Молодой Карлайл не сможет убраться с планеты, не сможет даже приблизиться к космодрому без того, чтобы его не окликнула охрана периметра. Он надежно заточен на Треллване. Остальная часть плана протекала гладко, и казалось, что в заключительных стадиях сын Карлайла вряд ли сможет воткнуть им палки в колеса.
Кроме того, всегда есть шанс, что мальчишку сцапает какое-нибудь патрульное подразделение. Синф решил, что лучше всего издать приказ: если вдруг патруль схватит человека возраста Карлайла в Саргаде или на космодроме, или нет, просто иноземца любого возраста, то чтобы его, Синфа, поставили в известность. Так или иначе, но Синф узнает местопребывание парня и позаботится, чтобы его сразу же умертвили.
Офицер все еще стоял по стойке «смирно».
— На этом все, лейтенант. Ты хорошо справился с заданием. Спасибо за ваш доклад.
Лейтенант заметно обмяк от облегчения, затем застыл и отсалютовал резким движением — правая рука к левой груди.
— Да, господин.
Синф следил, как тот развернулся на каблуках и вышел.
Он снова вернулся к работе — рапорту, что он писал герцогу. В течение 24 часов по графику в прыжковую точку прибудет быстрый курьер, рапорт Синфа будет получен Герцогом и прежде чем пройдет еще один местный год на Треллван явится герцог со своей армадой.
Синф знал, что его светлость герцог Рикол, известный по всем Государствам-Наследникам как Красный Охотник, сгорал от нетерпения начать исполнение следующей фазы игры.
Над горой Гайел и нависающей усеченной пирамидой Замка поднимался ряд зазубренных, скалистых пиков, часть неровной горной гряды, окружающей Треллван по экватору. Крайсандерские горы были грубые и пологие, сформировавшиеся под непрерывным гравитационным влиянием треллванского, очень близкого солнца, продолжавшему морщить и плющить эти выпирающие пласты скал, то и дело буквально выворачивая их наизнанку потоками лавы. Многие пики вдоль 35000-километровой гряды были чрезвычайно активными вулканами, и легкие подземные толчки считались повседневным явлением.
Хотя большая часть Треллвана выглядела бесплодной, среди экваториальных гор прикорнули два маленьких змеевидных соленых моря. Колонии людей обосновались в относительно плодородных областях, в полосе шириной в несколько сот километров, тянувшейся между этими двумя солеными лужами. Медленный прилив, вызываемый красным Треллом раз в пятнадцать стандартных дней, был достаточно высок, поэтому в прибрежных районах никто не жил. К тому же высокая концентрация серы и сероводорода в этих мертвых водах отравляла воздух на несколько километров в округе. Впрочем, большая часть энергии для поливов поступала от приливных генераторных станций, раскиданных вдоль скверно пахнущих берегов морей.
Периастерон знаменовал начало и конец каждого 45-дневного года. В это время Треллван, в своей слегка искривленной орбите вокруг звезды, подходил едва ли не вплотную к Треллу. В периастерон, называемый Дальним Прохождением, солнце находилось над другим боком планеты в середине каждой Второй Ночи. Тогда с дневной стороны на Саргад налетал мягкий шторм, и постепенное повышение температуры означало наступление коротких периодов — весны, лета, осени.
В периастерон, окрещенный Близким Прохождением, солнце стояло над Нерджем, Черной пустыней, в 2000 километров к западу от города, и он кардинально отличался от своего «близнеца». Трелл был в небе в это время, прямо поесередине перводня по долготе Саргада. В это время температура воздуха зашкаливала столбики термометров, а под палящим солнцем с поверхности морей стремительно испарялась вода. Тучи скапливались в небе так быстро, что этот процесс можно было проследить воочию.