Гигантские пауки и крошечные люди, кровопролитные битвы муравьев, отчаянные сражения микробов, путешествия внутри человеческого тела и невообразимые вселенные, заключенные в атомах - проникновение в микромир издавна было заветной мечтой фантастов.
Повесть В. А. Гончарова публикуется по первому изданию (Молодая гвардия, 1924) с исправлением очевидных опечаток, а также некоторых устаревших особенностей орфографии и пунктуации. Иллюстрации взяты из указанного издания.
Содержание:
-
1. - Действие толстых книг. - Друзья Вано и Николка. - Врач Скальпель. - "Физиологический опыт". - Непредвиденные опасности. - Встреча с туберкулезными палочками 1
-
2. - Вано Сванидзе - источник электромагнитных волн. - Одеяльный "ландшафт". - Падающие "звезды". - Николка читает мысли Вано. - О психо-радиациях. - Друзья ссорятся. - Сюрприз из воздуха. - Обитатели испорченного мяса. - Амеба проглотила Николку. - Чудовищное побоище. - Друзья избавляются от двух опасностей 3
-
3. - Утро. - Приятели завтракали подле сахарных и хлебных гор. - Вано занимается гимнастикой. - Буря. - Приключение с воздушным шаром. - Новые знакомцы. - Слизевое озеро. - Безвыходное положение. - Муха - неожиданная спасительница. - В новый мир!. 6
-
4. - Продолжение путешествия на мухе. - На чайном столе. - Мухи испускают электромагнитные волны. - Беседа мух. - Нравоучительная история с солнечным лучом и бактериями. - Несчастье с холерным вибрионом. - Опять в воздухе - "без руля и без ветрил". - Новый экипаж. - Воздушная авария 8
-
5. - В болоте. - Приятели уподобились библейскому Ионе. - Зоология простейших. - Николка приходит в ярость из-за дизентерийной амебы. - Скальпель говорит о гидре, проникается кровожадностью и порождает большие следствия. - На усике комара. - О малярии и капиталистическом режиме. - Скальпель декламирует. - Самка малярийного комара кладет яички 9
-
6. - На губе у деда. - Дед заражается малярией. - "Умный" комар оправдывает доверие Скальпеля. - Убежище на оштукатуренной стене. - : Посадка малярийного и обыкновенного комара. - Воздушный шторм. - Скальпель делает предположение, что они попали на вулкан. - Сон Николки - сон в руку. - Ночной гость. - Бежим! - Как обрушилось "небо" и что из этого вышло 12
-
7. - Скальпель благодушествует и немного недоумевает. - Встреча со спириллой открывает глаза на загадочный мир. - Николка подслушивает индукцию врача. - Врач ведет самостоятельное исследование и попадает в яму. - Приятели в сальном протоке. - Николка по милости врача становится людоедом. - Хозяин проснулся!. 14
-
8. - Повторение воздушного трюка. - Бамбуковые заросли. - Экскурсия врача к предкам человека. - Канал потовой железы. - Хозяин гимнастирует. - Скальпель говорит о значении потовых желез. - Николка отравляется углекислотой. - Врач исполняет анекдот в лицах. - Холодный душ. - Последнее пророчество врача. - Встреча с лейкоцитом в потовом канале. - Неравная борьба. - Конец путешествия. - Умилительная картина 16
В. А. Гончаров
Приключения доктора Скальпеля и фабзавука Николки в мире малых величин
1. - Действие толстых книг. - Друзья Вано и Николка. - Врач Скальпель. - "Физиологический опыт". - Непредвиденные опасности. - Встреча с туберкулезными палочками
Изучать ряд наук
- Тяжкий труд!..
Книгу взял фабзавук
Весом в пуд,
Но осилить не мог
И теперь занемог,
И лежит он без ног
И без рук…
Это над фабзавуком Николкой Даниленко, в полном бессилии распластавшимся на койке, потешался добродушно его товарищ по комнате и училищу Вано Сванидзе, распевая на мотив из "Иванова Павла" только что сочиненную песенку.
Песенка как нельзя более соответствовала истине. Даниленко, действительно, лежал "без ног и без рук", а рядом с ним на столике покоилась виновница его бессилия - толстая книга "Анатомия и физиология человека".
Сокрушать молодыми зубами гранит науки - не такое уж легкое дело! Это хорошо познали оба приятеля за два года своего пребывания в заводском училище. А еще совершенней познал это любознательный Николка, который, кроме своего токарного дела, упрямо совал нос во все другие "дела"… В особенности, если они излагались в толстых книгах. К толстым книгам Николка испытывал сильнейшее тяготение, объясняя последнее законом Ньютона (недаром учился в фабзавуче!), по которому, чем больше масса тела, тем сильнее оно притягивает к себе другие тела…
Неделю назад заводской врач Скальпель начал читать лекции по гигиене и неосторожно сказал, что, мол, без знания анатомии и физиологии человека нельзя получить больших знаний по его предмету, так как для всякой постройки необходим фундамент, а фундаментом к гигиене служит учение о строении и отправлениях человеческого организма; сам он все же стал возводить без фундамента свою постройку в молодых умах слушателей, потому что администрация училища не смогла предоставить ему дополнительных лекционных часов.
Как только Даниленко Николка услышал резонное замечание врача, он так же резонно решил в уме своем:
"Даешь анатомию!"
И после первой же лекции, отправившись к Скальпелю на квартиру, потребовал у него - мягко, но настойчиво - дать ему соответствующий учебник, чтобы который потолще…
Скальпель нашел требование забавным, посмеялся, но учебник дал. - Только, - говорит, - без руководителя вам будет очень трудно, и, пожалуй… вы очень мало здесь поймете…
- Ну, это мы увидим! - кратко ответствовал упрямый Николка и, крепко зажав "мудреную" книгу под мышкой, так же крепко порешил, назло Скальпелю: учебник одолеть и доказать, что горшки обжигают не боги…
Вернулся домой, мужественно перенес насмешки товарища по комнате и по цеху - Вано, и все свободные минуты стал отдавать "дьявольской книжище", как он окрестил с первой же страницы злополучный учебник… Между ним и учебником вначале происходили форменные сражения… Каждая страница давалась с бою… Но помня твердо завет товарища Троцкого, Николка храбро вел наступление и так крепко "грыз гранит науки", что в первые же два дня похудел и осунулся, как после болезни…
На третий день Николку посетил врач и сильно удивился при виде "завоеванных позиций"… Страниц сорок, самых трудных начальных страниц, Николка отхватал без всякой помощи…
- Да вы, батенька мой, - сказал Скальпель, - видать, не в шутку занялись "человеком"…
- Хороша шутка, - проворчал Николка, - я даже во сне вижу кишки да всякие там брыжейки…
Доктор заинтересовался настойчивым учеником и стал часто захаживать к нему, давая свои объяснения и помогая преодолевать трудные места. Николке это сначала не нравилось, ввиду его намерения - вполне самостоятельно разделаться с "дьявольской книжищей". Но так как врач, кроме "человека", знал еще много интересных вещей и умел просто и захватывающе рассказывать о них, - к концу недели Николка, Вано и Скальпель сделались большими друзьями.
Скоро с анатомией покончили. Николка принялся за физиологию; эта оказалась еще более "дьявольской" и, как нарочно, врач перестал ходить… Заболел, что ли, или надоело, - Николка не знал; но факт таков, что ему пришлось уже без всякой помощи справляться со второй половиной книги.
И уже физиология подходила к концу, а врача все еще не было. В результате мудреная книга все-таки была разбита по всем направлениям. Но и голова читателя сильно поплатилась… В ней стоял порядочный-таки сумбур…
Как раз в тот момент вернулся Вано из театра. Увидев друга в положении полной "развинченности" и сравнив его, по профессиональной привычке, с "динамой в ремонте", Вано вдохновился всклокоченными волосами, воспаленными глазами и горячечным румянцем приятеля. Плодом вдохновения явилось стихотворение. Пропев его над распластанным телом друга не меньше трех раз, Вано глубокомысленно заметил:
- Это пойдет в стенную газету… Хорошо написано…
И сел писать следующее. Он был в ударе, поэтому Николка, не успев заснуть, через пять минут принужден был выслушать новое творчество, уже на мотив "Ах вы, сени, мои сени"…
Ах, вы книги, мои книги,
Мне читать вас не фасон:
Вместо строчек видишь фиги
И впадаешь в крепкий сон…
Я - Даниленко Николка,
Знаменитый фабзавук, -
Проглотил я, но без толка,
Черти, сколько книжных штук…
Но строенья человека
Так-таки не одолел!..
Ах, несчастный я калека,
Значит, лоби мало ел!..
- Ну, как? А? Знатно?..
В ответ - ровное сопенье.
- Черт возьми, да ты спишь? - В вопросе Вано прозвучало задетое за живое авторское самолюбие. - Притворяешься, черт?
Но Николка не притворялся: под мелодичную песенку друга он, действительно, сладко заснул.
- Скот! - возмутился Вано, - а я-то мечу перед ним бисер!.. Ну, да ладно… Завтра в газете прочтешь заново…
Успокоив себя, Вано накинул пальто и через минуту храбро шагал в осенних сумерках по лужам, держа направление на светящееся окно редакции стенной газеты.
- Эй, граждане! Жив кто-нибудь?.. - Врач беспомощно шарил в прихожей по стенам.
- Надо проснуться, - думал Николка, но вместо этого выпустил через нос звонкое мурлыканье и продолжал нежиться в дремоте.
Скальпель, наконец, проник в комнату, сквозь сумрак увидал растянувшегося на койке, вернее, почувствовал жизнь, и в изумлении воскликнул: