Когда однажды вечером у неё сильно заболел живот, я сразу же позвонила Майклу и сказала ему немедленно ехать в больницу, хотя на дежурстве была доктор Дженкинс.
Он сказал, что приедет через двадцать минут.
Два часа спустя он вышел из лифта — но было уже поздно.
Он слишком долго ждал.
Глава 15
***
Мне приходило множество открыток с соболезнованиями от семьи и друзей, и в те тяжелые времена они были особенно ценны. Особенно одна, тронувшая моё сердце.
Она пришла с опозданием, спустя два месяца со дня смерти Меган, от Керка Дункана, моего парня времен старших классов школы. Прошло больше десяти лет с тех пор, как мы последний раз переписывались по электронной почте, и поэтому я удивилась, увидев обратный адрес на конверте.
***
После отъезда Джен я обнаружила, какими великодушными и сердобольными могут быть люди. В частности, одна соседка, пожилая женщина по имени Лоис, заходила каждые несколько дней с тарелкой чего-нибудь вкусного, что стало поистине благословением, потому что у меня не было ни аппетита, ни желания готовить. Иногда она приносила запеканку, которую я разогревала к ужину, а порой — ещё теплое домашнее печенье прямо из духовки.
После обеда она сидела со мной за кухонным столом и говорила обо всем, от погоды до смерти своего мужа десять лет назад. Она превосходно умела слушать. Когда я говорила о Меган, она осторожно кивала и соглашалась со мной в том, что моя дочь была красивым и необыкновенным ребенком.
Лоис была очень добра, и если бы я не ожидала её послеполуденных визитов, то, наверное, не заботилась бы о своем внешнем виде.
Она хорошо относилась ко мне, и я всегда буду дорожить её дружбой в тот нелегкий год. Она не только помогла мне пережить горе, но и находилась рядом, когда я пыталась справиться со своим рушащимся браком.
Глава 17
Спустя полгода после похорон я вернулась домой с рынка и увидела перед домом «БМВ» Майкла, что было весьма странно, поскольку он никогда не приходил домой на обед.
Я старалась не уронить пакеты с продуктами, открывая входную дверь. Войдя в дом, я с любопытством заглянула в гостиную, затем в столовую.
В доме было тихо. Казалось, что никого нет.
Я пошла на кухню, поставила сумки на стол и позвала мужа:
— Майкл, ты дома?
Ответа не прозвучало.
Я подумала, что, возможно, он на заднем дворе. Вышла на террасу, но Майкла нигде не было видно, поэтому я вернулась в дом.
— Майкл?
Я взлетела по лестнице, думая, что он ушёл с работы из-за плохого самочувствия или же случилось что-то ужасное.
Сердце заухало, когда я сделала шаг, а живот скрутило от от тревоги. К этому я была уже привычна. После смерти Меган меня часто одолевали приступы паники, когда я боялась всего вокруг…
Поднявшись на второй этаж, я увидела, что наша спальня пуста, но дверь в комнату Меган распахнута настежь, что определенно было необычно, поскольку Майкл настаивал, чтобы она всегда была заперта.
Он не хотел заходить туда. Не хотел смотреть на вещи Меган или чувствовать её запах, ещё витавший в комнате. Ему не хотелось вспоминать.
Я одновременно понимала его и не понимала. Иногда, когда я скучала по Меган, и тоска становилась невыносимой, я шла в её комнату и садилась на кровать. Я листала её книги, проводила рукой по мягким игрушкам. Потом ложилась и представляла себе, что дочка лежит рядом со мной.
Я чувствовала вокруг её присутствие. Она бы коснулась маленькой теплой ручкой моей щеки, как делала много раз, и сказала мне, что все будет хорошо.
— Сейчас мне лучше, мамочка, — сказала бы она.
Эти сны наяву меня очень успокаивали.
Майкл этого не понимал. Он считал, что так я лишь растравляю свою боль. Он убеждал меня, что Меган покинула нас и нам стоит продолжать жить дальше. Думать о будущем.
Может быть, именно поэтому я так встревожилась, увидев дверь её комнаты открытой. Найду ли я своего непоколебимого супруга лежащим на кровати в той же позе, в которой часто лежала там я? Обнаружу ли, что он плачет?
Я взяла себя в руки и пошла вперед по узкому коридору.
***
Когда я вошла, Майкл обернулся и враждебно посмотрел на меня.
— Мне казалось, что я говорил тебе держать эту дверь закрытой.
Меня обескуражил его гнев. Я не этого ожидала.
— Прости, я, должно быть, забыла. Почему ты дома так рано?