- Вряд ли. Я бы не стал на это рассчитывать, - сказал Шосвиц. - У них тут все строго по правилам. И правила устанавливал не Флеминг, а кто-то повыше. Любая мелочь оговаривается правилами, и от них никто не отступает. Сотрудничать с нами они не отказываются, но только если это не противоречит правилам. В противном случае они предпочтут обойтись без нашей помощи. Не выносить сор из избы.
- Значит, надо найти какой-то другой путь, - проговорил Дэггет.
- Как, например?
- Раз Варда не было на матчах, значит, он был где-то в другом месте. Он, конечно, ездит на собственной машине, так? - обратился Дэггет к Ла Мойе.
- Да, насколько нам известно.
- Значит, для начала проверим записи в журнале площадки для парковки в самом "Данинге" на те вечера, когда были матчи. А вдруг он в это время просто был на работе. Потом проверим все парковки его машины, может быть, за последние шесть месяцев. Особое внимание будем обращать на дни матчей. Если и тут ничего не найдем, проверим его кредитные карточки; может, там будут счета за номер в отеле, ну или что-нибудь в этом роде. Мне все это не слишком нравится, и тем не менее мы вытащим этого парня из могилы, разденем догола, разложим и посмотрим, что там не так.
- Черт возьми! - проговорил Ла Мойя с нотками искреннего уважения в голосе. - Для фэбээровца вы очень даже ничего.
Дэггет выглянул в окно. Убийца Варда, может быть, сейчас на другом конце света. А может быть, через улицу отсюда, в каком-нибудь отеле, попивает шампанское, закусывает красной рыбкой и любуется видом на залив.
- А что с его машиной? - спросил Дэггет. - Нашли ее?
- Пока нет, - ответил Шосвиц. - Мы предполагаем, что убийца отогнал ее куда-нибудь.
- Так… - сказал Дэггет. - Но это же означает, что он не собирался убивать Варда. Если он действительно профессионал, как мы предполагаем, он ни в коем случае не стал бы так рисковать. Значит, он был вынужден это сделать в последнюю минуту.
- Согласен, - ответил Шосвиц.
Они ехали вдоль пристани. Подъемные краны грузили тяжелые контейнеры на корабли. Огромный пассажирский теплоход уже разворачивался на воде, направляясь в неведомые края. Может быть, убийца как раз на этом теплоходе. А может быть, на одном из тех грузовых кораблей. Он мог быть где угодно. Вместе с бернардовским детонатором.
Что, этот Ла Мойя не может ехать побыстрее? Может, вообще стоит до минимума сократить посещение тренажеров и вместо этого заняться поисками машины?
Шосвиц, казалось, угадал, о чем он думает.
- Проведем вас по тренажерам, покажем, где нашли тело, потом поговорите с Флемингом. Ваше отделение в Сиэтле уже все это проделало, но они просили, чтобы вы тоже взглянули.
- Похоже, вас считают экспертом, - заметил Ла Мойя. - Или что-то вроде того.
- Скорее что-то вроде.
- Единственное, что нам известно наверняка, - сказал Шосвиц, - что один из них блеванул прямо внутри тренажера.
- Лаборатория сейчас исследует блевоту, - добавил Ла Мойя, - на предмет каких-нибудь особых бактерий или какого-нибудь еще дерьма. Может, он блеванул "по состоянию здоровья". Если же нет, значит, этот парень просто не любит летать.
- Вот, больше у нас ничего нет, - сказал Шосвиц и стал ковырять в ухе. Дэггет опустил окно: ему вдруг стало трудно дышать. До чего же хорош воздух Сиэтла! Ему вспомнились ресторан на пристани и те дни, когда он был так счастлив. Казалось, это было тысячу лет назад, в другой жизни.
Дэггет, Шосвиц и глава службы безопасности "Данинга" Росс Флеминг закончили экскурсию по тренажерному отделению, надо сказать, довольно длительную. Флеминг, энергичного вида человек, лет за пятьдесят, с коротко стриженными седыми волосами и пронзительными голубыми глазами, очень осторожно выбирал слова и вообще держался так, как будто являлся хранителем тысячи важнейших секретов. Он предпочитал не размышлять, а наблюдать, его бесстрастное лицо абсолютно ничего не выражало. Дэггету показали место с двойным полом в компьютерном отделении, дали "полетать" на тренажере модели 959–600; потом он провел минут двадцать в кабинете Варда, разбирая бумаги погибшего в присутствии еще одного сотрудника и отчаянно надеясь наткнуться хоть на какую-нибудь ниточку. После этого Флеминг предложил посетить бюро пропусков, и Дэггет понял, что его вежливо выпроваживают.
В этот момент появился ухмыляющийся Ла Мойя в сопровождении симпатичной чернокожей женщины, по-видимому, сотрудницы из службы Флеминга.
- Готово, - произнес он, протягивая Шосвицу лист компьютерной распечатки.
- Уже?! - изумленно проговорил Шосвиц.
- Что это? - спросил Дэггет. На него не обратили внимания.
Ла Мойя ответил лейтенанту с той самоуверенностью, которая, по-видимому, объяснялась его успехом:
- Я получил сведения из службы регистрации парковок. У Варда не оплачены три парковки, все за последние два месяца. И все на расстоянии примерно квартала друг от друга. - Потом он обратился к Флемингу: - Нам здорово помогло то, что у вас тут, ребята, все на компьютерах. Здорово впечатляет! Понимаете, лейтенант, у них есть такой банк данных.
- О чем это вы? - вмешался Дэггет.
Шосвиц протянул ему лист компьютерной распечатки.
- Сначала мы провели в банке данных поиск адресов сотрудников тренажерного отделения, - заговорил Ла Мойя. - Это то, что подсказала моя интуиция, вернее, мои природные инстинкты. И что вы думаете, мы ее нашли! Пятая в списке. Живет в том же самом квартале, где он парковал машину в те вечера, когда были матчи. Рыжеволосая, одинокая, тридцать один год, сложена так, что прямо-таки просится в постель. Во всяком случае так говорят.
- Сара?! - спросил один из сотрудников, явно пораженный услышанным.
- Видите! - торжествующе сказал Ла Мойя и сунул в рот очередную жевательную резинку. - Все ее знают.
В конференц-зале стоял стол из стали и стекла, восемь черных кожаных кресел, доска объявлений, экран с проектором, телефон, фикус с пыльными листьями. Какой-то человек сварил им кофе. Они налили себе по чашке. Дэггет отметил, что в комнате нет часов. И нет окон. К единственному телефону подсоединено с десяток проводов.
Зубы у Сары Притчет были, пожалуй, великоваты. Она, по-видимому, была до смерти напугана - вон, и ладони потные, и в зеленых глазах застыл испуг. На ней был костюм цвета хаки с отглаженной белой рубашкой и черные туфли на высоких каблуках. Огненно-рыжие волосы, а на лице такое множество веснушек, как будто на нее брызнули каштаново-рыжей краской. Она стояла натянутая, как струна. Брови сведены в одну полоску, руки судорожно сжаты.
Такой лучше сразу как следует врезать, если хочешь чего-нибудь от нее добиться. Дэггет нарушил молчание внезапно и резко. Может быть, даже слишком резко.
- Доктора Варда не было на бейсбольном матче во вторник, - выпалил он, так и не предложив ей сесть. Он и не собирался этого делать: нужно, чтобы она чувствовала себя как можно неуютнее. Ему нужно было сломить ее сопротивление, если она собиралась сопротивляться. Он чувствовал, как с каждой минутой убийца ускользает от него все дальше. Ему позарез нужна была эта победа.
Дэггет сообщил ей, что Ла Мойя и Шосвиц из полиции, что они занимаются расследованием убийств. Это еще больше усилило напряжение. Флеминга-то она знала и, может быть, даже считала своим.
- Сначала мы подумали, что его вполне могли убить во время матча. Но теперь мы знаем, что это не так. Его не было на матче, мисс Притчет.
Он распустил узел галстука и расстегнул ворот рубашки. Это совсем некстати вызвало воспоминание о Бэкмане - в тот день Дэггет был в этой же рубашке. Пуговицу-то он пришил, но теперь она с трудом пролезала в петлю.
Конечно, нет ничего хорошего в том, что терзаешь женщину, которая и так расстроена смертью любовника. И никакого удовольствия он от этого не испытывал. Еще меньше радости - копаться в тайной жизни погибшего. Ну, была у этих двоих любовная связь. И что с того? Вот если бы Вард погиб в автомобильной катастрофе, никто бы не проводил никакого расследования и все его тайны остались бы при нем. В могиле. Теперь же все вышло наружу. Ну а раз так, лучше, если они первыми смогут это использовать.
Теперь что? Найти место послабее, навалиться всем своим весом и добиться, чтобы затрещало. Глядишь, в трещину что-нибудь и вылезет.
- Мы ведь можем отвести вас в участок. Можем предоставить женщине-полицейскому возможность обыскать вас до последнего волоска на голове. Мы можем получить и разные другие доказательства вашей связи с Вардом с помощью лабораторных анализов. Но, честно говоря, у нас нет на это времени. Мы должны поймать убийцу. И надеемся на вашу помощь. - А про себя он подумал: на самом деле мы надеемся на чудо. Но вслух этого, конечно, говорить не стал. - Без вашей же помощи, мисс Притчет, в дело неизбежно вмешается суд, пресса и аэрокосмическому центру "Данинг" здорово достанется.
- Мы очень хотели бы этого избежать, - вставил Флеминг.
Она в страхе смотрела на него. Так, наверное, молоденькая девушка смотрит на строгого отца.
- Можно мне сесть? - чуть слышно спросила она.
Дэггет ничего не ответил. Ему нужно было сохранить над ней перевес.
- Так были вы с доктором Вардом в тот вечер, когда произошло убийство, или нет? - спросил он все тем же безжалостным тоном.
Кажется, она наконец не на шутку рассердилась. Глаза широко раскрылись. Великолепные зеленые глаза, такие же пылающие, как и волосы.
- Была, была! Ну что, теперь вы довольны? Мы были с ним у меня в квартире! Он ушел во время седьмого сета.
- Присядьте, мисс Притчет, - проговорил Дэггет.