«Нет, я не навещаю… Моя пятилетняя дочь больна, и я буду спать здесь каждую ночь неизвестно сколько дней, пока она не поправится настолько, чтобы поехать домой. А мой муж хочет, чтобы я опять забеременела».
Я вздрогнула.
Почему он этого хочет?
На случай смерти Меган?
Спустя примерно двадцать минут зазвонил мой мобильный. На дисплее высветилось имя Майкла, и в животе взорвался тревожный комок. Что-то случилось? Меган нужна я?
Дрожащими неуклюжими руками я открыла телефон.
— Привет, все нормально? В больнице не разрешается пользоваться мобильными.
— Да, все хорошо, — ответил он. — Но я не могу оставаться надолго. Мне нужно ехать на работу. Сегодня состоится важное слушание в суде. Ты уже допила кофе?
Я почесала переносицу и почувствовала, как желудок наполняется кислотой.
— Да, я закончила. Сейчас буду.
— Отлично.
Я встала и подобрала сумку.
— Просто побудь с ней ещё несколько минут, ладно? Пожалуйста, не уходи, пока я не приду.
— Конечно, — ответил он. — Увидимся через пять минут.
***
После этого все становилось только хуже. У Меган начался облитерирующий эндофлебит[13] печеночных вен , являющийся ещё одним из возможных осложнений после трансплантации, и из-за этого страдала её печень. Этим объяснялся постоянный жар, болезненная диарея и странная сыпь, покрывшая все её маленькое хрупкое тельце.
Группа врачей назначила ей пересадку тромбоцитов, диуретики[14] и антикоагулянты[15].