Твою мать, откуда их столько? Плетения пятого уровня! выкрикивает хриплый. Бей на поражение, мы должны довезти девчонку целой.
Вот теперь я поняла, что мне показалось странным в этих возницах: их по-военному прямые спины и аккуратные руки. Не просто рядовые солдаты офицеры.
Справа и слева то и дело начинаются появляться яркие вспышки: мужчины один за одним со своих рук спускают, как снаряды, ярко-огненные шары, которые, достигая цели, охватывают механические создания огнем.
Но пауков слишком много, они идут бесконечной волной. Однако это оказывается только начало: я вижу, как из темноты ветвей вырывается огромная темная масса и со всей силы врезается в бок кареты.
Глава 4
Отчаянное ржание коней резко прекращается, слышится отвратительный хруст. Такой, что я зажимаю уши и зажмуриваясь, оседая вниз. Отдаленно слышу перекрикивания охранников, ощущаю жар магических атак, скрежет и механический лязг. Мне кажется, что я в центре какой-то мясорубки.
Вспышками перед глазами пылающий дом. Крики. Детский плач и растерянный взгляд женщины. Это все как будто взрывает мою голову.
Хочу исчезнуть. Скрыться. Просто закричать: «Меня нет!»
И тут меня словно накрывает каким-то коконом. Абсолютная тишина смыкается вокруг меня, а когда карета все же переворачивается набок, я мягко, словно ничего не вешу, опускаюсь на землю.
От неожиданности открываю глаза и вижу, как окно кареты выбивает подозрительно похожая на паучью, только механическая, нога, выламывает дверь и начинает ощупывать внутренности.
Обеими руками затыкаю рот, чтобы не заорать, и стараюсь отползти подальше.
В какой-то момент нога исчезает, зато вместо нее заглядывает человек с металлической маской и пугающими круглыми очками на ней. Он чем-то щелкает сбоку от маски и осматривает карету. Мне даже кажется, что он смотрит в упор на меня, но как будто не видит.
Человек исчезает из поля зрения, а я продолжаю лежать, свернувшись комочком, совсем как ребенок, подтянув к себе колени. Сердце бешено бьется, но я заставляю себя глубоко дышать, чтобы успокоиться. Меня не увидели же? Нет.
Хотя одно я понимаю точно: искали меня. Охранники говорили, что должны довезти меня целой. И этот ор Файр не просто так устроил все скрытное мое перемещение. Почему-то я уверена так, словно знаю это, что если бы все было как обычно, то я ехала бы по широкой вымощенной булыжником трассе днем, а не по грунтовой дороге в лесу ночью.
Отличное напутствие от того в белом мундире если выживешь заставляет задуматься, а не причастен ли он ко всему этому светопреставлению? Хотя сейчас-то какая мне разница?
Постепенно изолирующий и скрывающий звуки кокон вокруг меня тает. Я начинаю различать запах гари, отдаленные звуки ночных птиц и шум ветра в ветвях. Прислушиваюсь изо всех сил, но не слышу механических пауков. Ушли?
Встаю, цепляюсь за край кареты и, подтянувшись, вылезаю. Сначала внимательно осматриваюсь, но, как и подсказал мне слух, никого рядом не вижу. На секунду оглядываюсь внутрь: там на сидении черным пятном остается лежать мундир ор Файра.
Тёплый, из хорошей дорогой ткани и всё ещё хранящий его запах. Тут же вспоминаются нотки сандала, терпкий мускус. Когда слышу его, то чувствую себя защищённой что ли. Даже несмотря на то, что хозяин сказал и сделал мне.
На мгновение задумываюсь, а не взять ли его мне. Но потом решаю, что наверняка на нем какие-то знаки отличия, и его непременно узнают, а потом доложат о том, где меня видели. Ну уж нет. Это мой шанс сбежать, и я им воспользуюсь.
Слезаю по погнутым рессорам и сломанным колесам на землю. Небо светлеет, поэтому темнота уже не скрывает последствий ночной стычки. Из троих лошадей на дороге лежит тело только одной: надеюсь, что остальные успели убежать.
Выжженная трава, обгоревшие стволы деревьев, куча оплавленного, искореженного металла, а среди всего этого мои охранники. Я даже проверять не буду, живы ли они. И так по их позам все ясно.
Дрожь пробегает по всему телу, обхватываю себя руками и озираюсь по сторонам. Они говорили, что дальше по тракту постоялый двор, где мы смогли бы поменять коней. И что он должен быть к рассвету. Если так прикинуть, то мы не так далеко должны быть от него, могу постараться пешком дойти.
Мне все равно терять теперь нечего.
Поднимаю с земли металлический обломок, похожий на лезвие ножа, и сжимаю в ладони. Так себе защита, конечно, но, во-первых, внушает какую-то уверенность, а во-вторых, его можно использовать, чтобы что-то, например, перерезать или подковырнуть.
Узкая грунтовая дорога, петляя, тянется в даль. Сначала думаю идти по ней, но потом решаю, что так меня слишком хорошо видно, поэтому отхожу на несколько шагов вглубь леса и пробираюсь там. Да, чуть медленнее, но я никуда не опаздываю. Тем более, в чьи-то лапы или на тот свет.
Как и говорили охранники, где-то через полчаса лес редеет, а потом и совсем обрывается, а я оказываюсь на краю огромной степи у подножия холма, на котором расположена крепость, обнесенная высокой стеной из желтого кирпича с узкими бойницами. Внизу укрепленные ворота. На самом верху холма две высокие зубчатые башни, обнесенные еще одной стеной.