Лайза Донахью и в самом деле выглядела прелестно. Длинный, норвежской вязки, узорчатый свитер скрывал обилие слишком острых локтей и коленей. Щеки от выпитого мартини и от близости печки разрумянились, в глазах плясали веселые огоньки. Если рассматривать черты по отдельности, лицо ее было явно неправильным: слишком широко расставленные глаза, брови "домиком" и длинноватый вздернутый нос. Но благодаря блестящим, темно-русым волосам, распущенными по плечам согласно пожеланию зрителей, в целом она производила сногсшибательное впечатление. Как сказал Витек: "Впечатляить!"
- Ты славная девушка, Лайза Донахью, - повторил Белов. - Но что касается бизнеса… Извини. Боюсь, что твои гарвардские познания абсолютно не годятся на нашей российской почве. У нас тут…
- Простота нравов- подсказал Витек. - Азиопа!
Словно подтверждая выдвинутый тезис, в. дверном проеме нарисовался старший лейтенант Кащенко. С усов и из-под носа бортинженера свисали сосульки, а общий вид был сильно нетрезвым.
- Салют честной компании, - сказал авиатор, глотая согласные звуки, и его голодный взгляд остановился на колбасе.
Лайза немедленно приготовила и подала ему бутерброд.
- Ну что там наш двигатель? - спросил Саша.
- Тридцать восемь! - был радостный ответ.
- Что "тридцать восемь"?
- А что "двигатель"? - нетрезвые глаза Ка- щенки искрились лукавством.
Белов почувствовал, что в нем закипает ярость и сжал кулаки.
- Все нормально, Саня, не кипятись, - оказал Витек и железной хваткой сжал локоть авиатора. - Мы сейчас с товарищем пойдем, потолкуем. И он мне пообещает… Правда, ведь, пообещает? Он меня клятвенно заверит, что к утру и двигатель, и экипаж будут в полном порядке. И керосина будет - хоть залейся! Как бы не захлебнуться.
Витек так приобнял старшего лейтенанта, что тот ойкнул, и ненавязчиво повел его в сторону последней незанятой комнаты.
- Надеюсь, Виктор не станет его бить, - сказала Лайза.
- Ну, разве что самую капельку, - постарался успокоить ее Саша.
- So… Так вот, - Лайза с упорством парового катка продолжала двигаться в заданном направлении. - Работать, как раньше, невозможно. Продав остатки алюминия по обычной схеме, мы зайдем в тупик. Выручку заберет бюджет. Ни заплатить рабочим, ни купить новую партию сырья будет не на что.
- Блин! Если бы эти умники из налоговой думали о завтрашнем дне! Ну, скажите мне, какой смысл топить предприятие? Ведь с мертвого комбината они вообще не получат ни копейки!
- У немцев есть такая пословица:- умный стрижет баранов, глупый - баранов режет, - сказала Лайза. - В России, к сожалению, предпочитает резать.
- Я сам кого хочешь зарежу! - подключился к дискуссии вернувшейся Витек, у которого в руках почему-то был большой нож, похожий на мачете. - Или, еще лучше швырнуть гранату. Только скажи мне точно, Саня, в какое место ее швырнуть: в налоговую инспекцию или в налоговую полицию?
- Индивидуальный террор - не есть разумный выход, - мягко остановила его Лайза. - Вы, русские, вместо того, чтобы хорошо подумать, почему-то предпочитаете эмоциональные решения. А нужно подключить разум.
- И Что же ты предлагаешь делать с остатками алюминия? Вообще не продавать? - спросил (Саша, которому стало интересно, что может предложить эта больно умная консультантка. Ведь до сих пор ее рассуждения казались логичными.
- Продать, только совсем другому покупателю. Самому себе…
Предложение было настолько неожиданным, что даже скорый на выводы Витек замешкался с дежурной ехидной репликой, а Саня и вовсе промолчал.
- Представь себе, что иностранный заказчик, не собирается покупать у тебя алюминий, а всего лишь заключает с комбинатом договор на переработку своего собственного сырья. Он сам покупает глинозем, сам поставляет его на комбинат и сам же забирает готовую продукцию.
- Может, он мне и за электричество заплатит? - попытался пошутить Белов.
- Конечно, заплатит! Потому что нормальная работа комбината - в его интересах.
Чтобы слушателям было понятнее, Лайза пододвинула к себе коробку с кусковым сахаром и достала из своего рюкзака баночку с аспирином. Рафинад, по ее задумке, изображал сырье, а таблетки символизировали собою готовый алюминий.
- Поймите главное. На всем протяжении производственного цикла абсолютно все - и сырье, и металл - комбинату не принадлежат. Они принадлежат заказчику. Что это значит?
- Это значит, - Саша вскочил и накрыл ладонью белые кубики вместе с белыми шариками, - это значит, что ни налоговая полиция, ни судебные приставы не смогут наложить на все это добро свои загребистые ручонки! Гениально!
Он походил взад-вперед по кухне, потом достал сигареты и подсел поближе к открытой печке - чтобы вытягивало дым.
- Что же получается? - рассуждал он вслух. - Раньше я платил налоги со всей готовой продукции. А по твоей схеме с меня причитается только налоги со стоимости услуг. Лайза! Витек! Это же миллионы баксов экономии! Е-мое…
Возбужденные открывшимися перспективами, участники разговора не сразу заметили, что кухня наполнилась едким дымом. Девушка мучительно терла слезившиеся глаза.
Cato приоткрыл заслонку, а Витек сказал:
- Похоже, ветер усилился. Весь дым обратно в трубу задувает. Давай-ка подбросим полешек.
XI
Пока мужчины занимались печкой, Лайза незаметно выскользнула из кухни. Прошло никак не меньше тридцати минут, прежде чем ее отсутствие стало их беспокоить. Безрезультатно поискав девушку в помещении гостиницы, Саша вышел на улицу. Дверь с силой рванулась из его рук и распахнулась настежь. Полярная ночь обрушила в лицо Белову снежный шквал, так что на секунду даже перехватило дыхание: Начинался буран.
- Вот черт… Лайза! - закричал Саша, но вьюга затолкала крик назад в его же горло. - Лайза!
Наклонившись вперед, чтобы пересилить ветер, Александр двинулся в сторону сараев. Там, в небольшом зазоре между стеной хозяйственной постройки и будкой туалета в сугробе смутно темнела скрюченная фигура девушки.
- Господи! - Саша сгреб Лайзу в охапку. - Так ведь и замерзнуть пара пустяков!
Ее губы совершенно побелели, на длинных ресницах лежало по сугробу снега. Лайза отчаянно замотала головой и стала вырываться из Сашиных объятий.
- Мне гуда надо! - смогла выговорить она и мотнула головой в сторону сортира.
- Е-мое…
Саша наконец догадался, что произошло. Система заполярных сортиров - это особая статья в жизни каждого северянина. "Это что-то нечто", как сказал бы их новый знакомый, авиадиспетчер. Ветер забавлялся и хлобыстал деревянной дверкой, как хотел. Привязанный изнутри к ручке, плясал в воздухе обрывок веревки: эта нехитрая конструкция заменяет в подобных строениях задвижку. Но то, что находилось внутри "скворечника" просто не поддавалось описанию. Традиционное "очко" буквально обросло глыбой зловонного льда, на которую всякому страждущему, прежде, чем справить нужду, приходилось взбираться и там удерживаться.
Немудрено, что развращенная евро-комфортом иностранка не знала, как ей поступить в этой ситуации. И за отсутствие необходимых навыков едва не заплатила жизнью. -
- Пойдем в тепло!" - крикнул ей Саша. - Что-нибудь придумаем.
"Что-нибудь придумаем" означало в данном случае ведро из-под угля, установленное в тамбуре барака специально для слабого пола. Когда несчастная Лайза вновь присоединилась к компании на кухне, ее лицо выражало крайнюю степень стыда и страдания.
- Теперь поняла, что значит "мочить в сортире"? - спросил девушку Витек. - Наши нужники - мощное оружие против глобализма. А тех, кто учит подрыву нашей экономики, будем намочить, а морозить!
- Лайза, мне одно непонятно… - серьезно сказал Саша, решительно закрывая в буквальном смысле скользкую тему. - Комбинату отпущено три недели жизни. Где же мы найдем такого партнера, который согласится работать на таких условиях?
-. А не надо нигде его искать, - ответила девушка, пытаясь унять сотрясающую ее дрожь. - Комбинат в состоянии сам себе родить посредника. Дочернюю фирму в оффшорной зоне. Вот смотри…
Лайза снова начала передвигать по столу таблетки и кусочки сахара. Но при этом её так трясло, что виртуальные вагоны с глиноземом равно как и вагоны с готовым алюминием выскальзывали из посиневших пальцев и вообще скатывались со стола.
Саша сдернул с гвоздя свою куртку и накинул ее на вздрагивающие плечи "консультанта".
- Оффшорную фирму открыть сейчас не сложно, - продолжала Лайза. - Если постараться, то и за неделю можно уложиться. А я за это время, если будет позволено, поработаю с юридической группой и помогу подготовить правовое обоснование.
Саша неожиданно для себя потерял нить разговора. Когда он набрасывал куртку на плечи девушки, ему в голову залетела шальная мысль. Он подумал, что, несмотря на кажущуюся худобу, под свитером у консультанта кое-что имеется… И притом в достаточном объеме!
- Насколько можно быть уверенными в том, что завтра удастся договориться о поставке сырья?
- Да-да, конечно, - сказал он совершенно невпопад, поскольку страшно заинтересовался строением Лайзиного уха, и положил ей руку на плечо.
Девушка, против ожидания, не отодвинулась, а даже наоборот. Саша в свою очередь не убрал руки. Так они и сидели, с деловым видом продолжая таращиться на рассыпанные по столу таблетки и куски сахара.