Я согласен с тобой, но не знаю, как ответить, я думаю над этим, но не знаю, что можно предпринять, чтобы предотвратить смерть всех этих новобранцев и одновременно удовлетворить клиентов.
— К черту клиентов!
— Рэмедж, ты думаешь, я ввязался ради денег? Это было вопросом нашего выживания.
Он оглянулся, посмотрев из отверстия пещеры на джунгли внизу. В джунглях слышалось только пение птиц. Он беспокоился, что еще нет вестей от капитана «Фобоса», хотя комитет заверил его, что связь у них налажена хорошо. Если шаттл добрался до гавани, то потребуются месяцы работы, чтобы корабль взлетел. А «Фобос» до сих пор оставался единственным билетом на обратный полет с Верзанди. Это был заколдованный круг, потому что шаттл восстановить невозможно, пока не закончится война.
— Если мы не найдем способов помочь этому народу в войне, — добавил Грейсон, — генерал Нагумо найдет нас, и мы все попрощаемся с жизнью.
— Что же, лучше пусть подыхают верзандийцы, чем мы?
— Нет! Ни они, ни мы! Но если мы срочно ничего не придумаем, Нагумо вот-вот упадет нам на спину" даже если ему придется вырвать эти джунгли по деревцу. Я до сих пор не знаю, что делать.
Рэмедж покачал головой:
— Я тоже читал контракт, капитан, и черт меня возьми, если знаю отходной путь. Может быть, удастся подготовить армию... Хорошо, я буду им давать уроки. Но лучше бы найти какой-нибудь способ удержать щенков от боя еще хотя бы год, потому что сейчас любой робот Дома Куриты перемешает их всех с дерьмом!
XIV
Генерал-губернатор Нагумо, слегка откинувшись назад, присел на угол стола, скрестил руки на груди и улыбнулся. Юная женщина села перед ним. Она осторожно и встревоженно осматривала спартанскую обстановку комнаты — деревянный письменный стол, заваленный грудой компьютерных распечаток, высокие, от пола до потолка, окна, выходящие на университетский городок Региса. Ее каштановые волосы были коротко подстрижены, лицо не выдавало эмоций.
— Ну что ж, мисс Клейн, — сказал Нагумо. — Вы не против, если я буду называть вас Сью Эллен? Замечательно! Как вы устроились в казарме?
— Прекрасно, мой господин, — ответила она и, нервно коснувшись рукава своего куритского форменного мундира, добавила: — Все... в порядке.
— Замечательно, просто замечательно. — С этими словами он махнул рукой в сторону стоявшего у стены столика, заставленного целой коллекцией бутылок и бокалов. — Не хотите ли выпить?
Она покачала головой. На ее лице проступило недоумение, близкое к тревоге.
— Нет, спасибо, господин.
— Как хотите. Итак, я полагаю, вы удивлены, что я захотел встретиться с вами.
Она кивнула, все еще не решаясь встретиться с его пристальным взглядом.
— У генерал-губернатора, по-моему, не должно быть обыкновения беседовать с каждым наемным пилотом подчиненных ему воздушно-космических сил. Или с каждым... узником.
— Значит, девочка, вы представляете собой уникальный случай. Вы должны это понимать, не правда ли?
Она вновь кивнула. Он продолжил:
— Вы прибыли с этим новым подразделением наемников. Помнится, вы называете его Серым Легионом Смерти? Когда вы прорывали нашу блокаду, то доблестно сражались, но почему-то были оставлены вашими друзьями.
Она немного откинулась назад в своем кресле. Ее пальцы казались белыми как мел на фоне черных резных деревянных ручек кресла.
— Это легко объяснить, господин. Если бы мои товарищи попытались подобрать меня, им пришлось бы сразиться с «Леопардом», который преследовал их по пятам. А у них не было достаточной огневой мощи, чтобы выиграть такой поединок. Они были вынуждены оставить меня и... и моего напарника, чтобы скрыться на Верзанди. — Боль с примесью страха исказила ее лицо. — Господин, я все это объясняла вашим следователям несколько недель назад.
— Ладно, ладно. Я ужасно виноват в том, через какие страдания вам пришлось пройти.