- Вот видишь, - наставительно сказала Единица.
Антошка окончательно вылез из-под стола и встал с коленок.
- Нет, - сказал он, - нигде нет солдатика. Прямо не знаю, что делать.
- В таком положении дело оставаться не может, - сказала Единица. - Как хотите, а необходимо отправиться на поиски. Ты не слышал, солдатик упал на пол или нет?
- Он бы звякнул, - сказал Антошка. - Он же металлический, а не какой-нибудь пластмассовый.
- Значит, кто-то просто незаметно унёс его.
- Антош, может, это сделал Кляксич? - спросила Аля, вспомнив свои недавние приключения в Букваре.
Она подробно описала их Антоше в своих письмах.
- Вряд ли.
Это сказал не Антон, это произнесла Единица.
- Он всё больше по тетрадкам норовит бегать, - продолжала она. - Помарку и Описку подзуживает людям разные каверзы строить. В Математику ему не так-то легко пробраться.
- Ты-то что думаешь, Антон? - спросила Аля.
- Не знаю, Аль, - честно признался Антон. - Просто совсем ничего не понимаю.
- Я знаю одно, - сказала Единица. - Надо идти искать пехотинца и найти его во что бы то ни стало. Это наш долг перед учениками первого класса "Б" и перед наукой - математикой, - добавила она торжественно. - Пошли.
Глава вторая
Единица распахнула дверь из Антошкиной комнаты, но за дверью оказался вовсе не коридор его квартиры, где все еще продолжал жить друг детства - трёхколесный велосипед и были сделаны до самого потолка книжные полки. Нет. Дверь, открывшись со скрипом, выпустила всех троих на весёлую, залитую солнцем лужайку. Дождя не было. И вообще было лето.
- А может быть… Может быть… - произнесла Единица задумчиво. - Да-да-да. Вполне может быть. Он ведь любит аннулировать…
- Кто? - спросил Антон.
- Нуль, - сказала Единица. - Характер у него, знаете, такой, как бы это сказать… неопределённый…
- У Нуля? Характер? - изумился Антон.
- Очень даже просто. Характер, - подтвердила Единица. - Уж очень любит аннулировать.
- И это он… аннулировал пехотинца? - почему-то шепотом спросила Аля.
- Могло быть. Ох, могло быть! - сказала Единица. - Сейчас спросим, может, кто-нибудь из моих сестер что-нибудь заметил.
И Единица, поставив ладони рупором, закричала:
- Сестрички-единички, где вы?
Издали, всё приближаясь и приближаясь, послышалась песенка:
Мы не сойки, не синицы,
Мы сестрицы-единицы.
Тот, кто любит устный счёт,
Знает нас наперечёт.
В сад строем вошли похожие на свою сестру единицы. Они обошли сад, построившись в линеечку, в затылок одна другой, а потом стали перед Алей и Антоном без конца перестраиваться. При этом они всё время пели свою песенку:
Посчитай и посмотри
Хорошенько -
Раз, два, три.
Три у клевера листка,
Три у дыма завитка,
Три зубца у старой вилки,
"Три" - в тетрадке у Данилки,
Он урок недоучил,
Вот и тройку получил!
И тут, перестроившись по четыре, они запели опять:
Ты взгляни на мир пошире,
Будет - раз, два, три, четыре,
У стола четыре ножки,
Ну, а сколько лап у кошки?
Столько ж, сколько у кота,
Все четыре - мягкота.
И снова перестроились - уже по пять, но петь не переставали ни на минуту:
Раз, два, три, четыре, пять,
Будем пальчики считать,
Если пять стоит в тетрадке,
Это значит - всё в порядке.
- Погодите-ка, сестрички, - перебила их Единица. - У меня к вам серьёзное дело.
Сёстры встали перед Единицей, выстроились в линеечку, точно их написал в тетрадке очень старательный ученик.
- Слушаем, - сказали они хором.
- Сестрички! - торжественно начала Единица. - Случилась прискорбная история. Испорчено условие задачи, потому что из условия похищен солдатик. Моим друзьям, - она кивнула в сторону Али и Антона, - и всему первому классу "Б" грозят неприятности. Вы можете себе представить, какую власть возьмут двойки, если в задачах не будет порядка?
- Можем! - хором отозвались единицы.
- Как вы думаете, кто в этом виноват?
Тут поднялся невообразимый галдёж, потому что все сестрицы-единицы заговорили разом.
- Погодите, говорите по одной, так ничего нельзя понять. Вот ты, сестричка, что думаешь?
- Условие задачи испорчено? - спросила Единичка, к которой был обращён вопрос.
- Конечно.
- Значит, его всё равно что нет?
- Вот именно.
- Тогда оно, может быть, аннулировано? - подсказала Единичка. - Вот и подумайте.
Остальные опять разом загалдели.
- Кто-нибудь что-нибудь видел?
- Я видела, - сказала тоненьким голоском самая маленькая Единичка, - как Нуль промчался сегодня в своей нулевой машине. Знаешь, где у него и колеса и руль - все такие на него самого похожие.
- Ну и что?
- По-моему, там кто-то сидел на заднем сиденье.
- Это еще ничего не значит, - возразила Единица.
- Да, но там сидел кто-то не просто. Там был кто-то очень грустный.
- Это меняет дело, - заметила Единица. - Куда он поехал?
- Он свернул на дорогу, которая ведет к Тришке.
- Ясно, сестрички. Ну, идите по своим делам, спасибо.
Единицы так же, как и пришли, удалились строем. Аля и Антон растерянно глядели на Единицу.
- Да, дела не так просты, как кажутся, - сказала она. - Слушайте меня внимательно. У меня перед началом учебного года очень много дел. Я провожу вас до дороги, которая ведет к Тришке, а там вы идите сами. Тришка - это цифра три, ее зовут Тройка, а Тришка - это ее прозвище. Пойдите спросите, может, Тришка знает поточнее, Нуль или не Нуль унёс солдатика.
Аля и Антон послушно пошли за Единицей, вышли из сада через калитку, оказались на дороге, обсаженной высокими (видно, очень старыми) кустами акации. Тут Единица с ними попрощалась. Она ещё долго стояла у калитки, приветливо и ободряюще махала им вслед. Наконец дорога вильнула в сторону, и Единица скрылась из виду.
Глава третья
- Антош, куда это мы с тобой идём? - тревожно спросила Аля.
- К Тришке идём, ты же слыхала; что из этого всего будет, я и сам не знаю. Но не отступать же? Вдруг да этот Тришка нам поможет? Нуль-то все-таки к нему, говорят, сегодня ездил. Надо же нам найти солдатика и вернуть его в задачу.
- А может, эту задачу и вообще никому никогда не зададут? - смалодушничала Аля.
- Зададут не зададут, это не важно, - возразил Антон. - Важно навести в задачках порядок. Иначе двоек не оберемся.
- Мы с тобой? - спросила Аля.
- Ну, а если и не мы с тобой? Ты хочешь, чтобы другие ребята двоечниками были, так, что ли?
Нет, Аля вовсе этого не хотела.
- Тогда не трусь и иди не как утиная бабушка, - сказал Антон.
Аля обиделась на "утиную бабушку", но пошла бодрее.
"Интересно! - думала Аля. - Когда смотришь на учебники, то они с виду такие скучные. А как туда попадешь, так в них, оказывается, все живые, и такая идет своя, занятная жизнь. Обязательно надо будет про это рассказать ребятам в классе".
- Ой, Аль, погляди, дерутся там, что ли?
Аля, погруженная в свои мысли, и не заметила, как дорога кончилась и подвела их к дому, сложенному из красного кирпича. Дом был узенький, но высокий, трехэтажный, крыша у него была странная, она состояла из двух покатых арок, точно цифра три, но только уложенная "носом вниз".
На лужайке перед домом шла, по-видимому, свара. Какой-то толстенький и сутулый человечек отчаянно ругался с другим. Причем тот, другой, что-то выдирал из рук у толстенького.
- Вечно тебе надо отнимать! - кричал толстенький. - Не отдам, да и все.
Аля и Антон сначала было испугались, но, поняв, что двое ссорящихся не обращают на них решительно никакого внимания, осмелели и подошли поближе. К их удивлению, в руках у толстенького, который явно напоминал цифру "три" и был упомянутым Тришкой, трепыхался кролик.
- Тришка, у тебя три кролика. Отдай одного мне. Он мне очень нужен. У тебя останется два, это все равно больше, чем один. Отдай! - кричал отнимавший.
- Тебе бы только отнимать, паршивый Минус! Все отнять, да отнять, да отнять! Поработай с мое, не одного, а десять кроликов купишь себе на базаре!
- Жадюга! Кролика соседу пожалел! - вопил Минус, дергая бедного кролика за лапу.
Видно было, что толстый Тришка устал, запыхался и вот-вот уступит кролика, но тут Минус увидел Алю и Антона и так удивился, что отпустил кроличью лапу. Тришка мгновенно этим воспользовался и с неожиданным проворством убежал и скрылся в доме с кроликом.
- Ладно, - махнул ему вслед Минус. - Все равно в следующий раз отниму. А что у вас? - обратился он к Але и Антону.
- Ничего у нас нет. Мы ищем пехотинца из задачи, - сказал Антон. - Он пропал.
- Я не отнимал, - тут же сказал Минус. - Это не моих рук дело. Нет, нет.
- А вы не скажете нам… - начала было Аля, но Минус уже торопливо удалялся.
- Не моих рук дело! - крикнул он им, оборачиваясь. - Спросите у Тришки.
Он от жадности что хочешь себе возьмет. Может, и пехотинца прикарманил.
Антон постучал в запертую дверь. Из-за двери послышалось пыхтенье, но никто не ответил.
- Откройте нам, пожалуйста, - сказала Аля.
Дверь открылась на щелочку, и в щелочку шепотом спросили:
- Ушел? Минус ушел?
- Ушел, - сказал Антон.
Тогда дверь открылась пошире, и на крыльцо вышел Тришка.