— Подзатопим?
— Совсем чуть-чуть. Чтобы придать ему устойчивость и держать сопла под водой. Выбрасываемый под водой пар создает реактивную тягу, и вы можете двигаться в любом направлении, куда пожелаете.
Мартинес пожевала губы, глядя на грейсоновскую схему.
— Но тут возникает куча технических проблем. Грейсон постучал стилосом по комп-блокноту.
— Избавьте меня от технических проблем. У вас тут целая армия техов и офицеров. Вот пускай они и занимаются этими проблемами. А нет — так я дам им в руки винтовки и поставлю в строй. Мне лишние пехотинцы не помешают.
Илза наконец оторвала взгляд от схемы. Посмотрев на Грейсона, она прочла в его глазах вопрос.
— Черт возьми! Вы хотите переделать мой шаттл в пароход! — Она покачала головой, затем отодвинула комп-блокнот в сторону и снова принялась изучать карту Бразедновича. — Должно быть, я становлюсь столь же безумной, как и вы, капитан. Ну да, с кем поведешься... — Она вдруг замолчала, потом спросила: — Ладно, предположим, что нам это удастся. А как насчет наших друзей — Драконов? Когда такая махина, как «Фобос», потащится через море? Думаете, это не привлечет их внимания?
— Они знают, что «Фобос» находится здесь, на Охотничьем мысе. А вы срочно принимайтесь за работу... Все должно быть готово... к ночи.
— К ночи!
— Да, к ночи. Я не уверен, какую скорость сможем мы развить на нашем крейсере, но у вас в распоряжении термоядерный реактор и неограниченный запас горючего. Так что, на мой взгляд, предельная скорость будет определяться прочностью корпуса «Фобоса». В любом случае, я уверен, поплывем мы с ветерком. Нам все равно можно плыть только под покровом темноты. А если удастся уйти сегодня ночью, то и собирающиеся тучи будут нам только на руку. По крайней мере, облачный покров скроет нас от орбитальных спутников. К тому времени, когда Драконы снова здесь объявятся — не позднее чем завтра, я думаю, — мы будем уже далеко. Противник первым делом решит, что шаттл сорвало приливом или отнесло ветром. Но вряд ли им придет в голову, что он плывет в открытом море.
— Думаете; сработает?
— Если небо очистится, тогда, конечно, появляется вероятность, что нас заметят с орбиты. Но если повезет, мы спокойненько дойдем до фьорда, а противники тем временем будут искать нас на дне моря здесь, неподалеку от Охотничьего мыса.
— Слишком много требуется, чтобы этот план сработал. — Мартинес озабоченно посмотрела на массу «Фобоса», торчащую из воды. — Ладно, будь по-вашему, — сказала она наконец. — Хотя, убей меня Бог, не представляю, как можно плыть ночью.
— Мы не можем ждать до завтра. Драконы, по моим расчетам, должны объявиться здесь где-то в полдень. И вам лучше к этому времени быть километрах в ста от этого места, чтобы вас не накрыли с воздуха.
— Вы со своими людьми и с роботами пойдете сущей?
— Конечно. — Грейсон вспомнил о «Страусе», который все еще находился в грузовом отсеке шаттла в транспортном коконе. — Впрочем, я думаю, что вам имеет смысл взять с собой одного робота. Мало ли что вас ожидает, когда дойдете до назначенного места.
— Не стану возражать.
— Прекрасно. Теперь вопрос — какого? «Страус» мне будет нужен на суше. — Грейсон доверял инстинктам Лори в качестве разведчика. К тому же зачем держать в грузовом отсеке самый быстрый из боевых роботов Легиона. — Тяжелые роботы также останутся со мной... Вы можете взять Дебровского, Йорулиса или Халида. Я бы рекомендовал Халида. У него большой боевой опыт.
Мартинес снова пожевала губу.
— Хорошо. Халида так Халида. Грейсон кивнул:
— Я скажу ему.
— Тогда мне пора приступать к делу. Перекраивать шаттл в крейсер.
Грейсон проводил Мартинес взглядом, покачал головой, затем повернулся к Бразедновичу.