Но мне нельзя было здесь задерживаться насколько я знала, мой кошмар мог прийти за Харольдом хоть после полуночи, ведь будет уже второе декабря. Эта идея, которая только что пришла мне на ум, заставила сердце сжаться в болезненном предчувствии.
Я соскользнула со скамьи, оставив там плащ, чтобы не выделяться, и, оглянувшись, юркнула в первый попавшийся дверной проем. Это оказалась кладовая, которая мне была сейчас абсолютно ни к чему. Осмелившись рискнуть, я выскользнула обратно и по стеночке прошлась, делая вид, что все так и должно быть, до следующей двери. Здесь мне повезло немного больше это оказалась прачечная, в которой, кроме того, было две двери.
Я схватила первое попавшееся платье и, услышав шаги, мигом вытянулась по струнке смирно за опорной колонной, благодаря все высшие силы за то, что она здесь вообще была.
Кто-то принес чистые и унес грязные вещи, и я порадовалась как-никак, ходить в чьей-то грязной одежде мне все-таки не очень хотелось. Прислушиваясь, я натянула платье прямо поверх своей одежды, и разочарованно вздохнула кофта была видна и топорщилась, а ноги в брюках противно торчали из-под подола.
Расставаться со своей одеждой не хотелось, но выхода не было. И если кофту ещё можно было пережить, то вот брюки я с неохотой стащила, аккуратно сложила в темном углу, чтобы они напоминали тебе старую половую тряпочку, и схватила себе чепец с лежавшей рядом кучи глаженых вещей, благо, их пока что ещё не унесли.
Я вгляделась в свое отражение в полированной металлической поверхности и заправила пряди под чепец. Кофта в отражении смотрелась не так уж и отвратительно я поправила рукава, вытащила наружу воротник, и это даже немного скрасило отвратительное бесформенное платье.
Я схватила ворох свежих полотенец, чтобы создать видимость того, что я что-то делаю. Это сработало.
Когда я вышла, на меня никто не обращал внимания. Дроу на выходе из кухни даже не обернулся в мою сторону. Я почти искренне надеялась, что он караулил не меня.
Опустив голову, смотря под ноги и кидая лишь мимолетные взгляды по сторонам, я целенаправленно шла в неизвестном мне направлении, пытаясь идти туда же, куда сновали все остальные слуги.
Это оказалось металлической крашеной лестницей, которая должна была вести на верхние этажи.
И тут я столкнулась с выбором. Я могла попасть на верхние этажи, или же я могла сбежать к Харольду. Но с чем? Я так ничего и не узнала, только привлекла к себе ненужное внимание одного из гостей.
Я вспомнила разговор тех двух девушек на входе кажется, они говорили о подписании какого-то договора. Я бросила взгляд на часы был час дня. К Харольду мне нужно было попасть к полуночи. И я решилась.
Покрепко перехватив полотенца, я уверено начала
подниматься по лестнице. Я не боялась, что меня узнает кто-то из слуг. Этого мне опасаться не стоило - новое личико во дворце никогда никого не удивит.
Вот всех остальных мне следовало опасаться. Учитывая, что здесь был дроу, здесь мог быть и посол из Лимира. И Мой кошмар. И если хоть кто-то из них меня узнает, мне конец. Впрочем, по собственному опыту я знала, что форма слуг действует лучше любой иллюзии. Никто не смотрит на слуг, как и на нищих, господа обычно даже не запоминают их лиц, и не знают, кто работает на них двадцать лет, а кто всего пару месяцев. У всех них есть эдакий образ стандартного слуги, и любой человек, надевший форму, видится им именно таким. Как ни прискорбно мне это признавать, в Лимире в лицо я знала только свою горничную.
Лестница привела меня в небольшой коридорчик, в конце которого дежурили два военных. Здесь слуги выстраивались в очередь, и каждый показывал, что у него в руках, а затем с легким поклоном совершал, кому он что несет.
Стараясь не выглядеть слишком испуганной, я встала в очередь. Мысли разбегались кого назвать? Я тут же прокляла себя за глупость на кой я взяла десять полотенец? Кому они будут нужны вообще, эти полотенца?!
Моя очередь, тем временем, неумолимо приближалась.
- Полотенца для Джаха, выпалила я, запаниковав. Джах была первая фамилия, которая пришла в голову, и оставалось надеяться, что у Рэна здесь есть однофамильцы.
Военный перевел взгляд с полотенец на меня.
- Это кто вообще? удивился стражник.
- Секретарь новый, из оборотней, ответил ему второй.
Я выдохнула - слава всем богам проклятых миров!
- Зачем ему столько полотенец? задал он резонный вопрос.
- Мабудь надо, от страха выдала я, и сама удивилась. Чертов жилой дух, испортил мне всю лексику!
- Что ты как маленький, фыркнул его напарник. Парень развлекается.
Наверное, я выглядела настолько ошарашенной, что меня пожалели.
- Не смущайтесь, девушка, извинился за своего партнера первый военный. Идите. Слушай, ты это уже напарнику.
- Смотрите, куда идете, девушка! раздалось возмущенное от престарелого дедулечки в черной хламиде, на которого я чуть не налетела.
- Извините, милсдарь, поклонилась ему я.
И впервые за все время подняла глаза. Я чуть не выронила полотенца от той неописуемой красоты, которая мне предстала. Это был длинный светлый коридор с росписью на потолке, с огромными хрустальными люстрами, которые горели тысячами свеч и с зеркальными стенами, за счет которых коридор казался гораздо просторнее. На полу был узорный паркет из красного дерева, а по бокам, на расстоянии шагов пяти друг от друга, стояли подсвечники на длинных, длинных ножках.