Всего за 529 руб. Купить полную версию
Покуда полицмейстер округа, стоя под объективами камер на фоне дома престарелых, объявлял, что необходима помощь общественности для дальнейших прочесываний местности в течение вечера и ночи, поскольку столетний мужчина ушел без теплой одежды и, возможно, малость неадекватен, комиссар полиции Ёран Аронсон отправился домой к Ронни Хюльту и позвонил в дверь. Ведь собака явственно указала, что пожилой мужчина направился в зал ожидания транспортного бюро, и, если старик потом уехал из Мальмчёпинга на автобусе, администратор Хюльт наверняка это знает.
Но Ронни Хюльт дверь не открыл. Он сидел у себя в спальне, опустив жалюзи, и обнимал свою кошку.
— Иди отсюда, — шептал Ронни Хюльт в сторону входной двери. — Иди отсюда.
В 21.02 информационный центр окружного полицейского участка в Эскильстуне принял следующий звонок:
— Да, это говорит Бертиль Карлгрен, и я звоню… звоню, можно сказать, от имени моей супруги. Или ну… В общем, моя жена Герда Карлгрен была тут во Флене несколько дней, навещала нашу дочку с мужем. У них скоро малыш будет, в общем… всегда в такое время забот полон рот, как говорится. Но сегодня пора уже было домой ехать, ну она и поехала, ну Герда, в смысле, Герда села на ранний вечерний автобус и поехала домой, сегодня, короче, а автобус этот идет через Мальмчёпинг, живем-то мы сами в Стрэнгнэсе… Да, наверное, ничего особенного, жена ничего такого не думает, но мы вот слыхали по радио про пропавшего столетнего мужчину. Вы, наверное, уже его нашли? Нет? Да, тут вот жена говорит, что какой-то очень старенький дедушка зашел в автобус в Мальмчёпинге и что у него с собой был большущий чемодан, словно дед собрался в дальний путь. Жена-то сидела сзади, а старик спереди, так что видно ей было неважно и слышно не было, о чем старик с водителем разговаривали. Что такое, Герда? Ну да, Герда вот говорит, что она не из тех, кто чужие разговоры подслушивает… Но все-таки странно это… Странно и… в общем… ну да, и сошел этот дедушка на полпути до Стрэнгнэса, проехал всего несколько миль со своим большущим чемоданом. И на вид был уж такой старый, ну, в общем, совсем. Не, Герда не знает, как остановка называется, в общем, прямо в лесу… посредине пути примерно.
Сообщение было записано, распечатано и отправлено по факсу в мальмчёпингскую гостиницу, где остановился комиссар полиции.
Глава 6
И вечер сменился ночью, а ночь — утром. Аллан открыл глаза, не понимая, где он. Может, уже умер наконец во сне?
Бойкий мужской голос пожелал ему доброго утра и сообщил, что есть две новости, хорошая и плохая. С какой бы Аллан хотел начать?
Начать Аллан хотел бы с того, чтобы понять, где он и почему. Колени болели, стало быть, он все-таки жив. Но разве он не… и разве потом не прихватил… и… Юлиус, кажется, так его зовут?..
Осколки сложились в картину, и Аллан проснулся. Он лежал на матрасе на полу в спальне Юлиуса, Юлиус стоял в дверях, ведущих в переднюю, и повторил вопрос: Аллан хочет услышать сперва хорошую новость или плохую?
— Хорошую, — сказал Аллан. — Плохую можешь пропустить.
Ладно же, подумал Юлиус и сообщил хорошую новость — завтрак ожидает на столе в кухне. А именно — кофе, бутерброды с жареной лосятиной и яйца из соседского курятника.
Подумать только — еще один завтрак в жизни, и без овсянки! Это была определенно хорошая новость. Когда Аллан уселся за стол, то почувствовал, что, пожалуй, созрел, чтобы услышать и плохую новость, какова бы она ни была.
— Плохая новость, — сказал Юлиус и чуть понизил голос: — плохая новость — что вчера мы на радостях забыли отключить холодильную установку.
— И? — сказал Аллан.
— И тот тип внутри теперь совсем уже мертвый.
Аллан, огорченно почесав затылок, решил, что такая незадача не должна омрачить наступивший день.
— Жалко, — сказал он. — Зато, должен сказать, с яйцами ты угадал в самый раз, они и не крутые, и не жидкие.
Комиссар криминальной полиции Аронсон проснулся около восьми утра и отметил, что настроение у него скверное. Ну ушел какой-то дедуля из интерната, с умыслом или без, — это все-таки случай не комиссарского уровня.
Аронсон принял душ, оделся и спустился к завтраку на первый этаж гостиницы «Плевнагорден». По пути он повстречал администратора, протянувшего ему факс, который пришел на ресепшн накануне вечером перед самым закрытием.
Час спустя у комиссара Аронсона взгляд на это дело кардинально изменился. Поначалу ценность факса из информационного центра была неочевидна, но, когда Аронсон встретился с бледным Ронни Хюльтом в кабинете администратора на железнодорожном вокзале, прошло не так уж много минут, прежде чем у Хюльта сдали нервы и он рассказал обо всем, что пришлось пережить.
Сразу после этого позвонили из Эскильстуны и сообщили, что Сёдерманландская транспортная компания только что узнала, что во Флене вчера вечером недосчитались одного автобуса и что Аронсону нужно позвонить Ессике Бьёркман, гражданской жене водителя, которого, судя по всему, похитили, но затем отпустили.
Комиссар Аронсон поехал обратно в «Плевнагорден», чтобы выпить чашечку кофе и обдумать свежие данные. Свои соображения он по ходу раздумий заносил в блокнот:
Пожилой мужчина, Аллан Карлсон, совершает побег из интерната для престарелых перед самым празднованием своего столетнего юбилея в общей гостиной. Карлсон находится или находился в редкостно хорошей форме для своих лет, этому есть целый ряд подтверждений, начиная с того чисто физического факта, что он ухитрился самостоятельно вылезти через окно, поскольку ясно, что никто ему снаружи не помогал, также и последующие свидетельства указывают, что он и далее действовал самостоятельно. Кроме того, медсестра и заведующая интернатом Алис Энглунд свидетельствует, что «