Всего за 4.95 руб. Купить полную версию
19
– Слушай, – спросил Митька, – ну, пойдет наша программа… а потом?
Митька после сдачи программы тоже стал кандидатом, сразу, Павлик-шеф позаботился, все устроил, из ученого совета сами провернули насчет диплома; даже перепечатывала оформленные бумажки машинистка из нашего машбюро. Митька принялся буйно лысеть и до безобразия уподобился доценту из дурной кинокомедии.
Мы сидели у меня на кухне, и белые ночи буйствовали за открытым окном над ленинградскими крышами, и словно не было всех этих лет…
– Слушай, – повторил Митька, – что дальше будет?..
– Лауреатами станем, – мрачно сказал я. – Золотыми памятниками почтят. Чего тебе еще?..
– Нет, – сказал Митька, кладя в стакан восьмую ложку сахара, паршивец. – Ну, начнут все жить в полную силу. Все! А что из этого выйдет? В мире, на Земле? А? Ты думал?
– Многие думали, – успокоил я. – В общем, должно выйти то, что все будет хорошо, как давно бы уже полагалось. Да, а что?
– А я думаю, – сказал Митька, – что выйдет то же самое, что и так вышло бы, только быстрее.
Снизу забарабанили по трубе. Глаза у меня слипались.
– Это уже следующая история, – примирительно сказал я.
А он сказал:
– История-то у нас, браток, одна на всех… Прав был Карп.
Но тогда я его не понял.