Ребята одновременно втянули головы в плечи, виновато повернувшись к парню. По вытаращенным глазам, раздувавшимся ноздрям и сведенным в единую линию над переносицей бровям, они поняли, что сейчас начнется как минимум буря. Бури случались в их спокойной жизни с периодичностью раз в две-три недели. Билл влетал в номер и начинал орать нечто невразумительное. Обычно сильнее всех доставалось Тому. На правах родственника.
- То-о-о-о-о-ом!!! - взвыл Билл страшным голосом. Близнец нервно сглотнул, судорожно вспоминая, где налажал. - КА-КО-ГО ДЬ-Я-ВО-ЛА, я тебя спрашиваю, ТЫ ЛА-ПАЛ МО-Ю ФУТ-БОЛ-КУ?! - по слогам, фальцетом провопил он.
- Я? - сорвавшимся голосом пискнул Том, недоуменно посмотрев на Густава, трогательного прижавшего бутылку с пивом к груди.
- ТЫ НА НЕЕ ЛАК ПРОЛИЛ!!!
- Я? - попятился Том.
- Билл… - попытался влезть Густав. Билл одарил его таким злобным взглядом, что парень предпочел заткнуться.
В голову закралась идея. Маленькая такая, хорошая идея. Немного подло так поступать с ним - актер из Тома всегда был никакой, но что не сделаешь, чтобы помириться с братом. В конце концов, Том сам виноват, что не послушал его.
Билл хитро улыбнулся. Повернулся, чтобы подойти к близнецу.
Том унесся на другой конец сцены. Не по плану, черт его дери!
Будь со мной,
Мне больше ничего не было бы нужно.
Если бы ты был со мной,
Деньги, слава и удача не шли бы в сравнение.
Будь ты со мной,
Жизнь была бы сплошным кайфом, это был бы ништяк.
Да, будь ты со мной.
Будь со мной!
Билл в три шага преодолел расстояние от двери до дивана и, швырнув испорченную футболку в Густава, схватил брата за грудки. Затряс с силой. Том попытался мягко вырваться, но близнец не дал.
- Билл! - держал он его за запястья, стараясь большими пальцами разжать кулаки.
- Ах, так?! - злобно прищурился брат. И рванул футболку вниз.
Хороший, качественный, добротный трикотаж жалобно затрещал на швах и разорвался.
- КАКОГО ДЬЯВОЛА?! - в свою очередь завопил Том, гневно сдвигая брови, раздувая ноздри и вытаращивая глаза.
Густав понял, что досмотреть матч у него не получится. Пока родственники рвали друг на друге одежду и волосы, он тихо ретировался, прихватив с собой все пиво и чипсы - вдруг бутылками начнут кидаться, как бы сдуру не покалечились. Лет семь назад, в самом начале их дружбы, они с Георгом еще пытались разнять воюющие стороны. Но потом поняли, что лучше пусть между собой дерутся, чем на заступников вдвоем нападают. Да, была у близнецов такая особенность: в какой бы "ужасной" и самой "смертельной" ссоре "на вечные века" они не находились, стоило задеть одного, как тут же на защиту несется другой. И плевать, кто виноват. Важно, что наглец посмел обидеть драгоценного брата. Иногда Густав и Георг этим пользовались. В очень исключительных случаях. Когда хотели их помирить.
- Зачем ты отменил интервью?! - вдруг вспомнил Билл истинную причину своего бешенства за секунду до того, как увидел испорченную концертную футболку.
- Футбол интересней! - присматривался, куда бы ударить, Том. Очень хотелось двинуть по морде, но перед концертом нельзя - синяк может остаться.
- Меня не волнует, что ты хотел! Меня волнует, что ты меня подставил! - перебил Билл.
Пришлось работать с залом. Сначала подразнил девочек в первом ряду. Пострелял глазками. Зал ревел от восторга. Он вышел по подиуму к публике и встал, оттопырив ногу и подняв руку. Вспышки, вспышки, вспышки! Он театрально закидывал голову назад. По мокрой шее стекал пот, прилипли прядки… Глаза немного щипало - наверное, смазался грим. В глубине заметил плакат: "Я хочу с тобой нюхать кокаин на голых шлюхах!" Господи, какая пошлость. Но креативненько. Удивили. Тупые плакаты, типа "Я тебя люблю" - очень надоели. Да, Билл Каулитц в курсе, что сегодня он в ударе! Только эта больная свиноматка опять куда-то удрала. Он что, так и будет носиться за ним по всей сцене?
Всюду - от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса -
Ловим кайф, наслаждаясь жизнью по полной.
Подыскиваем хату и переворачиваем там все вверх дном до десяти утра.
Девчонки в босоножках на шпильках,
Парни разъезжают на Мазерати -
Все, что им нужно в этом мире - немного любви.
Этой ночью между гулянкой
И смертью тонкая грань.
Это будет громкая борьба, попробуй понять это…
- Том, думаешь, ты только для меня больная свинья? Нет… Не только для меня!
Короткий и ощутимый удар под ребра. Билл охнул, но все равно лягнул брата по голени мыском сапога. Том схватился за ушибленную ногу.
- Я фронтмен! И я решаю, кому мы даем интервью, а кому нет! - тяжело дыша, доказывал он.
- Мы все устали, к тому же Георг плохо себя чувствовал, а мы с Густавом хотели посмотреть футбол! - скалился на него Том. Черт, синяк будет!
- Ты не слышал?! Я тут решаю, а не ты! Я главный! Уши прочисть!
Том резко выпрямился и, накрыв его лицо пятерней, швырнул брата через всю комнату.
- Решает коллектив! Так было, есть и будет! Коллектив решил - нет, значит, нет. Звезду словил? Так я тебе быстро корону сниму!
Билл с разворота запустил в него стулом. Том едва успел пригнуться. Стул угодил в телевизор. Тот однобоко слетел с тумбы:
- Го-о-о-о-од!!! - закричал комментатор.
- Это было мое слово! Ты подставил меня!
- Надо было посоветоваться с коллективом. - Том повернулся, чтобы уйти. В спину что-то пребольно ударило, упало и разбилось. Ваза! С понравившейся ему орхидеей! Ну, всё! Этот урод попал!
- Том, ты настоящий обыватель, ссыкун и зануда! Полный ноль! Ты полный ноль, Том! - глумился Билл, ядовито улыбаясь.
И Том действительно разозлился. Сцапал пульт с дивана и прицельно швырнул его в брата.
Потоптался рядом с Георгом. Его гриф словил лифчик, и друг теперь вынужден до конца песни бегать с этим неприятным богатством по сцене. Нет, концерт однозначно удался! Поиздеваться и подразнить басиста - любимое развлечение близнецов. Ему давно нужен памятник. И Билл обязательно его отольет из чистого золота. Когда-нибудь.
Поработал на этот конец зала. Интересно, а на дальнем балконе видно хоть что-нибудь? Помахал рукой. Кричат. Как же ему нравится, когда на каждый его жест публика реагирует воплем, как же приятно держать зал за яйца и отрываться-отрываться-отрываться. Иногда Биллу казалось, что он вампир, который питается энергией зала. Он с первой же песни посылал в зал настолько мощный поток энергии, что она возвращалась к нему фактически в сто раз увеличенной. И чем больше он отдавался, тем больше получал. Билл живет этой энергией. Он ловит кайф от себя и своей работы.
Так, а куда это недоразумение опять от него сбежало?
Вспышки камер -
Возможно, это приятно,
Но я не могу выкинуть нашу ссору из головы, да!
Вспышки и сцена - и это приводит меня в экстаз,
Но это ничего не значит для меня сегодня.
- Больно! - возмущенно воскликнул он.
Том тут же оказался рядом, начал суетливо осматривать место, куда угодил пультом.
Билл недовольно сопел, всем своим видом показывая, что брат перегнул палку.
Потом встал.
Поправил одежду.
И отошел к окну, доставая сигареты.
Хмурые морщинки между бровями. Расстроен.
Вот! Теперь он никуда не денется. Идет прямо на него. Зажат в угол. Не хочет общаться. Сам виноват. Сам хотел. Извини, братик, но сегодня явно не твой день.
Это единственное, что мне было б нужно,
Да, будь со мной.
Деньги, слава и удача не шли бы в сравнение.
Если бы ты был со мной,
Жизнь была бы сплошным кайфом, это был бы ништяк.
Да, будь со мной,
Будь со мной…
- 3 минуты 56 секунд, - проговорил Том, глядя на часы.
Билл вопросительно приподнял бровь, затягиваясь.
- "Будь со мной".
- Придурок, - фыркнул он, отворачиваясь.
Том довольно улыбнулся, снял с себя разорванную футболку и подошел к брату. Достал сигарету из его пачки.
- И вообще у нас рекорд - разнесли номер меньше, чем за 4 минуты.
Билл презрительно покосился на него, закатил глаза и причмокнул. Демонстративно отодвинулся.
Подходит вплотную. Прижимается плечом к его плечу. Поет только для него, глаза в глаза. Том мягко улыбается.
Это единственное, что мне было б нужно,
Да, будь со мной.
Деньги, слава и удача не шли бы в сравнение,
Будь ты со мной,
Падает на колени и смотрит в глаза: