Трудное собрание
Обед у Кати удался на славу. Ели и похваливали. Тарелок не было. Катя привезла с собой пять вместительных мисок и по ложке на каждого. Вокруг одной миски сидели впятером и по старинке черпали по очереди наваристый гуляш, в меру приправленный лавровым листом и перцем. Посмеивались этому необычному обеду, с удовольствием и даже с гордостью поглядывали на полосы вскопанной земли.
- К пяти закончим! - сказал Васька Буркин. - Могу спорить на что хотите!
Желающих поспорить с ним не было. С Васькой давно уже никто не рисковал вступать в спор, потому что он мог сделать любую глупость. Ну а если кто-нибудь во время спора говорил ему: "Слабо!", тут уж Васька мог разбиться в лепешку, чтобы доказать обратное. Из-за этого глупого словечка "слабо" он в четвертом классе пришел зимой в школу в маминых тапочках, а в шестом залез в багажник чьей-то "Волги" и доехал так до райцентра. После этого ребята остерегались спорить с ним.
- Мы-то и раньше могли бы! - заявил Ромка. - Только не выгодно! Не ценят у нас передовиков!
Может быть, он и не хотел никого обидеть, но Борис не любил, когда над ним подшучивали, а Ромкиных шуточек вообще не мог переносить.
- Тебе хочется самому покомандовать? - спросил он как можно спокойнее. - Ты так и скажи! Нечего финтить!.. И вообще, говорят, по-другому здесь надо. Не как в школе. Не совет отряда, а может, штаб, а тебя - начальником?
Борис надеялся услышать дружный смех одноклассников, но ребята молчали. А Зоя почувствовала упрек в свой адрес, хотя и не понимала, почему ее предложение могло как-то задеть Бориса. Неужели он не хочет иметь хороших помощников?
Когда Зоя считала себя правой, она не боялась настаивать.
- Про штаб я сказала… Ведь у нас тут будет не класс, не отряд, а бригада или даже маленький колхоз с собственным самоуправлением.
- И с собственным правлением, - подсказал Колька.
Многие поддержали его. Правление - звучит привычно и солидно!
- Пускай будет правление, - согласилась и Зоя. - Дело не в названии, а только одному не справиться. Ты как, Боря, не против?
- Лишь бы работа шла! - хмуро отозвался Борис.
- Вот и хорошо! - примирительно произнесла Зоя. - Так веди сбор дальше.
- Не сбор! - возразил Ромка, довольный тем, что разговор, начавшийся с него, повернул совсем в другую сторону. - Раз колхоз, значит, собрание!
- Веди! - повторила Зоя, все еще не понимая, чем удручен Борис и почему медлит.
Он и сам не до конца осознавал свои чувства. Нужны ли ему помощники? Вроде нужны, но такие, чтобы, выслушав их, он мог поступить по-своему: если понравится - принять их предложение, не понравится - сделать наоборот. Сейчас думать об этом было поздно. Не желая того, он первый навел разговор на вопрос о руководстве. Выбора у Бориса не оставалось. Он встал.
- Ну что ж… Предлагайте свои кандидатуры в правление.
- Бекетову! - сразу же крикнул кто-то, будто давно ждал, когда ему дадут слово.
И все вдруг оживились.
- Зойка - она толковая!
- И в обиду не даст!
- Она вроде комиссара будет!
- Тихо! - прикрикнул Борис. - Обсуждать нечего - Зою мы знаем! Еще кого?
- Кольку Мыслю! - хором выкрикнули два или три голоса.
Эту кандидатуру встретили уважительным молчанием, которое означало, что все принимают ее, как нечто бесспорное, само собой разумеющееся. И хотя раньше Кольку никогда и никуда не выбирали, здесь, в новом правлении, он казался совершенно необходимым человеком.
- Записано! - по привычке сказал Борис. - Кого еще?
Он ждал, что уж теперь-то наверняка назовут его фамилию.
Конечно, его надо было бы выкрикнуть первым, но на собрании не прикажешь.
- Ромку Изотова! - предложил Васька Буркин. - Держу пари, он пригодится!
Вот теперь все рассмеялись, а Борис насупился. Выдвигали уже третьего человека, а его, Бориса, никто и не подумал назвать! И кого выдвинули - Ромку, которого, по мнению Бориса, и близко к правлению нельзя допускать.
Встретив его сердитый взгляд, Васька объяснил, почему выдвинул Ромку:
- Трактор водит - главным механизатором будет!
- Главным махинатором! - крикнул кто-то под общий хохот. Но смеялись над Ромкой добродушно. Все-таки никто, кроме него, не умел водить ни трактор, ни машину. В репликах ребят ирония смешивалась с одобрением.
- Будет главным доставалой! - кричали одни.
- Нечего смеяться! - отвечали другие. - Кто лодки достал?..
- На острове без доставалы с голоду помрем!
- Мы его на торговлю овощами бросим!
- Уж его не обсчитают!
И снова вокруг одобрительно захохотали. Большинство явно склонилось к тому, чтобы выбрать Ромку в правление. И Борис не выступил против Ромки, потому что чувствовал себя скованно и удрученно. Он думал о другом. Кто провел всю подготовительную работу? Кто организовал этот первый выезд? Кто взял на себя ответственность за всех и за все? Он! Он один! А о нем и не вспоминают!
- Можно дальше? - спросил Борис, не теряя надежды. - Кого же еще выберем в правление?
Молчание затянулось. Кто-то щелкнул ложкой, доскребывая гуляш. Шурка Гай, поймав ищущий взгляд Бориса, тайком от других ткнул себя пальцем в грудь и просительно улыбнулся: мол, бери меня - верным буду до гроба! Борис отвернулся от него, а Катя Шитикова сказала:
- Хватит, наверно.
Холодно и отчужденно посмотрел Борис на одноклассников. Кто больше него болел за новое дело? За что же так обошлись с ним?
- Достаточно! - слышалось вокруг.
- Довольно!
Эти голоса, как плетью, хлестали но Борису. Он взглянул на Зою, на Кольку - хотел убедиться, что и они против него. Колька кивнул головой:
- Подводи черту, и так четверо!
- Трое! - сквозь зубы процедил Борис. - Ты, Ромка и Бекетова.
- Себя забыл, - подсказала Зоя.
- Меня… и не выдвигали! - уже не скрывая обиды, произнес Борис.
Он всегда боялся попасть в смешное положение и все-таки попал. Над ним хохотали громче, чем недавно над Ромкой. Кто-то даже опрокинулся на спину и дрыгал ногами, заливаясь смехом.
- Тебя и не собирались выбирать, - сказал Колька. - Выбирали в правление помощников - твоих помощников. Понял?
Другой бы посмеялся со всеми над этим недоразумением, а Борис постарался повернуть дело так, что над ним вроде бы смеялись без причины, по собственному недомыслию. Тем же недовольным холодным голосом он сказал:
- Мне исключений не надо!.. Хотите меня выбрать - называйте фамилию!
- Считай, что уже назвали, - произнес Колька.
По его тону Борис понял, что уловка не удалась, - Кольку не проведешь, не скроешь от него своих недавних переживаний. Это заставило Бориса перестроиться. Он не стал, как хотел раньше, вынуждать ребят все-таки назвать свою фамилию.
- Вот теперь четыре, - сказал он. - Но это плохо. Надо нечетное число - пять хотя бы.
- Пять - перебор, - возразил все тот же Колька. - Много заседателей будет. Кому-то и работать надо.
- Тогда трое! - Борис уже совсем овладел собой и ловко использовал возможность не допустить Ромку в правление. - Тракторов и комбайнов в нашем хозяйстве пока не предвидится. Может, проживем без главного механизатора?
- Ну и пожалуйста! - воскликнул Ромка, затаив обиду. - Лопаты да грабли без механизатора обойдутся!
На том и порешили. Борис уже хотел закрыть стихийно возникшее собрание, но Зоя попросила дать ей слово. Она начала издалека, и не сразу стало ясно, куда она клонит, но слушали ее с интересом.
- Мы очень много думаем про землю, про семена, как у нас с рассадой. И это правильно, без этого у нас ничего не получится. А я сегодня, когда копала, вот про что еще подумала… Наступят каникулы, будем мы жить на острове. Это не школа: пришел, послушал учителей и ушел. Тут друг от друга не уйдешь, тут, как в семье, все время рядом. И надо, чтобы, как в семье, мы не надоели друг другу. Если надоедим - перессоримся и все у нас пропадет, ничего у нас не выйдет… А что не надоедает?
- Все надоедает! - крикнул кто-то.
- Когда человек добрый, это надоедает кому-нибудь? - спросила Зоя. - С ним живи хоть сто лет рядом - одно удовольствие! И понимать друг друга надо. У кого мечта или способность какая-нибудь - не надо ее давить. Всем от этого только лучше будет… Заставили бы Катю Шитикову копать сегодня землю, а Сеню Сивцева готовить обед…
Все засмеялись.
- Или… будь у нас трактор, - продолжала Зоя, - а мы бы взяли и приказали Роме работать граблями, ну а меня бы силком посадили на трактор… Кому бы от этого было лучше?
- Это понятно, - сказал Борис, настораживаясь, - он чувствовал, что Зоя разговорилась неспроста. - Тут и обсуждать нечего!
- Понятно, потому что всем известно про Катю и про Рому. А когда будем жить вместе, много еще узнаем друг про друга… Кто знал, что Лида Юрьева собирается осенью поступать в музыкальную школу?
Как по команде, мальчишки и девчонки посмотрели на Лиду.
- Покажи свои руки, - попросила Зоя.
Лида смущенно замотала головой и спрятала руки за спину.
- У нее кровавые мозоли! - пояснила Зоя. - Если она все лето с землей провозится, как придет в музыкальную школу?.. Это мне не чего за руки беспокоиться, а ей пальчики нужны, а не грабли!.. Мама на огород ее не пускает! А нам до нее дела нет? Копай, и все?