах" сухие комья грязи.
– Отдыхай пока, – я прошел в умывальник, ополоснул вспотевшее лицо струей холодной воды, а когда вернулся, то заметил появившихся в комнате двух "псов", недавно водивших меня на аудиенцию к Персикову. Один из них легонько тронул меня за плечо.
– Ты действительно теперь будешь заместо Артака?
В каждой комнате стояли камера с микрофоном, и битюги не могли не заметить моей потасовки с рыжим. Видно, их тоже удивила информация о моем неожиданном назначении на должность их командира. Ребята решили проверить ее по горячим следам.
– Завтра начинаю принимать дела. Артак ваш переводится на новое место, – со своими будущими бойцами я сразу решил установить доверительные, насколько было возможно, отношения. – Начиная с шести утра вы подчиняетесь мне точно так же, как и Саркисову. Надеюсь, поладим? – Я пристально посмотрел на двух верзил неморгающим взглядом.