Ты... ты... ты хотел, чтобы Кэри замерз, пока я тут?.. у него подогнулись лапы. В следующее мгновение Тим несся к двери, истошно орал и царапал дорогую обивку.
***
Я решил привнести в наше милое существование больше уюта, пояснил он, оторвался от занятия и подошел к нему. Принюхался. Тим заметил, как волоски на ушах Черного приподнялись. А ты чем занимался? чихнул. М... даже так? обошел вокруг него, развернулся и, не глядя, рявкнул: УбиРРРайся, пРРРедатель!
Тим подскочил на всех четырех лапах. Гибкое черное тело исчезло за изодранной картонкой. Нечего было и думать идти мириться. Тим сам все испортил. Сначала накричал. Потом пошел с Милордом. И, главное, зачем? Гори все обогреватели синим пламенем! Ведь не хотел же!..
Он вздохнул и свернулся калачиком, пряча под себя лапы, а нос в кончике хвоста.
Начиналась пурга. Сон не шел. Тим пытался считать мышей или ворон, но ничего не выходило.
Эй, мелочь, донеслось сквозь завывание ветра, иди сюда, замерзнешь же.
Может, Кэри и заботился только о себе, но как же Тим был ему благодарен!
Внутри коробки оказалось едва ли теплее, чем снаружи. Тим свернулся, привалившись к горячему боку Кэри, и очень быстро согрелся. Засыпая, он почувствовал, как Черный повернулся так, чтобы площадь соприкосновения была больше. Прикрытых век коснулось теплое дыхание, и Тиму почудилось, что Зверь улыбнулся. Конечно, он знал, что дракоты, как и обычные коты, этого не умеют, но другу теперь в том не было сомнений удавалось.
***
А потом пришла беда: Элизабет родила трех злющих черных отпрысков. Хозяин ангорки, тучный пожилой мужчина, сильно ругался. А поскольку черный кот (как он считал) в пределах нескольких кварталов обитал один, то гнев, естественно, пал на Кэри.
Я его отравлю! Изведу! Уничтожу, скотину такую!!! метал громы и молнии мужчина, гоняя Зверя вокруг бака.
Кэри, однако, быстро сориентировался, что к чему, и погнал человека сам. Хозяин Элизабет отделался исцарапанной рукой и щекой и, обещая так дело не оставить, ретировался домой.
Кэри, осторожно позвал Тим, когда, весьма довольный одержанной победой, тот улегся на вершине мусорной кучи.
Мррр?..
Может, нам уйти? На время, пока эта история не забудется.
Зверь прищурился на яркое морозное утро:
Мне, конечно, не составит труда отвоевать нам новую помойку, но уходить из-за какого-то человечишки?..
Кэри! испуганно воскликнул Тим.
Послушай, мелочь, со вздохом поднялся Черный. Эта коробка, баки и двор наша территория. Ее нельзя просто так бросить. Я сейчас не о том, что придут другие дракоты, коты или шавки и изгонять их будет сложнее, нежели сейчас не пускать. Я говорю о самоуважении. О гордости, в конце концов! У меня данные чувства наличествуют. И в тебе тоже проснутся рано или поздно.
***
Сейчас узнает, скотина такая, приговаривал мужчина, распространяя вокруг волны ненависти. Житья всему двору не дает, тварь чернявая...
Кэри взирал на происходящее спокойно, только кончик его хвоста слегка дергался.
Не вмешивайся, бросил
он Тиму. Лучше отбеги подальше.
Вот только спасаться бегством тот не собирался.
Черный обвел царственным взором присутствующих. Изумрудные глаза остановились на хозяине Элизабет. Мужчина вздрогнул: наверное, он впервые увидел, как улыбаются дракоты.
Ща Барс из него тушку сделает, пообещал сутулый.
Какая пошлость, фыркнул Кэри. И какое неуважение. Нельзя называть собак именами кошачьих, это отвратительно и просто неуместно.
Последующие мгновения стали в жизни Тима самыми страшными. Псина почти не уступала Кэри в скорости, а боли, кажется, вообще не чувствовала. Белое и черное едва не сливались в одно серое пятно. Сражение происходило в абсолютной давящей тишине, не считая, конечно, подначивания людей. Он тоже молчал. От страха шерсть встала дыбом, а уши прижались к голове. Он почти ничего не видел и уже не слышал, даже истошных воплей хозяйки Милорда и каких-то женщин у подъезда.
Потом грохнуло.
Тело среагировало быстрее разума и подалось вперед. Сутулый хватал за ошейник белое чудовище. Истекающий кровью Кэри выгибал спину. А Тим уже стоял между ними, прижимая уши и низко утробно урча.
Ненавижжжу!!! шипел он. Не прощщщу!!!
Псина едва не лишилась глаза, и Тим был уверен, что довершит начатое Кэри, пусть только дернется!
А ну прекратите это безобразие! со стороны подъезда шел невысокий молодой мужчина со светлыми волосами. В руках он сжимал пистолет.
Макс, донеслось от подъезда. Хозяйка Милорда выбежала на улицу. Я свидетельница. Если надо, и в суд пойду! Дикость какая! Да как вы могли, у вас же самого кошка?! набросилась она на тучного мужчину.
А, махнул рукой хозяин Элизабет. Вот именно, что кошка, он повернулся и прошествовал в дом под осуждающие реплики соседей. Псина с сутулым попятились и наконец убрались со двора.
Кэри обвел людей безразличным взглядом. Фыркнул и, пошатываясь, направился за бак к их коробке. Тим остался прикрывать его отступление.
Ирбис, пойдем в дом, услышал он голос хозяйки Милорда, но не счел предложение достойным внимания.
***
У Черного кровоточили раны. Шерсть уже не казалась блестящей, а изумрудные глаза подернулись мутной пеленой. Всеми днями он спал, почти не притрагиваясь к пище и воде.