— Он взглянул на свою руку и удивился, почему она не дрожит. Руки и ноги ослабли, словно прилив эмоций, иссякший при виде «Marauder’а», оставил от него одну наружную оболочку, едва способную стоять. Высокая концентрация адреналина, заставлявшего его до сих пор двигаться, шла на убыль, и он чувствовал себя разбитым.
Грейсон повернулся к Тору.
— Иди. Я присоединюсь к тебе, когда смогу.
Тор усмехнулся, но в его глазах проглядывало беспокойство.
— Не задерживайся слишком долго. Мы должны теперь держаться вместе, верно?
«Пошел ты к черту и оставь меня в покое», — со злобой, удивившей его самого, подумал Грейсон. Однако ничего не сказал, кивнул головой и пошел прочь. Ему придется отыскать транспортное средство, чтобы добраться до гор, и он не вполне был уверен, что у него хватит сил.
Младший офицер задеревенел, весь обратившись во внимание, и почувствовал, как пот струится за ворот его черного бронежилета.
— Нет, лорд, его здесь нет, — ответил он. Оторвав голову от бумаг на столе, сидящий человек окинул офицера холодным, спокойным взглядом.
— Он должен быть. Я сам застрелил его. Я видел, как он упал, прямо на том месте, помеченным мной на схеме Транспортного Отсека, что я тебе дал.
— Его там не было, лорд. — На лице молодого человека был написан явный страх. Его командир носил репутацию человека безжалостного.
— Мы обыскали Замок, проверили все тела. Есть доказательство, что после нашего отхода по Замку кто-то шастал. Возможно, это тот парень, что вы ищете. Дверь складского помещения, которую сержант Винн видел закрытой после боя, была открыта, когда мы вернулись, список содержимого склада показывает, что один ховер пропал. Сын Карлайла, наверное, взял машину и удрал.
Капитан лорд Харимандир Синф считал себя справедливым человеком — безжалостным, да, и требовательным, — но не поддающимся капризам грубых эмоций. Это он сделал одиночный выстрел, угодивший сыну вражеского командира в голову. Это он приказал, чтобы отряд штурмовиков и пленники отправились из Транспортного Отсека вслед за уцелевшими «Коммандос» к их кольцу обороны на космодроме. Если Грейсон Смерть Карлайл остался жив, то в этом вина его, Синфа, а не жалкого лейтенанта, столь безуспешно пытавшегося замаскировать ужас.
«Итак, виноват я сам, — подумал Синф. — Мне следовало для надежности всадить вторую пулю или, по крайней мере, оставить кого-нибудь в Отсеке, чтобы он следил за ранеными».
Но в том Ремонтном Отсеке все происходило так быстро. Лишь быстрые решения и стремительное передвижение техники и людей обеспечили успешное проведение акции.
И миссия БЫЛА успешна, не так ли? «Коммандос Карлайла» разбиты, уцелевшие смылись, а их база находится в руках Синфа. Если этому мальчишке и удалось ускользнуть в Саргад, это не может серьезно повредить грандиозному плану. Синфу особо было приказано удостовериться в смерти главного теха Риверы, всех мехвоинов, оставшихся в Замке, и сына Карлайла. Все приказы выполнены, за исключением последнего.
Синф со всей серьезностью отнесся к этому приказу. То, что мальчишка не ускользнул вместе с уцелевшими членами лэнса Карлайла, в этом он был уверен. Если парень выжил, то он мог скрываться лишь в пустынях Треллвана либо в той огромной мусорной свалке у основания горы, называемую аборигенами Саргадом.
Если он рванул в пустыню, то его время истекло. Всего через несколько стандартных дней периастерон прокалит эти пески до состояния духовки. И даже если мальчишка выживет после этого, спрятавшись в какой-нибудь пещере, то 50 градусов мороза в короткую треллванскую зиму доконают его второночью.
Значит, остается город. Обшаривать весь город ради одного пацана не было возможности, да и не имеется никаких особых причин, чтобы предпринимать это.