- Обещания опираются на опыт. Твоя травма вовсе не уникальна. - Она умышленно говорила равнодушным тоном, борясь с желанием обнять и утешить его.
- Ты все время так говоришь, - пробормотал он.
- И буду говорить до тех пор, пока ты не поверишь мне! Хотя мне кажется, что память вернется к тебе еще раньше. Ты же очень упрямый человек.
Лукас свысока посмотрел на нее и поправил:
- Упорный человек, женщина!
- Как розу ни называй… - Джослин заметила смех в его глазах, и у нее поднялось настроение.
А Лукас залюбовался поднявшимися уголками ее губ и едва удержался, чтобы не поцеловать их.
Почему нет? - мелькнула у него мысль. Она его жена.
Он опустился на диван рядом с Джослин и обнял ее. Его пыл несколько поостыл, когда он почувствовал, что она напряглась. Почему его прикосновение так подействовало на нее? - в смятении думал он. Почему…
От Джослин пахло цветами, весной…
Лукас сжал ее в объятиях. Теплые, мягкие груди прижались к его груди, и кровь бешено застучала у него в голове.
Лукас наклонил голову и нашел ее губы. Их нежность и вкус превзошли его ожидания.
Если так приятно целовать ее, что же он чувствовал, когда занимался с ней любовью, в смятении подумал Лукас. Джослин дотронулась пальцами до его щеки, и это прикосновение обожгло его, словно раскаленное железо. Он крепче сжал ее в объятиях.
Кончиком языка Лукас провел по нижней губе Джослин, изнемогая от желания.
Она задрожала, и ее реакция усилила его возбуждение. В тот же момент резкая боль пронзила его голову.
Лукас инстинктивно замер, боясь шевельнуться.
Джослин почувствовала что-то неладное.
- У тебя заболела голова, - сказала она и осторожно выскользнула из его объятий. Он ощутил чувство обездоленности.
Лукас принужденно ухмыльнулся и сказал:
- Я слышал, что головную боль используют как предлог, чтобы избежать секса, но я впервые узнал, что занятие любовью может вызвать головную боль. Все в порядке, - объявил Лукас. - Ничего страшного. Внезапная острая боль.
- Нам нужно купить еду и какую-нибудь одежду.
- Тогда поехали!
Джослин смотрела, как Лукас встает и осторожно закрывает стеклянные дверки камина. Наклонив голову, он внимательно осмотрел керамические изразцы, а затем провел рукой по ковровому покрытию.
- Что ты делаешь? - с любопытством спросила Джослин.
- Проверяю, не попала ли искра на ковер. Должно быть, подсознание подсказывает мне, что делать, - произнес он, наконец. - Мы можем спокойно уехать. Кстати, где именно находится город, в который мы направляемся?
- Не имею представления!
Лукас попытался извлечь что-нибудь из памяти, попытка не удалась.
- Не волнуйся, - успокоила его Джослин. Мы выберем какое-нибудь направление и будем его придерживаться. Раньше или позже, но мы доберемся до цивилизации.
- Вот это "позже" и беспокоит меня, - возразил Лукас. - Когда мы ехали сюда, дорога выглядела довольно пустынной. Несколько заправочных станций и изредка бар - вот и все.
- Да, это так, - согласилась в раздумье Джослин. - Поэтому нам лучше двигаться вперед, потому что мы знаем, что там, откуда мы приехали, ничего нет.
- Звучит логично. Могу я сесть за руль?
- Нет! Завтра, если хочешь, ты можешь поездить по подъездной дороге и узнать, что ты почувствуешь, - стараясь смягчить отказ, сказала она.
- Как будто мне пятнадцать лет и я взял покататься машину отца, - сухо заметил Лукас и внезапно моргнул. Перед его глазами предстал образ седого, разъяренного мужчины. Чем был вызван его гнев, Лукас не знал. Как и многое другое, что исчезло из его памяти, разочарованно подумал он.
Хотя, возможно, подсознание вызвало этот образ в ответ на его замечание о машине отца. Может быть, это был его отец. Если так, он отнюдь не выглядел терпеливым родителем.
- Ты сказала, что мои родители умерли?
Он смутно припомнил, что она говорила об этом, когда он лежал в больнице.
- Да. Твоя мать умерла, когда ты был маленьким мальчиком, а отца не стало пять, нет, почти шесть лет назад.
- От чего он умер? - спросил Лукас.
Джослин покачала головой.
- Я не помню, чтобы когда-нибудь называли причину смерти. Ты можешь спросить Ричарда. Он должен знать.
Лукас покачал головой.
- Теперь это не имеет значения. Мне просто интересно. Поехали!
- Хорошая мысль! - согласилась Джослин. - Мне бы хотелось вернуться до темноты. Не очень-то приятно ездить по этим узким петляющим дорогам, когда темно.
Лукас ожидал почувствовать какой-нибудь внутренний отклик на ее слова, но он ничего не ощутил и подумал, что или дороги не такие уж плохие, или он так привык к ним, что не замечает, какие они.
В расстроенных чувствах Лукас направился к выходу.
Глядя, как Джослин застегивает пальто, которое она вынула из стенного шкафа, он нахмурился. Ей нужна толстая пуховая куртка, теплые перчатки, шерстяная шапка и кашемировый шарф. Это пальто, возможно, годится для города, где она не бывает подолгу на открытом воздухе, но здесь она быстро замерзнет. У Джослин изящная фигура, и она выглядит очень хрупкой. Как фея цветов. Сексуальная фея цветов. И он хочет, чтобы она выглядела именно так, а не как Снежная королева.
- Ты готов? - звонким от счастья голосом спросила Джослин, радуясь, что они вместе.
- Всегда готов!
Лукас вышел вслед за ней и запер дверь. Нужно, чтобы у нее был свой ключ, решил он. Ему не нравится, что без него она не может попасть в дом.
Как только они оказались на дороге, Лукас вынул из кармана бумажник и принялся изучать его содержимое.
- Что ты делаешь? - Джослин отвела глаза от узкой дороги и бросила на Лукаса быстрый взгляд.
- Подсчитываю наши ресурсы для предстоящих покупок. У меня ровно триста семьдесят два доллара.
- Не волнуйся, у меня есть кредитная карточка. Мы воспользуемся ею, а наличные деньги оставим для непредвиденных обстоятельств.
- Кредитная карточка? - переспросил Лукас и вновь заглянул в бумажник. - И у меня есть. Даже две, - он вынул платиновую "Америкен экспресс" и "Мастеркарт".
- Карточка "Америкен экспресс" предназначена для деловых платежей. Эдварда хватит удар, если ты используешь ее в личных целях. Эдвард - твой главный бухгалтер, - объяснила Джослин, видя его недоумевающий взгляд.
- Да, это не деловые платежи, - согласился он.
Если не считать, что это мошенничество, виновато подумала Джослин.
- Не беспокойся, у твоей второй карточки почти безграничный кредит.
Лукас удивленно поднял черные брови.
- Если у нас такой кредит, это означает, что у нас много денег?
- Одно не обязательно следует из другого, - сухо возразила Джослин. - Кредит часто дают, не опираясь на здравый смысл. Но в данном случае ты прав. Ты можешь купить почти все, что тебе захочется.
- Понимаю, - медленно произнес Лукас. - Значит, мы можем…
Он не договорил. Что-то большое и коричневое внезапно выпрыгнуло из кустов и метнулось через дорогу.
Джослин резко затормозила.
- Клянусь жизнью, это отец Бэмби! Ему повезло, что он такой быстрый, иначе он бы больше не был отцом. Живым, я имею в виду.
- К счастью, ты хороший водитель, - облегченно вздохнул Лукас. - Эти олени по-настоящему опасны.
- Но они такие грациозные! - в восхищении воскликнула Джослин.
- Как и летящая стрела, но это не значит, что мне бы хотелось оказаться на ее пути!
- Теперь, когда я, так сказать, получила предупреждение, мне надо быть осторожнее.
Она сбавила скорость, и машина тронулась вперед.
- Эта местность выглядит более обжитой, - Лукас выразил словами то, что заметила и Джослин.
В самом деле, за поворотом оказалась окраина живописной деревеньки.
- Похоже на рекламный проспект туристической фирмы, - заметила Джослин, когда они медленно проезжали по главной улице. - Посмотри, нет ли здесь подходящих магазинов, а я доеду до конца деревни, развернусь и поеду обратно.
- Сначала одежда, потом ресторан, затем продукты, - возразил Лукас. - У тебя был тяжелый день.
Джослин почувствовала себя счастливой. Так странно, когда кто-то заботится о твоем самочувствии! Странно и очень соблазнительно.
- Хорошо, - сказала она, торопясь за Лукасом в спортивный магазин.
- С чего мы начнем? - спросил Лукас. Она посмотрела на пятна, оставленные поленьями на его костюме, и сказала:
- С курток.
- И шляп, перчаток и шарфов, - добавил он. - Ярко-красного цвета, я думаю.
- Красное будет тебе к лицу, - согласилась Джослин.
- Не для меня, для тебя! Я умею кататься на лыжах.
Джослин задумалась, но ей не удалось уловить связь между двумя предложениями.
- Красный - это цвет, по которому все узнают новичка?
- Нет. Просто яркий цвет легко увидеть, если ты попадешь в снежный нанос, и тебя придется откапывать. А может быть, ты умеешь кататься?
- Увы, я никогда не пробовала, - созналась она.
- Но я все равно хочу купить тебе красную куртку, - настаивал он. - Я же не вечно буду ходячим больным. И когда буду, здоров, я научу тебя кататься.
- Обязательно, - согласилась Джослин.
Через полчаса Джослин стала обладательницей не только новой куртки, но и целого гардероба, подходящего для загородного отдыха. Лукас проигнорировал ее робкие попытки ограничить покупки, указав, что, возможно, им придется провести здесь несколько недель и ей понадобится все, что он покупает. Лукас предъявил свою кредитную карточку, и Джослин не посмела спорить с ним в присутствии продавца.