Ты такая сильная, хоть и юная, в его голосе были нотки восторга. Я думал, Целители все уже пожилые.
Мне уже два месяца как семнадцать, этого хватило. То, что я увидела за эти два месяца, заставило меня повзрослеть.
Я снова подняла руку мальчика и вытерла рану чистой частью своей накидки. Моя накидка была бирюзовой, была, пока я жила в Мерит. Миньон оставил черный след на ткани.
Он маленький. Лекарство нельзя держать долго, иначе он не проснется, объяснила я. Целебные травы могут стать ядом, если использовать их неправильно. И они не для вас.
Последнее я сказала строго, ведь мужчина все еще смотрел на флакон с гелиотропом и тисом, что стояли на земле. В его взгляде появился новый оттенок. Он мог узнать одну из трав, понимал теперь и то, что неправильное использование их прервет его страх навеки. Всегда так было: смерть и исцеление. Они всегда были рядом.
Я спрятала склянки в сумку и закинула ее на плечо, чтобы сохранить. Сохранить так я еще не думала. В Мерит, дома, мы никогда не запирали дверь, никогда не спорили со злостью, никогда не боялись даже Темного леса у нашего дома. А теперь, оказавшись на сгоревшем поле, я чувствовала опасность. Не от кровожадных Тротов, но от того, что они оставили после себя.
Еще одно чувство я оттолкнула, чтобы сосредоточиться. Мне надоело быть стойкой. Но я повернулась к бородачу, и лицо не выдавало моих мыслей.
Пусть ребенок просыпается сам, сказала я. Найдите для него еду, и для остальных. Лучше бульон. Разожгите костер. Найдите воду и ковш. Бросьте в воду что-то съедобное. Понимаете?
Он кивнул, дрожа. Я оттолкнулась от земли.
Ты уходишь?
Я кивнула. Я и без этого опоздала исполнить свою судьбу.
Но ты не можешь уйти! Не сейчас! закричал он, подпрыгивая. Ты должна помочь нам закончить начатое. Мы не знаем, что делать. Ты в силах помочь.
«Нет, я закрыла глаза. Отпустите меня. Дайте мне уйти».
Но бородач развернул меня к себе, нервничая, забыв о мальчике на земле.
Ты должна помочь, настаивал он. Сюда, он решительно зашагал.
Постойте! крикнула я. Ребенка заберите! бородач вернулся и нетерпеливо подхватил мальчика на руки. Его стоило оставить исцеляться там, но бородач это уже забыл. Я не знала, не бросит ли он ребенка на холодных камнях, потому пришлось идти за ним.
Я отогнала недовольство и пробралась сквозь обгоревшие стебли и листья к ближайшему телу, чтобы найти одежду для мальчика. Старику там уже не нужна была его накидка,
и я осторожно сняла ее с его плеч. Я забрала и фартук с трупа женщины.
Сюда, сказал бородач, когда я догнала его. Он вел меня к руинам Берна, где на рыночной площади уже лежал спасенный мальчик, подложив под голову фартук и кутаясь в пиджак. Сюда, повторял тихо бородач. Я следовала за ним, размазывая его следы на пепле.
Рядом с последним домом у длинного сарая в саду, что смог уцелеть, собрались выжившие пятеро жителей деревни. Они не могли успокоиться.
Что это? спросила я. Еще кому-то плохо? я подошла к засову на двери, но бородач крикнул:
Нет! он схватил меня за руку и оттащил. Не один из нас. А он едва смог сказать. Трот.
И в ответ из сарая раздался рев. Толпа вскрикнула и отступила. Даже я покачнулась, ощутив угрозу. Трот.
Раненый, прошептал кто-то.
Первый пришел. Тамэл смог ударить его молотом, пока его не убили, сказал другой. И он убежал туда. Потом напали остальные
Все это произошло два дня назад, насколько я знала. Я выпрямилась.
Никто не открывал дверь? спросила я. Никто не смотрел? Он точно ранен?
Они покачали головами в ответ, я опустила голову.
Нельзя так оставлять Трота.
Мы думали, он умрет
А он не умер! возмутился кто-то. А если он
Вырвется и убьет всех нас!
Отомстит!
Они испуганно шептались. Шестеро взрослых четверо мужчин и две женщины, а еще маленький мальчик, что спал на площади. Семеро. Печальные выжившие. Трот ударился о стену сарая, паника пронзила стоявших, они замерли.
Ты можешь заклинанием запереть его внутри? спросил самый молодой из мужчин.
Она Целитель, балда! ударил его по плечу другой.
Какая разница? У нее тоже есть заклинания!
Целители не маги! крикнула я.
Но она знает травы, сообщил бородач. Он повернулся ко мне и повторил мое предупреждение. У тебя ведь с собой эти яды? То, что может убивать. Если мы разотрем твои травы и добавим в мясо
Женщина завопила:
В мясо? Когда мы голодаем?
Вокруг полно мертвецов, прошипел бородач. Угощайся.
Злость их поутихла.
Это слишком легко! Мы должны убить это болезненно! он повернулся. Госпожа Целитель, у тебя ведь есть что-то для этого в сумке?
Кто-то согласно засмеялся и сказал:
Если яд его ослабит, можно снять засов и прикончить это!
Медленно прикончить!
И отомстить
Это. Трота. Отплатить страданием за страдания.
Травы не для этого, вмешалась я. Нельзя просить меня забрать жизнь.
Защита, но не жестокость.
Это монстр, возмутилась женщина.
Такой же, как и вы, парировала я. Хватит насилия. Я прошла к двери и схватилась за засов. Я сама с ним покончу.
Никто мне не остановил. Они побежали прочь, сбились в кучу. Они кричали испуганными голосами: